Учитель Особого Назначения. Том 9 - Илья Игоревич Савич

не решить. Но до этого момента отец был лишь безликим образом. Удобным, чтобы ругать его, списывать на него свои неудачи. Этакий козёл отпущения, который теперь вдруг грозил обрести облик. Мог заговорить, хоть и внутренним голосом самого Данилы, через слова в старой потрёпанной книжке с кожаной обложкой.

Данила решался с минуту. Завис над сундуком и даже не моргал, действуя на нервы Ястребу и испытывая на прочность силу духа.

А затем выдохнул и резко, словно сорвал пластырь, выхватил записную книжку. Задержался на первой титульной странице, а затем начал её быстро перелистывать. Очень быстро. Вряд ли он успевал что-то внимательно прочитать, ведь боялся вникать в текст.

— Н… ну что там? — прошептал Ястреб и нервно сглотнул, до сих пор перебарывая самого себя.

— Да так… — пробормотал парень, не отрываясь от книжки. — Там на первой странице было написано: «Ни при каких условиях, даже под угрозой смерти, не сообщать о содержимом Ястребу. Николаич, звиняй».

— Чего-о-о⁈ — ахнул суровый боец спецотряда, словно возмущённый подросток, которому отрубили игровую приставку. — Макар! Н-не верю! Дай гляну!!!

Он потянулся было за книжкой, но Даня с очень серьёзным видом одёрнул руку.

— Нет! — со сталью в голосе прорычал пацан.

Этот голос был похож на первый серьёзный рык львёнка. И отчего-то он отрезвил Ястреба. Возмущение в Источнике вдруг улеглось, а раздражённое нервное лицо разгладилось и стало просто недовольным.

Даня удостоверился, что Ястреб успокоился, а затем начал листать страницы медленнее, будто собственный рык успокоил и его самого. Пацан начал вчитываться в то, что когда-то писал Макар.

А если он писал здесь таким же почерком, какой я помню, то вчитываться прям приходилось! Иначе эти каракули не разобрать, хех… Кстати, это у них явно семейное!

Я не использовал Око и не собирался никоим образом подглядывать. Что-то подсказывало мне: этот дневник — послание исключительно для Данилы. Так что раскрывать содержимое просто так не стоит. И не только Ястребу, но и всем остальным, в том числе мне самому.

Вот Ястребу — ни в коем случае! Даже под угрозой смерти.

Пускай помучается, хе-хе.

Через пару минут тишины, которую прерывало шуршание страниц, примерно на середине записной книжки Данила замер. Его глаза округлились, рот приоткрылся. Дрожащими руками он подцепил фотографию, которая была вложена между страницами.

Ястреб при виде этой картины чуть не взорвался от нетерпения. Но его любопытство наконец-то было утолено. Данила повернул голову и посмотрел на меня. Глаза парня наполнились влагой, и он показал фотографию.

На ней стояла пара молодых людей на фоне какого-то парка, возле лавочки. Юная красивая женщина лет девятнадцати или немного старше, с тёмными волосами, яркими серыми глазами. А рядом с ней — крепкий поджарый мужчина.

Они были счастливы. Улыбались и держали в руках маленький комок пелёнок, из которого выглядывала хмурая мордашка младенца. В женщине было легко узнать Веру Степановну. А мужчина…

— Это мой папа, да? — хрипло тихо спросил Данила.

— Да, шкет, — улыбнулся я. — Это он. А это ты, — ткнул я пальцем на хмурую мордашку. — Ты погляди, а! Я думал, у тебя просто жизнь тяжёлая, а ты с самого рождения такой недовольный!

— Хех, — нервно, коротко хихикнул Данила. — Это уж точно!

— Ладно, — кивнул я. — Закругляемся. Пора возвращаться.

Вместе с этим я уже потянулся, чтобы захлопнуть сундук и активировать магический замок. Вот только не успел я это сделать, как Верблюд положил мне руку на плечо.

— Погоди, Ставр! Негоже так делать. Они ж ни фига не получат, когда откроют этот сундук!

Да, он уже понимал, что я хоть и закрою сундук, но оставлю лазейку, чтобы его могли открыть. Просто на этот раз заклинание будет действовать согласно моим установкам, а не тому, что задал Макар. Так что наверняка спустя многие месяцы, а то и годы кропотливого труда британские спецы всё-таки смогут это сделать.

— Вот, давай эту хреновину туда положим, — сунул он фигурку пузатого китайского божка.

— Это ж артефакт, — приподнял я бровь. — Не жалко?

— Да ну его, — махнул Верблюд. — Эта хрень просто светится, прикинь? По сути, артефакт-светильник. Просто золотой и тяжёлый. А хороший прикол дороже золота, хе-хе, — осклабился Верблюд.

— Ладно, давай, — махнул я.

И мы оставили подарок нашим дружественным соседям и не очень дружественным конкурентам. Пускай развлекаются.

Примерно через час мы уже направлялись к месту посадки транспортировщика. Навороченный по последнему слову имперской техники вертолёт-невидимка уже ожидал нас. Причём невидимкой он был во всех смыслах этого слова! Ни на радарах, ни в магических анализаторах его обнаружить было нельзя. А плюсом ко всему он ещё и косплеил способность Ястреба и становился невидимым благодаря особому материалу. Разработанному, кстати говоря, исключительно на земных технологиях. Ну и парочки заклинаний для закрепления эффекта, конечно.

— Слушайте, — почесал голову Санчо, когда вдали уже показалась эта самая невидимка, — а у нас же задание привезти содержимое сундука. Мы что, записную книжку Макара отдадим?

Все глянули в сторону Данилы, и тот машинально прижал ладонь к груди. Во внутреннем кармане его куртки как раз хранился дневник отца.

— Да не, — махнул я. — Им это не нужно, да и пользы никакой не принесёт. Будет валяться где-то в архивах… А насчёт артефакта надо думать!

Я сделал вид, что очень сильно думаю. Ну прям очень. А затем как бы невзначай встретился взглядом с Верблюдом. А Верблюд усердно делал вид, что не замечает моего пристального и со временем ставшего немного осуждающим взгляда.

Но в конце концов он не выдержал и буркнул:

— Ну ладно, ладно, Ставр! На свой артефакт! — протянул он мне кулон, который взял у китайского генерала.

— И что, хороший артефакт? — поинтересовался Таргай, глянув через моё плечо.

— Хороший? Ха! — недовольно буркнул Верблюд. Он сейчас насупился, словно обиженный малыш, у которого отобрали конфетку. — Капец какой хороший! Да за него можно, я не знаю… губернию выкупить или типа того! Судя по плетениям, он позволяет читать мысли собеседника. Короче, ментальный артефакт.

— Ни хрена себе! — округлил глаза Ястреб. — Блин, а может, всё-таки…

— Нет! — отрезал я. — Мы не будем забирать его себе. Пускай останется в казне и поработает на благо Империи. Думаю, Алексеич оценит такой подгон.

— Ну да, — хмыкнул Санчо. — Пётр Алексеевич с этим артефактом на любых переговорах будет знать все козыри в рукаве собеседника. Действительно крутой «подгон»! Прям императорский.

Ментальные артефакты всегда были в цене, потому что их попросту очень мало. Производить их умели, наверное, единицы мастеров во всём мире. А по-настоящему могущественные, как этот кулон, могли осилить всего пара человек. Серьги Тихомира, кстати, были