Демонолог. Том 2 - Михаил Владимирович Баковец

— А сейчас что-то другое? Так понимаю?

— Точно другое, — подтвердил он. — Мы тот случай запомнили, ох как накрепко запомнили. Потому и провели проверку сразу ж. Да только не было второго такого дурня, Олег.

— А вообще контрактники есть? — продолжал я расспросы.

— Есть, как им не быть, — поморщился собеседник. Ему явно не очень импонировали люди с подобным даром. — Только они нормальные и проверенные все, надежные. Демоны у них, опять же, не той направленности, чтобы сводить окружающих с ума или насылать хвори.

— Понятно, — сказал я. — Будем на месте всё проверять. Едем, Платон Макарович.

— C нами?

— Пожалуй, что, да, — с секундной паузой ответил я. — Только пересяду к вам за городом. Мне нужно сначала лошадей вывести из города.

— Как скажешь, — кивнул он.

Скакунов отправил домой в одиночку, приказав демонам мчаться к холму, ни на что не отвлекаться и избегать любых встреч и с людьми, и со зверьми.

На машине до нужного места ехали чуть более часа. По пути выяснились дополнительные подробности. Происшествия с животными случились на крупном хуторе, где живёт три семьи староверов, входящих в общину, где руководит Макарыч.

Хутор состоял из полутора десятка построек самого разного размера. Из них четыре были большими жилыми домами. К одному из них, построенному уголком, подъехала наша машина, распугав стайку кур и индюшек, что-то выискивающих среди густой мелкой травы.

Нас вышел встречать крупный бородатый мужчина в рубашке с закатанными рукавами и спортивных тёмно-синих штанах с двойной белой полоской вдоль штанин. А из окна выглянули две любопытных детских мордашки, принадлежавших детям лет семи-восьми.

— Здравствуйте, — поздоровался я с ним, выйдя из машины. — Я Олег, приехал решить вашу проблему с одержимостью животных.

— Илья. Рад знакомству, Олег, — представился он и протянул мне лопатообразную ладонь. — Хорошо бы уже сегодня всё решить, а то скота мало осталось совсем.

— Показывайте, где всё произошло.

— Сначала бы за стол, — чуть нахмурился он. — Не городские всё ж, чтобы гостя не уважить.

Наверное, Макарыч успел ещё до выезда из города или в самом начале пути сообщить Илье о том, что везет гостей, потому как стол был уже накрыт и блюда на нём точно не относились к тем, которые можно сделать на быструю руку. Правда, разносолов тоже не было. Нам с Фионой предложили кашу с бараниной, тушёную козлятину, жареную рыбу в виде толстых внушительных ломтей, пироги с печенкой и зеленью, квашенную капуста с хреном. Из напитков на столе стояли квас, морс и чай из самовара. Причём чай оказался травяным, из кипрея. Вкус специфичный, терпковатый и вяжущий, но вполне вкусный, особенно с вареньем. На десерт были пряники, кажется, домашние, пастила, варенье в небольших фарфоровых розетках.

Во время еды мне пришла в голову мысль, что надо мной местные опять хотят подшутить в своей извращённой манере. Как это сделал Макарыч, сунув испорченный паспорт без объяснений. Ну, а что ещё можно было подумать, когда предлагают есть перед тем, как посетить место бойни? Вот только я ошибся. Когда меня привели в коровник, то там о трагедии почти ничего не напоминало. Даже неприятного запаха не было, если не считать аромата навоза. Да и тот оказался сильно забит свежей травой, в основном полынью, которую натаскали хуторяне в большом количестве. Также о безумствовании животных сообщали сломанные перегородки загонов, разделявшие животных друг от друга.

— Так много погибло? — уточнил я, увидев, что почти все загоны пустуют. Насчитал всего четыре свиньи.

— Да не так чтобы, — почесал макушку Илья. — Двух хряков лишился, бычка, коровы с телкой и пять коз с козлом. А пусто тут, — он махнул рукой, обводя хлев, — потому как коровы с телятами на выпасе.

— Полкан ещё, — раздался детский голосок со стороны входа в постройку.

— А-ну домой живо, пока ремня не дал! — прикрикнул на мальчишку лет восьми мой собеседник. После чего вновь посмотрел на меня. — Ещё собака оказалась одержима. Но она на крепкой цепи была, потому не успела ничего натворить. Жаль было, но пристрелил я её. А ведь щенком из всего помёта его одного оставил, когда сука померла после още́на. Молоком выкармливал вместе с женой.

— Понятно, — задумчиво произнёс я.

След присутствия демонов в хлеву имелся. Уже частично развеявшейся, мутный, но мной отлично читавшийся. На всякий случай поинтересовался у Фионы её мнением. Вдруг чистокровная демоница, прошедшая горнило гладиаторских смертельных схваток, где каждая мелочь важна, заметила что-то ещё.

— Мелочь какая-то тут была. Даже не слизняки, а откровенный мусор, который с трудом с обычными животными сладит и то ненадолго, — сообщила она.

— Понятно, — повторил я.

— Понял, что произошло? — немедленно спросил меня Макарыч.

— Вообще ничего, — честно ответил я ему. — Подобная демоническая мелочь сама никогда не пройдёт в наш мир. Следов ритуала не чувствую.

— И что делать?

— Искать дальше хоть какие-то следы…- тут по ментальной связи от Фионы пришёл сигнал. — А пока с помощницей мне нужно кое-что обсудить наедине.

Для разговора мы с ней вышли из постройки и отошли на несколько метров в сторону.

— Что у тебя? — спросил я девушку.

— Насчёт ритуала ты не совсем прав, — с лёгким чувством самодовольства и превосходства сообщила та мне. — Какие-то следы его есть. Только непонятные совсем. Вроде ритуал был, но через амулет или даже… — они запнулась, что-то обдумывая и добавила спустя пару секунд. — Дух перешёл из тела в тело с помощью амулета.

— В хлеву?

— Да, — кивнула та.

Я задумался, переваривая услышанное, потом достал из барсетки обычную пишущую ручку, таскаемую для записей, вручил её демонице и сказал:

— Представь, что это указывающий амулет. Вернее, изобрази работу с таким для наших хозяев. И постарайся отыскать место ритуала.

Та взяла у меня предмет и понимающе кивнула:

— Сделаю.

Обратно в хлев Фиона вошла первой, держа ручку, как волшебную палочку и с крайне сосредоточенным выражением на лице. Она обошла хлев дважды от начала до конца, замирая на несколько мгновений напротив раскуроченных загонов.

— А что у вас наверху? — поинтересовалась она у Ильи.

— Сеновал зимой. А сейчас почти пусто. Так, кой-какой инструмент для сенокоса и остатки прошлогоднего