Наследник $$$ уровня 3 - Андрей Еслер

у самой воды. Туда не заглядывают репортеры, и никто нас не потревожит. Местный повар готовит ризотто и лазанью по своему фирменному рецепту. Правда, на пять звёзд обстановка не тянет, скатерти простые, посуда со сколами.

— Сколы переживу, — Карла загадочно улыбнулась и посмотрела на меня из-под ресниц. — Главное ведь компания. Верно?

— Верно, — согласился я.

* * *

Марселю доложили ближе к вечеру.

Клуб к этому часу только начинал набирать обороты. Краб сидел в кресле, катал в пальцах золотой перстень и ждал.

В дверь протиснулся один из его людей, крупный, коротко стриженый, и с разбитой костяшкой на правой руке.

— Взяли Аугусто, босс. На северной дороге, у старой заправки. Далеко уехать не успел.

— Надеюсь, вы с ним хорошо провели время?

— Разумеется, босс. Как только лишился одного мизинца, язык сам развязался.

Марсель повёл ладонью, приглашая продолжать.

— Много интересного рассказал наш беглец, — подручный привалился плечом к косяку. — Завод он переписал на молодого дэ Фуэго, четвёртый сын в семье. Аугусто думал скинуть на него долги и все наши хлопоты в придачу. Мол, приедет за заводом Краб, а завод уже чужой, вот пусть и разбираются между собой.

— Смышленый старик, — без улыбки отозвался Марсель.

— Был смышленный. Дальше у него разговор с рыбами на дне морсоком, — усмехнулся здоровяк. — Мальчишка приехал к нему, надавил, дал денег, и Аугусто всё подписал у нотариуса. Потом решил свалить из города, думал скрыться от нас.

Краб слушал молча. Имя дэ Фуэго он знал, как знал каждый в этом городе. За ним стояла газета, деньги и вес, каких у Марселя никогда не было, и врят ли будет. Только вес этот принадлежал не мальчишке, а его семье, и это кардинально меняло дело.

— Что за птица этот младший?

— Пустое место, босс, — подручный сплюнул. — Четвёртый наследник. Дома его на дух не выносят, в газетах поливают который месяц. То пьяная авария, то плещется в фонтанах. Родня им брезгует. Не будь у него фамилии, был бы обычный пьяница.

Значит, обиженный, из тех, за кого родня не станет вписываться и мараться, если он будет замешан в делах местной мафии, и это Марселю только на руку. Загороди дорогу настоящему дэ Фуэго, и назавтра к тебе явятся люди из управления с ордерами. А этот один, всеми брошенный, со свежим заводом на шее.

Одно портило картину.

— Охрана у него есть?

— Есть, — подручный помрачнел. — Аугусто про одного обмолвился. Сидел за спиной хозяина и его помощницы весь разговор, слова не проронил. Говорил, глянешь и мороз по коже. Не из простых, босс. Похоже, мета.

Вот это было скверно. Корпораты держали при себе одарённых, как держат злых псов, и с таким псом Марсель связываться не собирался. Одна вспышка, и его молодцы разлетятся по стенам, как гнилые помидоры.

Значит, брать дэ Фуэго нужно не силой, а за живое.

— Аугусто про помощницу что говорил?

— Правая рука. С ней он к нотариусу и ездил, бумаги через неё вёл. Молодая, при мальчишке днюет и ночует.

Краб откинулся в кресле, и дерево жалобно скрипнуло под его тушей. Кажется, пазл сложился. Девку из-под бока умыкнуть куда проще, чем самого мальца с его ручным магом. Приволочь её сюда, дать мальчишке наживку с деталями дальнейших действий, и корпорат прибежит сам, один, без своего пса. С тем, кто держит твою бабу за горло, не спорят и волшебников на него не спускают.

Хозяин позвал двух людей и вкратце рассказал, что им надо сделать.

— Возьмите девку, — Марсель погладил перстень. — Он с ней постоянно таскается. Не спугните. Тихо возьмите, без крови. Живой и целой.

Подручные кивнули и вышели.

Краб потянулся к бутылке. Мальчишка сам сунул голову в петлю, а петлю за него поддержит его же помощница.

* * *

К вилле поехали двое.

Место присмотрели заранее, встали в тени на съезде с серпантина, откуда просматривались ворота. Ждать пришлось до вечера. В салоне было душно, пахло сигаретами, и оба уже клевали носами, когда створки наконец разъехались.

Из ворот выкатил седан. За рулём сидел один, рядом с ним второй, крепкие ребята в одинаковых костюмах. На заднем сиденье устроился знакомый по газетным снимкам дэ Фуэго, а рядом с ним женщина. Даже с обочины было видно, что девка хороша.

— Она, — буркнул тот, что за рулём, и тронулся следом.

Держались на расстоянии, не наглея, пропуская вперёд чужие машины. Седан спустился в город, покружил по вечерним улицам и выехал к самому краю, где дома жались к воде. Встал у неприметного домишки под черепицей. Вывеска над дверью едва заметная, и окна светились ровным жёлтым.

Мальчишка с девкой скрылись внутри, а охрана осталась караулить у входа.

Место было глухое. Ни зевак, ни лишних глаз. То, что для дэ Фуэго значило покой, для гостей Марселя обернулось подарком.

Один остался в машине, второй обошел дом с торца. Задворки выходили на пустой переулок, у стены громоздились ящики и бак с отбросами, от кухонной двери тянуло жареной рыбой и томатами. Служебный ход стоял приоткрытым, и изнутри доносился лязг посуды.

Он выждал, привалившись к стене. Через полчаса из зала в короткий коридор к уборным свернула женщина. Он шагнул навстречу из темноты, зажал ей рот прежде, чем она успела вскрикнуть. Второй уже держал наготове распахнутую дверь.

Через минуту переулок опустел. Только опрокинутый ящик, и оброненная туфелька остались лежать у чёрного хода.

* * *

Карла отсутствовала слишком долго.

Первые минут пять я честно списывал на женские ритуалы у зеркала. Свеча на нашем столе успела оплыть, ризотто затянуло пленкой, официант дважды прошел мимо, вопросительно поглядывая на пустующий стул. На седьмой минуте под рёбрами неприятно засосало, а на десятой я поднялся и пошел между столиками.

За дверью зала обнаружился тесный закуток с двумя кабинками. Тусклая лампочка, сквозняк, и распахнутая настежь задняя дверь в переулок. У порога, завалившись на бок, лежала туфля. Светлый ремешок, тонкий каблук. Дорогая туфля.

Её.

Холод прокатился по спине и тут же сгорел, уступив место злости. Думай, Виктор, думай. Случайные грабители не выносят женщину мимо кухни за считанные минуты и не оставляют кошелёк в сумочке на спинке стула. Работали точечно и ждали именно нас. А точечно в этом городе мне сейчас должен только один человек, Краб. Я увел завод из-под носа, вот он