Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила

старика, хотя еще несколькими часами ранее держался стойко и уверенно. Он тихо покашливал, словно у него першило в горле, казался худее и бледнее, а его прежде мощная аура погасла, словно лампа, у которой села батарейка.

На мгновение Циян подумал, что все еще спит, и незаметно ущипнул себя за бедро.

– Ах, болезнь дает о себе знать, – с болезненной хрипотцой ответил Ли Цзиньфэн. – Она все еще мучает меня. Извини, если сделал что-то не так, но я подумал, что при тебе можно не притворяться – ты и так все знаешь. – Он слабо улыбнулся.

У Цияна не нашлось слов для ответа. Он понятия не имел, можно ли верить своим глазам, ведь перед ним как будто сидел другой человек.

«Вдруг у него есть близнец, о котором мы не знали?»

Воспользовавшись его молчанием, Ли Цзиньфэн продолжил:

– Если ты сейчас гадаешь, почему я нарушил собственное правило и пришел навестить тебя, хотя это небезопасно, то мне нужно поговорить с тобой о Яньло-ване. Наедине. – Голос его звучал встревоженно. – Я не хочу сажать тебя в тюрьму, но это дело нельзя оставить без выяснения всех обстоятельств. Я верю, что ты просто жертва, потому что наш Яо-ван не мог стать подручным владыки Диюя, и он наверняка тебя шантажирует, но мне нужно объяснить это остальным. Поэтому, пожалуйста, расскажи мне, как так вышло, что, спасая тело Ло Хэяна, ты не заметил чужой души? И что сегодня произошло между вами?

Циян с трудом сохранил бесстрастное выражение лица, глядя в стену через плечо Ли Цзиньфэна.

«Нужно объяснить остальным? – повторил он про себя чужие слова. – Разве не ты здесь главный инициатор суда? Учитывая, как много ты говорил о моем заточении, у тебя явно в этом шоу ведущая роль. Система, есть подсказки? Я ведь не могу ему рассказать то, что он просит».

[Заданий для выполнения данной сюжетной арки нет, подсказок тоже нет, но я согласна с тем, что вам лучше не откровенничать. Иначе вас точно посадят.]

– Глава Ли… – тихо начал Циян, на ходу придумывая оправдание, но не успел произнести ни звука, как собеседник снова закашлялся.

Сначала это было слабое, частое покашливание, которое через несколько мгновений переросло в мучительный хрип. Ли Цзиньфэн склонил голову, а его лицо исказилось от боли, когда он попытался подавить очередной приступ. Приложил ладонь к груди, будто это могло облегчить давление, но ничего не изменилось. Из его рта продолжали вырываться резкие, громкие звуки, эхом отражавшиеся от каменных стен. В уголках глаз начали собираться слезы, и, заметив их блеск, Циян не выдержал. Он протянул руку и нажал на несколько акупунктурных точек на теле Ли Цзиньфэна, пропустив через них духовную силу, чтобы выровнять течение его ци. Насколько правильно действовал в этот момент, Циян не знал – в свое время он лишь вычитал что-то в книге об искажении ци, но лечение не практиковал.

К счастью, Ли Цзиньфэну стало лучше. Он прекратил задыхаться от кашля и даже смог слегка выпрямиться на стуле.

– Спасибо, – прошептал он, глядя на него слегка покрасневшими глазами.

Циян коротко кивнул и сел прямо, пряча ладони в рукава перед собой.

– А что касается ситуации с Ло Хэяном, то мне нечего вам рассказывать, – наконец произнес он. – Уверен, Му Исин уже сообщил, что никто не знал о чужой душе в теле главы пика Мечей. А о том, что случилось сегодня, я тоже все рассказал. И вдаваться в подробности не намерен.

– Ты имеешь в виду то, что Яньло-ван забрал тебя, чтобы убить, а потом оживить? Зачем ему так поступать, если ты помог ему попасть в этот мир?

Циян пожал плечами.

– Во-первых, я ему не помогал. Если он так считает, то пускай, это его право. А во-вторых, у меня не было времени уточнять у него детали. – Он говорил четко и абсолютно бездушно, словно в его словах не было ни капли лжи. Частично он и правда не врал, но в душе все равно волновался, насколько хороши его объяснения.

И не зря.

Ли Цзиньфэн хоть и выглядел слабым и пытался снова не разразиться кашлем, но Цияна, как оказалось, слушал внимательно. Взгляд его поначалу был пристальным, но потом стал насмешливым. Он немного поразмыслил и с хриплой ласковостью произнес:

– Яо-ван, ты лукавишь, я вижу.

У Цияна упало сердце, хотя ни один мускул у него на лице не дрогнул. Только он открыл рот, чтобы ответить, как Ли Цзиньфэн продолжил:

– И пока ты и люди твоей школы продолжают скрывать правду, тем самым покрывая владыку Диюя, я не смогу завершить суд в твою пользу. В твоих интересах рассказать мне все, если хочешь покинуть это место как можно скорее, или же… – Ли Цзиньфэн помедлил. – Или мы можем попробовать решить все другим способом.

Циян насторожился, слегка нахмурив брови.

– Что вы имеете в виду? – мрачно спросил он, предчувствуя недоброе.

Ли Цзиньфэн вновь закашлялся, приложив кулак ко рту, и Циян дернулся, чтобы вновь ему помочь, но, слава богам, приступ быстро прекратился.

Хотя лучше бы не прекращался.

– Ты станешь моим личным лекарем, а я сделаю так, чтобы с тебя сняли все обвинения, – отняв кулак ото рта, ответил глава Ли.

У Цияна упало сердце. Он на мгновение вскинул брови, а потом, справившись с удивлением, покачал головой.

– Я уже говорил, что мне нет смысла лечить вас, я с этим не справлюсь, – произнес он на одном дыхании, будто и впрямь когда-то говорил это собственными устами.

– Не скромничай, – отмахнулся Ли Цзиньфэн. – Ты лучший лекарь Поднебесной, нет ничего, с чем ты бы не справился. Я слышал, как год назад ты излечил последствия искажения ци у одного из учеников вашей школы.

«Год назад? Система, это было перед моим перерождением?»

[Да. В том случае был начальный этап, и ребенок еще не успел серьезно пострадать.]

– Тогда была начальная стадия искажения ци, и я мог помешать развитию недуга. У вас ситуация иная, я уже говорил.

– Верно, ты говорил, что это сильно нарушило движение ци в моем теле и разрушило многие меридианы, которые невозможно восстановить, теперь движение ци в моих органах тоже будет периодически нарушаться, что будет вызывать боли и дискомфорт. Но неужели ты до сих пор настолько не веришь в свои силы? – Ли Цзиньфэн заглянул ему в глаза. – Яо-ван, я давно тебя знаю, постоянно наблюдал за тобой после того, как ты мне отказал. Болезни, которые ты лечил, казались несовместимыми с жизнью, но под твоей рукой все выживали. Я уверен, что с