Семь снежных ночей - Цан Юэ

– госпожа была ещё и крайне требовательна к внешности своих пациентов. Как правило, услуги Божественной Целительницы стоили очень дорого. Однако если больной не мог заплатить и при этом был хорош собой, госпожа переставала скупиться и могла помочь просто так. Если же помощи ждали несколько страждущих, она всегда без колебаний начинала с самого молодого и красивого.

Так случилось, например, с Хо Чжаньбаем.

– Очень красивый? – госпожа выгнула бровь. – Правда?

– Да! – Лю-эр легонько похлопала юношу по плечу кончиком меча. – Он в десять раз симпатичнее того приставалы Хо Чжаньбая!

– Неужто? – Сюэ Цзые наконец подошла, заинтересовавшись. – Это действительно редкость.

Она приблизилась к лежащему без сознания юноше, наклонилась и приподняла его голову за подбородок, рассматривая внимательнее. Лицо было залито кровью. Расколотая маска из белого нефрита держалась на нём каким-то чудом. Увидев это, Сюэ Цзые резко посерьёзнела и коснулась крупного осколка.

Кажется, с этим человеком… не всё так просто.

Отставив грелку в сторону, она аккуратно сняла маску, стёрла кровь и вгляделась пристальнее – лицо совсем ещё молодое.

Он и правда был очень хорош собой, но вместе с тем казался мрачным и отстранённым. Кожа бледная, словно юношу выточили из снежной глыбы. Не покидало ощущение, что сомкнутые веки оберегали тех, кто на него взглянет, от чего-то дурного. Может, от бездны, что таилась за ними? Своим видом юноша сперва приводил в смятение, а потом и вовсе начинал пугать.

Сюэ Цзые, сама не заметив, тихо ахнула: её словно задело порывом ледяного ветра.

– Ну как? Правда ведь хорошенький? Жалко, если умрёт… Так мы ему поможем?

Сюэ Цзые сосредоточилась на своих ощущениях. Она потянулась и легко коснулась закрытых глаз юноши. Именно от них исходила пугающая сила.

Что это было? Мало что на свете способно так её растревожить.

– И ещё жив, – задумчиво пробормотала она, чувствуя кончиками пальцев, как подрагивают его веки.

Этот человек был ранен тяжелее, чем Хо Чжаньбай, и всё же дополз за ним сюда! Какая невероятная воля к жизни!

Сюэ Цзые убрала руку, выпрямилась и отступила на шаг: ей стало жутковато.

В этот же самый миг умирающий распахнул ярко-синие глаза!

Они сияли, как отполированное стекло, и демонический блеск на миг отразился в её зрачках. Казалось, на это ушли последние силы юноши. Не пытаясь больше пошевелиться, он разлепил бескровные, бледные губы и выдавил:

– Помоги… мне…

Сюэ Цзые почувствовала, как помутилось в голове, когда чужая воля вторглась в её душу.

«Захват души» с использованием искусства отражения взгляда? Сюэ Цзые мгновенно узнала технику – и всё равно попала под удар.

Не тратя времени на раздумья, она достала что-то из рукава и заслонилась от взгляда незнакомца.

Раненый юноша тихо вскрикнул, содрогнулся всем телом и обмяк, снова потеряв сознание.

Сюэ Цзые стояла на ветру и чувствовала, как по её спине струится холодный пот. Женщину бил озноб. В ладони она сжимала изящное металлическое зеркальце, искусно сработанное в форме цветка водяного ореха. Самая обычная девичья вещичка – поправить причёску, к примеру.

В тот миг, когда её коснулся полный демонических чар взгляд, она не задумываясь отразила удар в того, кто его нанёс. Это был единственный способ противостоять подобному исключительно мастерскому нападению.

Но, справившись с опасностью, Сюэ Цзые в нерешительности застыла. Когда юноша поднял веки, она заметила что-то важное. Эти глаза… Этот взгляд… Он показался знакомым: она будто бы встречала похожий когда-то давно, больше десятка лет назад.

– Госпожа, как вы? Всё хорошо?

Атака была молниеносной, словно ястреб спикировал на добычу. Лю-эр даже не успела вмешаться.

– Обошлось, – пробормотала Сюэ Цзые, снова подхватив грелку, и закашлялась. – Ещё бы совсем чуть-чуть…

Лю-эр яростно замахнулась, желая разрубить юношу пополам.

– Это уж слишком!.. Госпожа хотела тебе помочь, а ты посмел её обидеть! Что за неблагодарный подлец?!

Сюэ Цзые коснулась её локтя, останавливая, и качнула головой.

– Достаточно. Заберём его с собой.

Лю-эр совсем растерялась. Госпожа всё ещё собирается его спасти? Он, конечно, красавчик, но настоящая гадюка: точно укусит всех, кого сможет, как только немного восстановит силы.

– Идём, – сказала Сюэ Цзые.

Её кашель всё усиливался. Она ощущала, как колкий ледяной воздух словно замораживал её лёгкие изнутри и отдавался острой болью.

– Давай поторопимся, – добавила она.

Лю-эр не посмела спорить. Теперь ей предстояло всю обратную дорогу тащить на себе это беспамятное тело.

Снег и ветер по-прежнему стирали границы между землёй и небом, так что Сюэ Цзые шла по бескрайней белой пустоши.

Холод пробирался под одежды, и казалось, что даже кровь стынет в жилах, а тело превращается в кусок льда – так же, как ночью двенадцать лет назад.

Вернётся ли когда-нибудь тепло?

Она снова закашлялась и прошептала, глядя на парящие в воздухе снежинки:

– Сюэ Хуай…[5]

Сюэ Хуай… ты мерещишься мне? Только что в глазах этого человека… я вдруг увидела тебя.

Глава 1

Первая снежная ночь

Хо Чжаньбай не знал, сколько времени он провёл в забытьи. Когда он очнулся, снаружи уже стемнело.

Первым, что он увидел, стали девять нефритовых бирок на стене; на каждой искусно вырезаны цветущие орхидеи и грибы бессмертия. Похоже, это были бирки «Возвращение с Небес», которые уже использовали в этом году. Все знали, что каждый год Долина целителей выдаёт лишь десять таких и принимает только десяток больных – всех за крайне высокую плату. Именно так эти нефритовые бирки стали дарующими бессмертие талисманами, которыми стремились завладеть все мастера боевых искусств.

Судя по всему, в этом году лишь одну ещё не истратили и не вернули в Долину.

Хо Чжаньбай хотел повернуть голову, но шея отозвалась такой острой болью, будто была сломана. Краем глаза он заметил Снежного Ястреба. Птица сидела на жёрдочке, свесив голову, словно дремала. Над свечой в серебряной ванночке-кювете прогревался набор тончайших медицинских игл, а в серебряном чайничке кипели лекарственные травы, распространяя при этом по всей комнате свой аромат.

Внезапно Хо Чжаньбай почувствовал умиротворение. Это место стало родным – единственное за восемь лет прибежище, в котором он всегда мог укрыться от беспрерывных погонь и сражений.

– Да тебя и впрямь не убьёшь.

Он распахнул глаза, услышав хорошо знакомый насмешливый голос. Всё же повернул голову, превозмогая боль, и увидел тонкую прокалённую иглу в изящной женской руке.

Хо Чжаньбай слабо улыбнулся. Сюэ Цзые…

Женщина в фиолетовом изогнула брови в притворном удивлении. Она не спеша перебирала иглы и не упустила возможности уязвить словами:

– Я смотрю, ты привык полагаться на нас. Собираешься предложить себя в счёт долга? Один