Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

– А если… если я откажусь?

– Я знаю, что откажешься, – покачал головой бывший действительный. – Почти уверен в этом. – Он отвел руку в сторону и словно невзначай коснулся тени дасу, вскользь провел по чернильной кляксе.

– И что тогда?

– И тогда он свалит все это на тебя, – процедил Вит и закашлялся, словно чахоточный. В груди снова поселилась боль, она рвала легкие на части, не давая вдохнуть.

– Думаешь, – Дамир оглядел поляну, – того, кто устроил все это, не будут искать? Не будут ненавидеть? В глазах остальных я был и остаюсь действительным Вышграда, членом совета магов, а ты… Ты – жалкая девчонка, которая не знает, что делать со своим даром. Зеркальный маг, которому удалось выжить после ритуала. Спутавшаяся с вирийским выродком девка, которая настолько свихнулась, что решила уничтожить полстраны. Даже мой бедный ученик, потерявший всю семью в Белой Подгорице, пошел по ложному пути. И только я, Дамир Вышградский, смог остановить отступников! Поверь, легко увидеть злодеев в тех, от кого не ждешь ничего хорошего. А я помогу им увидеть.

– Но это значит… – Я растерялась. – Это значит, что кто-то выживет. Что вы не собираетесь уничтожать…

Я не договорила.

– Уничтожать мир? – Дамир вздохнул, словно разговаривал с неразумным ребенком. – Зачем? Нет, конечно. У меня на него большие планы.

Он сжал ладонь, и тьма дасу, которой он касался, заколыхалась, словно вода в крынке, в которую опустили руку.

Тьма стала обволакивать его ладонь, покрывать кожу, словно перчатка. Она покрывала руку и исчезала, растворяясь во внутренней силе. Я неосознанно подалась вперед, чувствуя, как маг втягивает в себя черноту.

Демон заметался, потерял форму, собрался снова, но уйти от руки зеркального мага не смог, продолжал отдавать магию и молчаливо исчезать.

Именно поэтому зеркальных магов выставляли против дасу. А потом убивали.

Второй демон качнулся в сторону Дамира, изменив форму и превратившись во что-то, хищно скалящееся. Черные челюсти сомкнулись на плече бывшего действительного.

Я хотела услышать, как тот закричит. Даже ждала этого, пусть дасу мне не союзник.

Челюсти сомкнулись и… исчезли. Учитель Риона запрокинул голову и захохотал. То, к чему я шла долго и упорно, даже не зная, куда и зачем иду, пастырь подарил ему в один миг. Действительный мог впитывать все, к чему прикасался, мог убивать одним движением.

Второй дасу исчез.

– Так, значит, весь этот бедлам даже не для «высокой» цели? – хрипло спросил Вит, встав рядом со мной. – Великий действительный Вышграда – всего лишь обычный вор?

Дамир выпрямился, оборвав смех.

– Не тебе читать мне нотации, порченая кровь. Ты сам наглотался силы выверта. Думал, не увижу или не пойму?

– Страшные события требуют страшных решений, – ответил чернокнижник.

– Именно, – согласился Дамир и снова улыбнулся знакомой, немного неловкой улыбкой. – Тьма дасу внутри тебя. Чего нам делить?

– Почти нечего. – Вит шевельнулся, сделал шаг вперед. – Кроме нее, – последовал быстрый взгляд в мою сторону. – Ничего, кроме твоего ученика Риона.

Бывший действительный небрежно отмахнулся, надо полагать, ученика мы могли забирать себе.

– Ничего, кроме чужих жизней, которые ты приравнял к медным череням и расплатился с дасу.

В опущенной руке чернокнижника снова стала собираться сила.

– Малые Охапки, – начал перечислять вириец, делая очередной шаг к действительному, – Волотки…

Слова падали, как монеты из дырявого кошеля.

– Приоров хутор… Олотье…

Да, еще и это… Олотье. Я впервые услышала название села, что «умерло» в княжестве. Село, после смерти которого в Тарию был направлен отряд Вита.

– А ведь там ты даже не завершил вызова, – покачал головой вириец. – Не смог или не захотел?

– Не твое дело.

– Мое, чаровник. Выверт мы опознали бы сразу, а так… Ты же просто всех убил. Целое село. Зачем?

– Лес рубят, щепки летят, – с насмешкой ответил Дамир. – Они могли опознать меня, какой-нибудь востроносый мальчишка обязательно однажды ткнул бы в меня пальцем. Я должен был учесть все, перепроверить, отрепетиро…

– … вать. – закончил Вит. – Как актер, выходящий на сцену. И надевающий маску.

Слова… Они не имели никакого значения. Ничто из того, что они говорили друг другу, не имело значения. Всего лишь отсрочка.

Песнь Источника закончилась, осыпалась сухими звуками к нашим ногам. Последний сгусток грязи вывалился из прорехи мира и упал в Фонтан. Дыра стала расширяться, расползаться во все стороны. Мир пошел волнами, словно кто-то сминал его пальцами, как старую ткань.

Пастырь дасу пришел в наш мир.

Время разговоров закончилось.

Вит бросил заклинание. Оно было похоже на мерцающие нити паутины, что сверкают поутру от капелек росы. Только эти нити оказались прочнее пеньковой веревки.

Что, если они поубивают друг друга? Может, оно и к лучшему? Тем более что все, что требуется от меня, это – отойти в сторону и не мешать.

Если Эол читал мои мысли, то наверняка ужасался.

Паутинки опутали действительного, некоторые взрезали его одежду и кожу, словно лезвия, а некоторые…

…Некоторые вспыхнули стальным светом. Учитель Риона собрал их в кулак и дернул рукой. Вит повалился на землю, словно клюнувшая бортом телега, когда вожжи вырвались из рук возницы. Дамир оставался магом, он перехватил заклинание чернокнижника и сделал его своим. По крайней мере, так это выглядело со стороны, когда зеркальный маг наматывал «паутинки» на кулак, подтаскивая к себе упавшего Вита, словно запутавшегося в поводьях всадника.

Я бросилась к чернокнижнику, бросилась бездумно, не зная, что делать. Разве что схватить мужчину за ноги и поиграть с Дамиром в перетягивание каната?

Бывший действительный подтащил Вита и ткнул носом в свои сапоги, как нашкодившего пса. Вириец не имел ничего против, лишь оскалился и раскрыл вторую руку, до этого крепко сжатую в кулак.

Перед Источником расцвел огненный цветок. Распустился, словно дикая роза на колючем кусте.

Магия была в обеих руках чернокнижника, и, если первое заклинание, выпущенное напоказ, Дамир перехватил, то второе не смог. Не ожидал или не успел.

Волна жара швырнула меня к подножию Источника. Лицо обожгло, запахло палеными тканью, кожей и волосами.

Гигантские лепестки огня обвили ноги Дамира. Действительный оказался в центре распустившегося цветка. Вит лежал на траве рядом и закрывал голову руками. Рукава и волосы мужчины тлели.

Я упала на что-то мягкое, неприятное, сползла на черную траву и снова оказалась рядом с мертвым Тамитом.

Кожа на сапогах учителя Риона обуглилась, штаны и полы куртки съежились. Пахло горелым. Но действительный продолжал стоять. Горел и стоял. Сжимал кулаки, но все еще жил.

Дамир запрокинул голову к темному небу и закричал, завыл что-то протяжное, что-то, складывающееся в слова. Сильные слова. Они наливались, напитывались магией, словно брошенная в речку ткань. Разбухали, как промокшая древесина, и обрушивались прямо