Спрут - Дмитрий Ромов

него очень ограниченный ресурс. Понятно, что времени прошло всего ничего, и новое похищение или покушение он бы просто не успел организовать. Но, думаю, у него мало людей, мало возможностей. И его звонок с дурацкими условиями очень похож на последнюю попытку.

— Похож, — согласились Чердынцев и Яна.

— Но это только предположение, — хмуро вставила Женя.

Зазвонил телефон. Ответил и включил на громкую.

— Я заждался, — раздражённо сказал Бледар. — Мне не нравится, что ты так выполняешь договорённости. Это плохой знак. Ты должен был позвонить из такси, а ты поехал к своей адвокатше. Не думай, что ты можешь обвести меня вокруг пальца. Больше тебе это не удастся. Поверь, то, что я не убиваю прямо сейчас, это лишь показывает мою доброту. Немедленно вызывай такси и выходи из офиса. Иначе дело примет очень, очень плохой оборот.

Сказав это, он сразу отключился. Чердынцев и Яна нахмурились.

— Надо вызывать полицию, — кивнула Евгения. — Я не собираюсь играть на свою собственную жизнь.

— Да ему сейчас предъявить-то нечего, — пожала плечами Яна. — Полиция, боюсь, всё только усложнит.

— Согласен, — кивнул я.

Снова зазвонил телефон.

— Чингиз Ильдарович! — сказал я, нажав на зелёное пятнышко. — Спасибо, что перезвонили.

— Да, — сказал он. — Чего хотел?

— Чингиз Ильдарович, я хотел попросить, чтобы вы меня приняли. Мне нужно с вами обсудить очень важный вопрос.

— Какой вопрос? Ты нашёл шакала?

— Нашёл. Но вопрос не только об этом. Вопрос стратегический.

— Слушаю тебя.

— Я бы не хотел говорить по телефону. Могли бы мы с вами увидеться завтра в любое удобное для вас время?

— Хорошо, — сказал он. — Подъезжай утром. Во сколько у тебя утро начинается?

— Рано. Но я сейчас в Дубае. И прилечу около шести утра. Могу быть у вас, в общем-то, в любое время.

— В десять приезжай, — сказал Чингиз.

— Чингиз Ильдарович, помните, мы разговаривали об одной моей просьбе?

— Говори, говори, что хочешь.

— Я просил вас об услуге.

— Да… Но я ещё не занимался… Позвоню, позвоню…

— Не нужно. Я решил вопрос.

— Молодец! Всё?

— Нет, я же не просто похвастаться звоню. Просьба изменилась.

— Ну, давай…

Чингиз говорил недовольно и торопливо, будто я отвлёк его от чего-то важного.

— Мне нужно узнать об одном человеке. О Бледаре Мурати.

— Есть такой человек.

— Да. Это он контакт здесь?

— Слушай, может тебе ещё ключ от квартиры, где деньги? Спрашивай, что хочешь.

— Ладно. Можете его охарактеризовать?

— Нет, — ответил Чингиз. — Один раз его увидишь, сам поймёшь.

— А за ним есть реальные силы? — не отпускал его я.

— За всеми есть реальные силы. Но этот конкретный аферист связан с маленькой группой беспредельщиков. Я думаю, их скоро накроют. Слишком дерзкие. Я бы на твоём месте с ними дел не имел. Это мой отеческий совет. Есть, очень серьёзные люди, которые могут на него повлиять, если тебе надо. Но это будет стоить целый вагон бабла. Так что подумай, стоит ли игра выделки. Завтра всё мне расскажешь, и тогда посмотрим, что можно сделать с твоим Бледаром. Ладно, всё, тогда. Некогда мне…

Мы распрощались.

— Кто это? — спросила Евгения.

— Один уважаемый человек, — ответил я и передал, что сказал Чингиз о Бледаре.

Мы помолчали.

— Ну что, — сказал я. — Нужно ехать…

— И что ты предлагаешь? — спросила Джейн. — У тебя есть план?

— Есть ли у вас план, мистер Фикс? — усмехнулся я. — У меня целый чемодан первоклассного плана.

— Ну, делись тогда, — хмыкнул Чердынцев.

* * *

Я вышел из офиса. Такси, вызванное Женей было уже на месте. Я заглянул, и сказал, чтобы таксист уезжал. Подошёл к стоянке неподалёку. Подождал, пока отъедут три первые машины и только тогда взял машину. Уселся и позвонил Бледару.

— Какой ты осторожный, — засмеялся он. — Я даже не понял сначала, что ты там делаешь и для чего устроил всю эту возню с машинами. Ладно. Приезжай. И поторопись, а то скоро станет темно.

— Куда ехать?

Он произнёс название «Вайлд Вади». Звучало знакомо.

— Что это? — спросил я.

— Это не конечная точка, — ответил он. — Когда будешь подъезжать, за пять минут позвони. Я сообщу следующую.

Я тут же перезвонил Джейн и объяснил ситуацию.

— Вот сука, — сказала она. — Куда он сказал ехать?

Я ответил.

— Пока ни о чём не говорит, — объяснила она. — Это аквапарк. Но в ту сторону очень много всего. Сразу звони, когда станет известна следующая точка маршрута.

Я отключился и позвонил Мишке, сказал, что потребуется его помощь. Мы ехали вдоль моря. Собственно, само море видно не было, но я сориентировался по карте в телефоне. Следующим пунктом стала мечеть Джумейра. Я позвонил Джейн.

— Мечеть Джумейра? Там пляжи. Что там ещё?

— А это что? — послышался голос Чердынцева.

— Это?.. Сухие доки, — ответила Джейн. — Судоремонтная хрень. Подождём. Сергей, мы уже едем за тобой, так что не беспокойся. Сразу звони, как только получишь следующую инструкцию.

Подъезжая к мечети, я позвонил Бледару.

— Хорошо, — сказал он, — ты уже почти на месте. Следующая точка «Дубай Драй Докс». Нужно задать док номер тринадцать.

Я внёс в приложение новый адрес. Таксист покачал головой.

— Знаешь, где это? — спросил я у него.

— Найдём, — ответил он, показывая на навигатор.

* * *

Только что мы неслись по сумеречному шоссе, вокруг которого стояли шикарные дома, росли пальмы, попадались закрытые посёлки из дорогих вилл, и вдруг внезапно оказались окружёнными бетоном, старыми дорогами, фургонами, снующими фурами, огромными складами и ржавыми воротами.

Именно у ржавых ворот с номером 13 и надписью «Клозд» остановился таксист. Я позвонил Бледару.

— Всё, — сказал он. — Отпускай машину.

Таксист рванул, как будто его здесь на перо хотели поставить. А я остался у ржавых ворот на разбитой бетонной площадке. Пахло застоявшейся водой, соляркой, металлом.

Ждать пришлось минут пять. Наконец ворота открылись, из них выглянул крепкий черноволосый чувак и молча махнул мне рукой. Мы зашли в огромный ангар со старыми судами и небольшими моторными яхтами.

Пройдя через ангар, мы вышли через дверь на противоположной стороне и оказались на большой бетонной площадке. Она была огорожена со всех сторон стенами ангаров, высоким глухим забором с колючей проволокой и морем. Площадка была примерно пятьдесят на сто метров. Передний край упирался в канал, достаточно широкий, мутный и не особо красивый, с запахом застоявшейся воды и солярки.

По нему шёл буксир, таща за собой что-то вроде баржи. На той стороне канала была глухая стена дока, выше которой можно было разглядеть множество чёрных силуэтов кранов и неизвестных мне конструкций, на фоне яркого жёлтого заката.

Посреди площадки стоял раскладной столик, а перед ним — два стула. На одном