"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

не старая, но явно опустившаяся женщина в домашнем халате. Ее трясущиеся руки производили отталкивающее впечатление, потому что сразу было понятно — это не последствия инсульта. Хозяйка осмотрела меня с головы до ног:

— Ты, что ли, Семен?

— Я.

— Проходи на кухню.

Тяжелый запах в квартире почти физически ударил по обонянию. Я прошел в крохотную кухню, где из всей мебели умещался лишь стол, две табуретки, газовая плита и обшарпанный холодильник, из которого хозяйка вытащила бутылку трехзвездочного коньяка, что меня невольно удивило. Логично было ожидать дешевую бормотуху или, в крайнем случае, паленую водку.

— Пить будешь?

— Нет. Вы хотели мне что-то передать?

— Садись, хоть посмотрю на тебя.

— Можно окно открыть? Душновато здесь.

— Валяй.

Подоконник был заставлен грязной посудой и банками с водой, в которых пускали перо луковицы. Чтобы открыть створку, пришлось передвинуть все в один угол. Прямо под окном на клумбе цвел куст шиповника, и его ветки, как любопытная соседка, сразу просунулись внутрь. Свежий воздух и мягкий аромат поздней весны несколько развеяли гнетущее настроение.

— Решетки не собираетесь ставить? Все-таки первый этаж.

— У меня красть нечего, — махнула она рукой.

Я присел на край табурета. На клеенке валялись остатки предыдущих трапез, а сбоку стояли два глиняных горшка с землей. Обитавшие в них растения, по-видимому, давно высохли, и кашпо теперь использовались в качестве пепельниц.

— Похож на Женьку. Те же глаза и нос. — Хозяйка, оказывается, пристально разглядывала меня в то время, когда я искал чистое место в этом свинарнике.

— Вы сказали, что видели его…

— Да, встречались. Семь лет назад я еще видной телкой была, не то, что теперь. Мы с девчонками тогда на Ленинградке таких клиентов снимали, пальчики оближешь.

— Так сколько же вам… — Никогда не задаю этот дурацкий вопрос женщине, а тут вырвалось. Ну не могла она за семь лет превратиться…

— Да, не тушуйся. Малость за сорок перевалило. А в тридцать пять я многим двадцатилетним фору давала. Если бы не наркота, может, и сейчас еще была бы в силе.

Женщина сдвинула в сторону очистки сушеной рыбы, взяла с подоконника грязный стакан и плеснула туда горячительного. Выпила залпом.

— Мой отец, — напомнил я.

— Не дрейфь, он не был моим клиентом. Наоборот, хотел одну подружку, из малолеток, на путь истинный наставить. Знал бы он, сколько с ней мужиков к тому времени переспало, понял бы, что да-а-авно опоздал! Они, кобели, как увидят деваху с детским личиком, так чуть сразу из штанов не выпрыгивают. А у Раиски мордашка как у куколки была. Ты сам-то каких барышень предпочитаешь?

— Мы не обо мне сейчас говорим, женщина.

— Ляля меня зовут! — громко напомнила она.

— Хорошо, Ляля, — с ударением на кукольном имени произнес я, уже теряя терпение, — вы хотели рассказать мне о Евгении Зайцеве.

— Склерозом не страдаю! — злобно зыркнула она в мою сторону. — Так вот, к той дурехе два крутых мужичка подъехали. Им Женька где-то дорогу перебежал. Вот и решили они его в обществе голых девиц заснять, компромат состряпать. Пообещали ей хорошие деньги, если порошок в его стакан положит и сообщит потом о выполненной работе. Даже аванс в три штуки баксов отстегнули — денежки по тем временам немалые.

— И она вам все это рассказала?

— Я же говорю — дуреха. Прибежала с пачкой зеленых, а сама вся в слезах. Сначала деньги взяла, а потом испугалась.

— Значит, не совсем дура, — произнес я.

— Была бы умной, не словила бы пулю. Говорила ей: «Беги из города, пока не поздно». А она: «Конкуренции боишься».

— Так что же все-таки произошло? Она ему подсыпала порошок?

— Нет. Я тогда в деньгах шибко нуждалась и на встречу пошла вместо нее. Кстати, формы у нас с Раиской почти одинаковые были. — Дама явно зациклилась на своей былой, но теперь давно пропитой внешности. Ляля снова налила полстакана. — Семен, ты бы хоть для приличия воды себе налил, а то пью одна, как последний алкоголик.

— Меня жажда не мучает.

— Я ведь могу ничего и не рассказывать, парень, — пригрозила собеседница.

— Ладно. Где у вас чистая посуда?

— Глянь в ванной. Может, отыщешь чего.

Среди груды разномастных чашек мне удалось найти одну целую и более-менее чистую. На всякий случай еще ополоснул ее под краном. Когда вернулся, на столе уже стояла бутылка минеральной воды.

— Давай за встречу. — Она подняла стакан.

У меня почему-то сразу пересохло в горле, но пить минералку все равно не стал, лишь пригубил для виду. Пожалуй, впервые за свою недолгую жизнь в обществе женщины я чувствовал себя не в своей тарелке.

— Твоего папашку я нашла в фойе гостиницы. Неподалеку от здания фонда, в котором он работал.

— Вы знали его место работы?

— Конечно, у меня тогда с ним был долгий разговор о жизни. — Она повернулась к подоконнику, чтобы отщипнуть перо от проросшей луковицы, а я в это время из предосторожности вылил воду в цветочный горшок — мало ли какие бациллы остались на этой чашке, а если хозяйка увидит, что не пью, снова начнет вредничать.

— Может, в магазин сбегать колбаски купить?

— Сиди. Или ты жрать сюда пришел?

— Нет.

— Тогда наливай свою воду и слушай.

Мы опять выпили (я условно).

— Так вот, мы с Женькой поднялись в номер. Поболтали с часик, а когда он мне надоел, вспомнила о порошке. Деньги ведь отрабатывать нужно было.

— А потом?

— Как я и думала, это оказалось не снотворное.

— Неужели яд?

— Точно! Женька, кстати, тоже начал догадываться. Минут за пять до того, как сознание потерял.

— А почему вы «скорую» не вызвали?

— Зачем? Ведь тогда пришлось бы слишком много объяснять. Мне из-за твоего папаши идти за решетку? Вот еще!

Переполнившая меня ярость буквально рвалась наружу. В очередной раз, когда хозяйка повернулась к окну, я с трудом сдержался, чтобы не схватить бутылку и не разбить ее о голову старой проститутки.

— Зато человек был бы жив! — буквально рявкнул я.

— Не думаю. — Убийца моего отца не обратила никакого внимания на всплеск эмоций. Видимо, ей, как и всякому алкоголику, хватило двух возлияний, чтобы достичь равнодушно-тупого состояния. — Если его решили свести в могилу, значит, дело тем и закончится. А чуть раньше или позже не суть важно. Мне тогда еще самой нужно было из гостиницы выбираться. Пришлось постараться уйти не через парадный выход. Серьезные мужики в таких делах быстро за собой подчищают. Я вообще сообщила Раиске о выполнении работы, когда уже в такси домой ехала. Дуреха должна была заказчикам эсэмэской отчитаться.

— Но ведь о его смерти ничего не