Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

тебя и запомнили. Один из баланчинских танцоров сказал, что ему очень понравилась девочка, исполнявшая как раз в том, последнем, спектакле партию второй фрейлины. И танцевала, как сильфида, и даже внешне напоминала скорее фею, чем простую смертную. Как ты танцуешь, я знала. Достаточно вспомнить танцевальный тур того конкурса – на звание Снежной Принцессы… Мы в тот же день вылетели на Авалон. А когда прибыли сюда и отыскали труппу Питера Гейла, ты уже попала в очередную историю.

– Мне жаль, что я причинила вам столько хлопот. Я думала, что наконец-то появилась возможность как-то устроиться в этой жизни, а всё опять пошло наперекосяк.

– Я очень рада, что нашла тебя, – сказала королева, окинув Илану долгим, задумчивым взглядом. – Но я не уверена, что тебе стоит возвращаться в Германар. В свете того, что там сейчас творится, возвращение Снежной Принцессы мало кого обрадует. Может, тебе сейчас лучше поселиться в Леброне? Будешь рядом с Мартином.

– А Ева Руперт… Они ещё вместе?

– Да. Она от него не отходит. Мы с ней поддерживаем связь. Можешь с ней поговорить…

– Да нет, не стоит, мы с ней не такие уж и подруги… Я лучше поговорю с самим Мартином. Но в Леброн не поеду. Мартин, слава Богу, не одинок и вполне может обойтись без меня. А вот в Германаре я нужна. И я должна туда вернуться.

– Должна?

– Как это ни странно, я действительно снежная принцесса. И возможно, я смогу избавить Гаммель от этих ледяных кораблей… По крайней мере могу попробовать. Насколько я поняла, Военное ведомство тут бессильно?

– Так оно и есть, – вздохнула Изабелла. – Но мне бы не хотелось подвергать тебя опасности. Ты и так натерпелась… С другой стороны, все уже знают, что я тебя нашла, ведь процесс по делу принца Артура обсуждается во всех новостных программах на всех планетах Федерации. Если я буду тебя прятать, это только вызовет лишние разговоры.

– Вот именно. Я ни в чём не виновата, и скрываться мне незачем. Если корабли перестанут появляться, люди успокоятся.

– Ледяные корабли – не единственная проблема… Впрочем, поделом мне. Я слишком долго жила, как во сне. А чем дольше спишь, тем больше накапливается проблем. Я бы не хотела взваливать их решение на ребёнка…

– Я уже не ребёнок. Я подросток. Возраст, конечно, сложный, но по-хорошему со мной всегда можно договориться.

– Тогда давай договоримся, что ты не будешь творить чудеса без предупреждения. Я ничего не смыслю в колдовстве и боюсь его. А ещё больше боюсь за тебя. Одного ребёнка я уже потеряла… – королева запнулась и от смущения стала совершенно розовой. – И вообще… я уже чертовски устала терять.

– Я тоже, – сказала Илана. – Настолько, что уже и боюсь к кому-нибудь привязаться.

– А вот это напрасно. Я поняла, что одиночество делает нас особенно уязвимыми. А мы должны быть сильными. Слишком много предстоит решить проблем.

– Да уж, – засмеялась Илана. – И решать их лучше вместе с друзьями, а не в одиночку.

1 ОО – Особый отдел.

Глава 31. Правда и вымысел.

Суд так и не состоялся. Король и королева, желая максимально защитить своего покойного сына от дурной славы, предпочли замять обстоятельства его гибели – слишком много набралось доказательств его вины. В середине января все средства массовой информации Авалона официально сообщили, что следствие по делу принца Артура закрыто. Его смерть и ранения тех, кто находился вместе с ним в иллюзионе Замка Чудес, были признаны результатом несчастного случая. Иллюзион – лишь имитация реальности, но и он может быть опасен, если затевать там игры, не предусмотренные создателями этого аттракциона. Увы, молодёжь есть молодёжь. Когда она задумывалась о последствиях своих шалостей?

Томас Гилленсхааль, ещё толком не оправившийся от раны, решил отправиться в Германар вместе с Иланой и её друзьями. Родственники молодого рыцаря были только рады. Ведь именно его показания избавили убийцу наследника от тюрьмы. Конечно, месть королевской четы могла настигнуть Илану и Томаса на любой из планет Федерации, но для обоих было лучше как можно скорей оказаться подальше от Авалона. И желательно обзавестись могущественным покровителем. Родители Томаса надеялись, что при дворе королевы Изабеллы, к которой он нанялся на службу, он будет в относительной безопасности. Правда, сам молодой рыцарь считал, что принят в число гвардейцев королевы не для того, чтобы быть под её защитой, а для того, чтобы защищать её. Дворцовая гвардия была немногочисленна, но состояла из очень хорошо подготовленных людей. Вообще-то этот маленький отряд в пополнении не нуждался, и королева сделала всё, чтобы Томас об этом не узнал.

– Честно говоря, я немного беспокоюсь, поладит ли он с товарищами, – призналась она Илане. – Я имею в виду его… личные предпочтения. В Германаре к этому относятся гораздо менее лояльно, чем на Авалоне. Я стараюсь окружать себя терпимыми людьми, но что я в сущности о них знаю?

– Зато я неплохо знаю Томаса. Он слишком смел и слишком хорошо владеет боевыми искусствами, чтобы не понравиться товарищам по оружию. К тому же он разбирается в людях и никогда не подъедет к тому, кого могут шокировать его вкусы.

Вскоре королева поняла, что беспокоиться тут действительно не о чем. Томас с первого же дня покорил своим обаянием весь германарский двор. А что до личных пристрастий, то авалонский рыцарь всё чаще и настойчивей искал общества Лилианы Джонсон – к величайшей досаде самых блестящих придворных красавиц. И что он нашёл в этой мужеподобной девице? – удивлялись они. Слыша эти разговоры, Илана с трудом сдерживала смех.

Лилиана была счастлива и хорошела день ото дня. Женственными формами она, конечно, не отличалась, но Илана считала, что эта девушка гораздо интересней большинства красоток, постоянно порхавших по королевскому дворцу подобно птичкам, которые соревнуются друг с другом яркостью оперения.

Лилиана теперь куда тщательней следила за своей внешностью, но здравый смысл подсказывал ей, что соревноваться с этими «птичками» не стоит. Она по-прежнему предпочитала брючные костюмы и неброские цвета. Волосы она отпустила подлиннее и теперь походила на валькирий с картин некогда очень популярного художника-фантаста Ганса Свенсона. Когда Лилиане об этом сказали, она засмеялась и пообещала не уводить Томаса в Валгаллу раньше времени.

– Наконец-то у нашей Лилианы появилось чувство юмора, – заметил однажды командир королевской