"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

информации у нас, к сожалению, нет. Не знаю, в курсе ты или нет, но у них там настоящий бардак в так называемых аристократических кругах творится. За последние десять лет верховная власть переходила из одних рук в другие трижды. Текущий правитель убил своего предшественника четыре года назад. До этого момента он долго занимал пост главы рейдеров, но после провала одной масштабной операции был разжалован в рядовые и сослан служить в московский Очаг.

«Ага, где, скорее всего, и пробудил генетический эттерон, — подумал я. — Ада, а если собрать у себя, скажем, три десятка синих гемов и начать их засовывать в себя, то можно повторить мой путь?»

— Исключено, Безб, — тут же ответила помощница. — Инициирующим фактором для пробуждения генетического эттерона у столь эволюционно незрелых разумных, как люди, может послужить лишь запредельный энергетический выброс. Красный гем четвёртого или пятого ранга — вот тот минимум. Любой другой источник эттерниума попросту убьёт человека.

— А до вас не доходили слухи об уничтожении архидемона? — закинул удочку я, ведь столь грандиозное событие не могло бы остаться в тайне от широкой общественности империи, и внедрённые агенты должны были об этом знать.

— Нет, Сергей, ничего столь масштабного за последние десять лет не случалось, — обломал меня настоятель. — Хотя, постой, — вдруг хлопнул себя по лбу иерарх. — Имперцы предприняли крупный рейд к эпицентру одного небольшого Очага пять лет назад. Рейд окончился полным фиаско. Вернулся только один человек — Грегор, нынешний император. Он и рассказал, что всех его бойцов и одарённых убил архидемон. Но ты ведь неспроста меня спросил про архидемона, верно?

— Только красный гем, в совокупности ещё с кое-какими факторами, способен пробудить генетический эттерон, — не стал скрывать правду я.

А смысл? Всё равно никому из ныне живущих не под силу уничтожить архидемона. Кроме меня, естественно, да и то не прямо сейчас, а в перспективе.

— Но откуда у тебя такой гем, Сергей? — сумев сложить два и два, спросил настоятель.

— Вы же хорошо знаете, почему я оказался в вашем монастыре семнадцать лет назад, — грустно хмыкнул я.

— Ты вынес гем из эпицентра московского Очага, — констатировал иерарх Ковчега. — Ну конечно же. Это ведь так просто.

— Военные завалили тварь, ну а я добил арматурой и достал гем, — подтвердил я.

— Ты считаешь, что Грегор I, соврал и в той битве архидемон был всё же повержен, но он не захотел делиться добычей и оставил красный гем себе? — задумчиво проговорил настоятель.

— Угу, — кивнул я. — А свидетелей либо добил, либо их и вовсе не осталось. Это единственный вариант. Правда, я понятия не имею, как он узнал о других критериях для пробуждения эттерона. Скорее всего, всё произошло случайно, как и в моём случае.

— Случайности не случайны, Сергей. Я в этом абсолютно уверен, — перекрестившись, проговорил настоятель. — Какие ты сделал из всего этого выводы?

— Неутешительные, — хмыкнул я. — У Грегора имеется два года форы передо мной.

— Почему два? — нахмурился иерарх.

— Потому что три года назад Грегор нарушил один из основных постулатов эттернианцев и подселил в душу одарённому сущность демонита, за что виртуальный помощник должен был заблокировать его интерфейс дополненной реальности и остановить прогресс развития генетического эттерона. А вот о том, насколько сильно Грегор умудрился его прокачать за предыдущие два года и сколько информации усвоить, нам остаётся только гадать. Забрать то, что уже было усвоено, увы, невозможно, так что сила Грегора никуда не денется.

— Скорее всего, он посчитал, что после завершения адаптационного периода ему уже нечего опасаться. Казалось бы, ассистент отключился и уже не может контролировать мысли, а значит, можно творить всё, что вздумается, — высказала догадку Ада.

«Но это не так», — хмыкнул я.

— Не так, — подтвердила помощница. — Мы остаёмся с носителем до тех пор, пока тот живёт.

«В качестве надзирателя?» — вновь хмыкнул я.

— В том числе и надзирателя, — не стала юлить и ответила прямо Ада.

— В лучшем случае Грегор успел прокачать генетический эттерон лишь до пятого уровня, — начал размышлять вслух я. — Именно в этот момент завершается адаптационный период, и ассистент уходит в спящий режим. Он мог посчитать, что контроль со стороны эттернианцев ослаб, и можно спокойно заниматься своими тёмными делишками. Но даже при таком раскладе он успел поглотить тысячи единиц эттерниума и обрести поистине нечеловеческие возможности. Обычные паладины не смогут ничего противопоставить этой силе.

— Выходит, что судьба всего Ковчега, а возможно, и всех людей оказалась в руках отступника. В твоих руках, Сергей. Причудливы выверты судьбы, правда ведь? — улыбнулся настоятель. — И каково же будет твоё решение?

Хороший вопрос. Оно мне надо — вписываться за тысячи незнакомых людей, от которых я за всё это время не видел ничего, кроме презрения? Хочу ли я рвать жилы, рисковать собственной шкурой, лезть в самое пекло с сомнительным шансом на успех? Наверное, нет. «А ради кого или чего готов?» — спросил я сам у себя. Спросил, наверное, первый раз в жизни. Чего я, собственно, хочу? Какой у меня долгосрочный план? Не зарисовки карандашом на ближайшие дни, а глобальная цель. Куда я хочу прийти через десять, двадцать, пятьдесят лет?

Уверен, что безопасных клочков Земли на мой век хватит. Я могу спокойно прокачать генетический эттерон, освоить пространственную магию, закупить в Ковчеге всё необходимое и уйти. Для меня открыто множество недоступных другим путей. Я свободно могу перемещаться по кромкам Очагов и обходить опасные участки вражеской территории. Доберусь до моря или океана, обживу какую-нибудь виллу, а что дальше? Рано или поздно, а изменённая тварь придёт и разрушит всё. Сильно сомневаюсь, что она постареет и умрёт. Ничего не рассосётся само собой.

Тогда останется только один вариант — бежать дальше, потому как изменить что-либо будет уже невозможно. Сейчас варианта два: сбежать или сражаться. Сражаться не ради кого-то или чего-то, а потому что так правильно, и гори оно всё синим пламенем.

— Первое, — заговорил после длительной паузы я. — Вы измените закон и перестанете изымать одарённых детей из их семей. Сами должны понимать, что случай с Вовкой — это лишь начало. Люди всегда будут яростно сражаться за своих детей и искать способы обойти правила. Неизвестно, сколько одарённых скрываются от вашего