Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

и пару зелий распихал по карманам, разок провернул на пальце атакующий перстень с черным камнем и проверил наличие защитных артефактов разной направленности. Гуамоко, когда я шагнул на крыльцо, передал еще чуток дополнительной информации:

— В комнате один человек. Спокойно сидит на стуле, смотрит в направлении входной двери.

Итак, вперед!

Гром не грянул, и потолок не рухнул мне на голову, просто мужчина, спокойно сидевший за моим столом, сказал:

— Ну, здравствуй, сын. Пришла пора нам с тобой поговорить.

Глава 16

— Здравствуйте… Василий Федорович, — сначала попытался было назвать этого мужчину отцом, но собственное горло не позволило, словно спазм перехватил, не позволяя выговорить одно из самых простых слов славского языка, по идее доступное даже десятимесячному карапузу.

— Признал, значит, — хмыкнул мой незваный гость, скривив губы в легкой усмешке.

— В газетах много ваших фотографий печатают.

— … — князь даже воздух было вздохнул, чтобы произнести что-то резкое, но подавил сунувшуюся было на язык фразу. Чуточку помолчал.

Я тоже замер, по-прежнему стоя недалеко от входа. Вот ведь как, в детстве у меня иногда появлялось очень сильное желание узнать, кто мой отец, поговорить с ним, рассказать о себе, услышать слова одобрения в свой адрес, а тут встретились, и совершенно нет слов….

— Так, стоп! — Наконец решил продолжить общение мой биологический родитель, припечатав ладонью стол. — Как-то у нас с тобой разговор с самого начала не заладился. Давай, я тогда попробую от своего имени начать рассказывать, а ты не стесняйся спрашивать, если что-то вдруг непонятно будет.

Я только молча кивнул на это предложение, и князь Василий Федорович продолжил:

— С твоей матерью я встречался примерно полтора десятка лет назад, причем совершенно без серьезных намерений, соответственно и ребенок от этих встреч тоже мной никак не планировался. Да он, даже в принципе, был исключен. Все же я артефактор был не из последних, у меня была семья и законный ребенок, а бастардов на стороне плодить… не по мне это. Кто же знал, что красавица графиня Анна Потоцкая дочерью Степана Уварова окажется, а тот сочтет мои родовые дары достаточно ценными, чтобы заморочиться для своей дочери с зельем плодородия.

— Это что, какое-то зелье обычного алхимика оказалось сильнее артефактов магистра артефакторики? — Не удержался я от вопроса, настолько мне показался неестественным такой вот выверт истории.

— Ну, да, обычного алхимика… — с каким-то непонятным выражением повторил мои слова князь. Действительно, твой дед никогда за титулами и званиями не гнался, даже от предложения стать личным императорским алхимиком в свое время отказался. Помню, Владимир тогда ругался по этому поводу громко…. Кхм, так вот, о твоем рождении я узнал только полгода назад, когда твоя мамочка внезапно соизволила мне об этом сообщить.

Я слушал, уже больше не перебивая. Есть надежда, что могут внезапно всплыть и какие-то сведения о покушениях на меня. По некоторому размышлению, я склонен был связывать их причины именно с раскрытием тайны своего происхождения. По крайней мере, временные рамки состоявшихся нападений и это вот объявление родителю о моем наличии со стороны моей мамочки подозрительно совпадают.

— Узнав о существовании потенциального наследника, а также осознавая, что срок отпущенной мне жизни совсем не велик, я приказал начальнику своей охраны, командующему по совместительству и всей моей разведывательной службой, собрать о сведения о твоей жизни, характере, привычках. Сам понимаешь, решение мне предстояло принимать очень серьезное. Фомич, как водится, взял под козырек, и вскоре предоставил мне вполне правдоподобный доклад о довольно странном и замкнутом типе, которого терпеть не могут его бывшие классный руководитель и директор школы, про которого его единственный бывший друг рассказывает всякие гадости, а полиция выписала крупный штраф за совершенно аморальный эксперимент на грани химии и алхимии.

Произнося эти последние фразы, мой родитель, зыркая в моем направлении из-под своих кустистых бровей, усиленно пытался уловить мою реакцию на сказанное. Очень похоже, что у него не один этот начальник охранной службы собирал информацию, и в каких-то из этих пунктов информация из разных источников не совпала.

А я что? Думаете начал спорить и доказывать, что я не такой? Промолчал, хотя и признаюсь, далось мне это с некоторым трудом.

— Сам понимаешь, после такого представления об очень странном асоциальном типе желания познакомиться с тобой у меня резко поубавилось. — Продолжал между тем рассказ мой родитель, не дождавшись от меня никакой явно видимой реакции, — и я бы и поныне пребывал в убежденности, что все сказанное в том докладе — истинная правда, если бы не твой дед, заявившийся ко мне на днях со своими претензиями.

— Дед? — Не удержался я, — он что, вот так прямо заявился к вам во дворец?

— Если бы, — хмыкнул знатный вельможа. — Хотя я считал, что двери моего жилища всегда для него открыты, внезапно оказалось, что у моей охраны существует прямо противоположный приказ, и его ко мне просто не допустили, даже не известив меня о посетителе. Более того, едва твой дед удалился от территории моего поместья, на него было совершено нападение.

— С ним все в порядке? — Забеспокоился я. Нет, так-то по разговорному артефакту он насчет посещения мной Машкиной помолвки очень даже бодро общался, но кто знает, вдруг мой дед все же пострадал.

— В порядке с ним все. Нападавшие собирались в спешке, потому не очень хорошо подготовились, а у старого хрыча оказалась под наемом довольно сильная частная охранная компания.

— И откуда тогда вы узнали о несостоявшемся визите? — Задал я просто таки напрашивающийся вопрос.

— Встретились при содействии нашего общего знакомого, — отмахнулся князь от моего вопроса, как от не очень существенного. — И вот уже при той встрече я узнал о нападениях на тебя, некоторые новые факты, ну и сделал соответствующий вывод, что мой главный охранитель оказался излишне предусмотрительным человеком. Он, зная о наложенном на меня смертельном проклятии, обеспокоился о выборе для себя новой госпожи еще задолго до моей смерти. Думаю, сейчас он очень сильно сожалеет об этом своем поспешном решении, а я вот, решил лично пообщаться со своим сыном. Прояснить, так сказать, некоторые неясные моменты того доклада…

Покинул меня родитель — время уже к полуночи приближалось. Очень эффектно, надо сказать, покинул: создал портал в углу моей комнаты, в который и шагнул. После чего портал, разумеется, закрылся, как и не бывало его. Гуамоко, промолчавший в тряпочку все время визита, тут же посоветовал мне обратить внимание на небольшие руны, выжженные каким-то непонятным способом на потолке. Мол, это не просто закорючки, а самый настоящий пространственный якорь, и