Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

— У меня блокировки…

Продолжить Мареску не дал:

— Потому и говорю, — буркнул недовольно. — Остальным знать не стоит.

— Жива! — с искренним облегчением выдохнул Карин. За себя, за Вацлава, которому предстояло продолжать считать ее погибшей, за Марию, за госпожу Элену…

Не сказать, что поторопился, но Алин высказался более осторожно:

— Там не все так, как кажется, но стопроцентной гарантии дать не могу. С главным бы разобраться…

Уточнять про главное Йорг не стал — не стоило и дальше испытывать терпение Мареску, да и время… Его оставалось все меньше. Для них с Лаэртом не проблема, для Вари, похоже, тоже. И даже для Марии — Штанмар оставил свой след. А вот Лора…

— Девчонки, подъем! — резко открыв дверь, гаркнул Алин, словно вторя его мыслям.

Все, что у них оставалось — идти вперед.

* * *

Карин вернулся вместе с Лорой. Алина и Зои с ними уже не было.

Пропустив Йорга вперед, сестренка нашла себе местечко в паре шагов от меня, устроившись на пуфе — у отца в кабинете находились старые бумажные книги, которые разрешалось читать только в его присутствии, окинула комнату задумчивым взглядом, с беспокойством посмотрев на маму. Судя по всему, частью информации Карин с ней поделился, но… без подробностей, которые могли Лору лишь напугать.

Эх, сестренка, сестренка… Ей бы еще несколько лет не сталкиваться с безжалостностью этого мира, но… жизнь редко кого спрашивала, преподнося свои сюрпризы, обошлась без вопросов и на этот раз.

Я только и успела, что додумать эту мысль, а Карин уже подходил к Вацлаву, который все так же стоял рядом с мамой. Тихий разговор, который они вели, пока Йорг отсутствовал, меня весьма интересовал, но прислушиваться я не стала — и далековато, да и Вари со Свонгом препирались довольно громко, перетягивая внимание на себя.

— Ты остаешься здесь, присмотришь за госпожой Эленой, пока не вернется ее муж, — произнес он не терпящим возражений тоном, остановившись напротив Дваржека.

Уже собирался повернуться к Лаэрту, когда мама совершенно равнодушно уточнила:

— Он… жив? — Ее тревогу за мужа выдала лишь короткая пауза.

Карин сделал вид, что заминки не заметил, добавил, как если бы это было сущей мелочью:

— Алин извинялся, что забыл сказать. Господин Максим в добром здравии, да и госпиталь находится под охраной, так что за него не волнуйтесь.

Я опасалась вопроса, который мог последовать дальше: «А за кого стоит волноваться?», но он так и не прозвучал. Имя средней сестренки стало табу…

Не жалость, просто понимание, что, сколько не говори, легче не станет.

— Понял, — похоже, Вацлав испугался того же, согласие вышло поспешным. Исправлять положение он не стал, направился к двери: — Схожу за оружием.

— Вари, — перехватывать инициативу у Карина получалось уже мастерски, — выходим через пятнадцать минут. Помоги Лоре и Марии подобрать одежду и обувь… Ну и…

— Сделаю, — не стала спорить с ним жена Алина, приняв правила игры — старшим был он. — Идем, — проходя мимо нас, тронула она сестру за плечо. Мне лишь кивнула, взглядом показав на дверь.

Перечить Карину я не собиралась, но даже не шевельнулась:

— Мама не останется здесь.

Ен Шу в подобные моменты бурчал про себя, но так, чтобы слышали все в рубке: «Уперлась, не сдвинешь!»

— Мария… — Мама поднималась медленно, будто сдерживая себя, недовольно качнула головой.

Ее попытка вразумить меня оказалась безуспешной. Я слишком хорошо представляла себе, чем все могло закончиться.

— Это не обсуждается, — перебила я ее, только теперь посмотрев на жениха. — Или мы вместе, или…

— Вот об этом твой отец и говорил, — подозрительно довольно хмыкнул Лаэрт, ни на мгновение не оторвавшись о своего занятия — продолжал набирать что-то на планшете.

А вот Карин на мое заявление отреагировал спокойно, как если бы и не ожидая ничего другого:

— Поиск идет по идентификаторам. Твой и Лоры мы скроем…

Он замолчал сам, предлагая мне довести эту мысль конца. Я и довела. Он был прав — не обнаружив нас, начнут искать по тем, кто связан со мной или с сестрой, начав с родителей. Присутствие мамы рядом станет ниточкой, которая без труда приведет к нам.

Но… Я тоже была права. Когда до нее доберутся, вряд ли поверят на слово, что ей неизвестно, куда делись две ее дочери.

— Вари… — Карин перевел взгляд с меня на жену Алина. Я стояла спиной, так что ее реакции на его слова не увидела, но хватило и легкого недовольства, появившегося на лице жениха. Та подчинилась и на этот раз — торопливые шаги Лоры я ни с чьими другими перепутать не могла, но уже не так покладисто. Дождавшись, когда звуки затихнут, попросил, глядя с до боли щемящей заботой: — Соберись. Как ты можешь…

Резко выдохнув, закрыла глаза. Начни он меня уговаривать, я бы нашла аргументы, чтобы переубедить, но… он не уговаривал, давая мне возможность самой сделать выбор.

Между и… между.

— Мария, — Карин подошел ко мне вплотную, взял за руку… Было стыдно — заметить несложно, что именно наш новоявленный капитан думал о каждой из потерянных по моей милости секунде, но Йорг продолжил все также размеренно, словно мы никуда не торопились, — считай я, что госпоже Элене грозит реальная опасность, нашел бы другой способ уберечь вас с Лорой от излишнего внимания. Но я так не считаю.

— Карин… — вздохнув, попробовала я зайти с другой стороны, — я тебе верю, но…

— Это — твоя мама, — понимающе улыбнулся он. Получилось настолько искренне, что я буквально проглотила заготовленную фразу. — Понимаешь, — он чуть сжал мои пальцы, как если бы хотел добавить весомости своим словам, — у этого дома есть свои секреты, о которых мне рассказал твой отец. Я не вижу в этом особой тайны, но Элена не хотела, чтобы вы знали, как они жили во время конфликта с самаринянами. Ну а у нас был разговор по душам. Так получилось…

— Прости, — склонила я голову. Мою ладонь он отпустил, как только я потянула руку. — Я — быстро. — Оглянулась уже на пороге, посмотрела на маму, которая следила за мной взглядом. — Все будет хорошо, — прошептала одними губами и, решительно вышла в коридор, едва не сбив вернувшегося Вацлава.

Было больно, хотелось броситься назад, прижать ее к себе, гладить по волосам, не словами, каждым жестом говоря, как я ее люблю, но я могла и… должна была, сделать большее — сберечь Лору, доказав, что ее жизнь значима для меня не