Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

Карин, — с каких это пор ты начал бояться, или напомнить, что помолвка — не свадьба? Первое обязывает тебя, но не Лору или ее отца, а вот второе… На второе, тут ты прав, Соболев пока точно не пойдет. И не он один.

— Похоже, кое что я успел пропустить, — буркнул себе под нос Лаэрт, но на вопросительный взгляд обернувшегося Алина кивнул. В цветочный и… к ювелиру.

Ни там, ни там, они не задержались.

К дому Марии добирались на подземке — кар оставили на стоянке, хоть могли и нарушить установленное для этого района правило. Машина принадлежала службе розыска, имела допуск в зону. Но Алин настаивать на использовании привилегий не стал, догадываясь, что сейчас творилось в душе у его спутников. Вари рассказывала…

Он и сам видел, чего стоили этим двоим последние дни.

Первой их появление (если не считать многочисленной охраны, которая даже не пыталась не афишировать свое присутствие) заметила Лора. Выскочила из дома, замерла на крыльце…

Темно-русые волосы собраны в два хвостика, в широко раскрытых глазах напополам надежды и… неверия…

Лаэрт невольно сглотнул. Внешняя хрупкость девушки больше не обманывала. Тот час на нижнем ярусе коллектора, почти в полной темноте — два глимера из трех сдохли раньше, чем они прошли четверть пути, вдыхая токсичную дрянь, не догадываясь, что помощь уже совсем близка, окончательно избавил ее от беспечности юности, заставив повзрослеть раньше времени.

Наверное, с точки зрения жизни это было правильно — слабым не осилить пути, но не слишком ли жестоким оказался урок?!

Увы, ответить на этот вопрос он не мог. Ни себе, ни… ей.

Заметив едва заметное замешательство друга, Карин мимоходом коснулся его руки, требуя остаться с Лорой, и вошел в дом.

Шесть дней… Почти что вечность.

— Элена, Максим… — остановившись на пороге гостиной, где их ждали, приветствовал он родителей Марии. Леты с ними не было, как и Вацлава. Возможно, и к лучшему. — Господин адмирал, — повернулся на мгновение к Соболеву, стоявшему чуть в стороне. Не столько по необходимости — они беседовали несколько часов назад, сколько давая Истоминым возможность собраться с духом.

Знать о встрече и увидеть их вновь…

Обстоятельства оставляли им мало шансов, но будь на их месте его мать и отец, вполне могли указать на дверь. Мужчина, не сумевший защитить женщину, не достоин чести.

— Карин!

От его внимание не ускользнуло, как шевельнулась Элена, освобождаясь от опеки мужа — тот, поддерживая, прижимал ее к себе.

— Элена! — развернувшись, Йорг сделал шаг и, опустившись перед ней на колени, склонил голову. — Я обещал ее сберечь…

Что мог он еще сказать?! Как объяснить то, чему не находил оправдания в своей душе?! Как дать надежду, которая пока еще лишь слабо брезжила, не торопясь стать путеводной звездой?

— Ты сделал больше, чем мог, — хрипло произнесла она, подходя ближе и проводя рукой по его волосам. Нежно, словно пыталась утешить… — Больше, чем мог… — повторила, тверже. Не утешая, не оправдывая… пытаясь поставить точку там, где для него оставалось многоточие.

— Это еще не конец, — выдохнул он, прижав ее ладонь к своему лицу. Слова достойные стать молитвой. — Еще не конец…

— Император Индарс намерен сделать все возможное, чтобы возлюбленная его подданного вернулась домой, — довольно жестко произнес с порога появившийся вместе с Лорой Лаэрт, потом замялся, переглянулся с девушкой, которая тут же, зардевшись, опустила взгляд. — Госпожа Элена, — продолжил он более мягко и осторожно, — я понимаю, что сейчас не самый подходящий момент, но… — он чуть смутился, тут же став похожим на проказливого мальчишку, — я просил у Лоры ее руки и… она дала свое согласие. Пока лишь стать моей невестой, но… — теперь на его лице была заметна непреклонная уверенность, что все будет именно так, как он и сказал, — я намерен добиться большего. — Пожал плечами, словно говоря, мол, так получилось. — Простите, господин адмирал…

Карину оставалось только обреченно вздохнуть. Лаэрт, как это бывало уже не раз, выслушал его и сделал все по-своему.

И, как это бывало уже не раз, выиграл. На лице Элены появилась пусть и едва заметная, но улыбка.

Жизнь продолжалась, беря свое…

* * *

Последнее, что я помнила — свое: «Нет!» и его глаза, в которых не было ни равнодушия, ни гнева — я посмела проявить свой гонор в присутствии посторонних. Лишь интерес.

Следующее, что было воспринято вернувшимся сознанием — я лежала на кровати в комнате, которую мне предоставил Ильдар, а рядом, на стуле, понурив голову, сидел Дамир. Сначала даже показалось, будто дремлет, но его движение ко мне было настолько стремительным, что сомнений не оставалось — интасси присматривал за мной.

Мою попытку приподняться он пресек осторожно, но настойчиво, вернув меня на подушку. Впрочем, мог и не стараться, слабость была такой, что не удалось поднять и голову.

— Что со мной? — хрипло вздохнув, уточнила я.

Вместо ответа Дамир пожал плечами. Лицо исказила кривая улыбка, в глазах была грусть.

— Извини, — коря себя за бестактность, прошептала я чуть слышно. Протянула руку, только и успев, что чуть коснуться его пальцев. На большее сил уже не хватило.

Он не дернулся, но медленно, словно говоря, что делает это против своего желания, сдвинулся, увеличив расстояние между нами.

Еще один запрет…

— И что дальше? — полюбопытствовала я, спустя несколько минут, в течение которых он продолжал стоять изваянием, а я — наблюдать за ним, осознавая всю нетривиальность ситуации. Естественные нужды организма никто не отменял, но о том, чтобы добраться до гигиенической комнаты в подобном состоянии и думать не стоило. Рассчитывать же на помощь…

Кого? Дамира?!

— А дальше? — влетевший в комнату Ильдар был похож на ураган. Рывки, изломанные линии, дерганные жесты… Его можно было раскладывать на эмоции, наличие которых он отвергал. — Свободен! — бросил он Дамиру, сумев буквально просочиться между интасси и кроватью, ничего и никого не задев.

Откинул тонкое покрывало, которым я была укрыта, бесцеремонно перевернул на бок, задрав рубашку, прислонил к спине под лопаткой что-то прохладное. Боль, пронзившая позвоночник, отдалась в каждом нерве, через мгновение сменившись приятным теплом.

— Я ведь тебя просил сдерживать свои чувства, — довольно безразлично произнес он, уложив меня обратно.

— А мы можем поговорить об этом позже? — спросила я, понимая, что следующая фраза, которую я произнесу, будет весьма неприличной. Как оказалось, в положении пленницы были и иные проблемы, кроме тех, с которыми я уже столкнулась.

— Позже? — задумчиво посмотрев на меня, переспросил Ильдар. — Ну да, конечно, — как-то невпопад продолжил он и… легко поднял меня на руки. — Я тебя отнесу…

— Нет… — попыталась