Лекарь из Пустоты. Книга 2 - Александр Майерс

На том конце на секунду повисла тишина, а потом рёв возобновился с новой силой.

— Ты мне указывать будешь, щенок⁈

— Я просто констатирую факт, барон. Прошу соблюдать приличия, не думаю, что вам нужен конфликт со мной и моими союзниками, — произнёс я, намекнув, что Курбатов слишком мало знает о моём роде, чтобы вот так себя вести.

— Даже не пытайся меня запугать!

— Всего лишь предупреждаю. До свидания, Алексей Васильевич, — сказал я и сбросил звонок.

Вот дерьмо. Кто бы мог подумать, что отец Ивана такой неуравновешенный человек. А я ведь даже ещё не согласился взять Ивана к себе. Что будет, если соглашусь?

Хотелось тут же позвонить Ивану и спросить, какого хрена происходит. Но я решил не лезть. Пусть сам разберётся со своим отцом.

— Проблемы, господин? — спросил Демид Сергеевич.

— Ничего страшного. Чужая семейная драма. Лучше покажите мне новое снаряжение, — попросил я.

— Конечно, идёмте за мной, — капитан жестом пригласил меня к гвардейскому складу.

Он показал мне, что приобрёл на выделенные деньги. Помимо формы для новобранцев, это оказались новые автоматы, пара снайперских винтовок, один пулемёт и боезапас для всего этого. А также гранаты, бронежилеты и различные мелочи вроде запчастей для оружия, тактических обвесов и прочего.

Не в последнюю очередь капитан обратил моё внимание на артефакты. Для каждого бойца он купил защитные амулеты — пусть и слабенькие, но от нескольких пуль или заклинаний они уберегут.

— А вот особо интересные штуки, барон, — Демид Сергеевич достал с верхней полки металлический ящик и открыл его.

Внутри оказались незнакомые мне магические приборы. Капитан объяснил, что это стационарный сканер периметра на магических кристаллах, реагирующий на несанкционированное проникновение, и три портативных детектора агрессивных заклинаний.

— Это от старых связей в армейском интендантстве достал. Их списали по износу, но работают. Я показал артефактору в городе, он их немного подшаманил, сказал, ещё лет десять спокойно прослужат, — пояснил Демид Сергеевич.

— Отличная работа, — похвалил его я.

Капитан и правда молодец. На те скудные средства, что мы ему выделяли, он смог реально улучшить оснащение отряда.

— Сканер периметра прикажете установить и активировать?

— Да. И найди ещё новобранцев. Только выбирай придирчиво, нам нужны верные и ответственные люди. И подыщи ещё один автомобиль для патрулирования, не обязательно новый и бронированный. Просто чтобы иметь возможность контролировать владения и быстро выезжать в случае угрозы, — отдал приказ я.

— Так точно, ваше благородие. А деньги? — спросил Демид Сергеевич.

— Деньги будут, за это не переживай, — уверенно ответил я.

Мы ещё немного обсудили детали, после чего я отправился домой. Снова зазвонил телефон. Я совсем не удивился, когда увидел на экране надпись «Иван Курбатов».

— Юра, привет, это я… Слушай, хочу извиниться за отца. Не думал, что он так резко отреагирует, — виновато пробурчал Иван.

— Да уж. Красочное было представление, — усмехнулся я.

— Извини. Зря я ему рассказал. Просто захотел похвастаться, как сумел излечить травму на съезде, ну и про тебя упомянул… А ему как будто крышу сорвало.

— Ты не передумал работать с нами? — перебил я.

— Не передумал.

— Хорошо. Знаешь, звонок твоего отца лишь убедил меня в том, что тебе стоит приехать к нам. Поэтому слушай, как быть… — начал инструктировать я, понизив голос.

Российская империя, город Омск, усадьба рода Курбатовых

Некоторое время спустя

Иван стоял перед кабинетом отца, собираясь с духом. Юрий только что предложил ему чёткий план действий. Теперь осталось убедить в его разумности самого несговорчивого человека в Омске — барона Алексея Курбатова.

Иван постучал.

— Войдите! — прогремел голос из-за двери.

Иван вошёл. Глава рода Курбатовых, массивный седовласый мужчина с густыми бровями, сидел у окна и точил родовой артефактный меч. Он всегда брался за него, когда злился. Коротко взглянув на сына, Алексей Васильевич с силой провёл точилом по лезвию.

— Ну что, протрезвел от своих фантазий? — спросил он.

Иван подошёл и встал по стойке смирно, как его учили в детстве.

— Отец, мне нужно с тобой серьёзно поговорить. Не просто как сыну с отцом, а как взрослому мужчине. О будущем нашего дома, — произнёс он, чувствуя, как в горле встаёт комок.

Алексей Васильевич приподнял брови и отложил меч.

— Ничего себе. Ну, говори. Только без этой ерунды про Серебровых!

— Речь пойдет, в том числе, и о них. Но сначала — обо мне и моём даре, — сказал Иван.

— О каком таком даре ты говоришь? Твоё целительство и даром-то нельзя назвать! Позор для нашего рода, — процедил Курбатов-старший.

Подобные слова Иван слышал уже сотни, если не тысячи раз. Но впервые он не принял их на свой счёт. Теперь он слышал в них только глупый, слепой консерватизм.

— Ты неправ, отец.

— Что ты сказал⁈ — прорычал Алексей Васильевич.

— Я сказал, что ты неправ. Мой дар дорогого стоит, и в этом многие убедились. Я получил признание самого князя Бархатова, патриарха гильдии целителей! Меня назвали одним из лучших участников съезда и вручили грант. По-твоему, это позор для нашего рода?

Отец промолчал. Да, признание самого князя Бархатова было весомым аргументом, от которого так просто не отмахнёшься. Но Алексея Васильевича не так просто убедить в чём-либо.

— И что с того? Бархатов дал тебе грамотку, а дальше что? Мы — боевой род, Ваня. А ты — мой сын. Ты должен сражаться на поле боя, а не корпеть в тылу над ранеными гвардейцами. Это недостойно нашей фамилии.

— Я могу гораздо больше, чем быть полевым санитаром. Потому и хочу стать партнёром барона Сереброва. Не для того, чтобы служить ему. А чтобы учиться.

— Да чему он может тебя научить? — отмахнулся глава рода.

— Тому, чему не научит никто в нашем кругу. Отец, подумай! У нас нет никаких знаний о целительстве. Все секреты, передовые методики, архивы, знания — у гильдии. А в гильдии правят старые рода вроде Мессингов. Даже если пойти к ним на поклон и договориться меня куда-то пристроить, разве они допустят чужака к своим истинным секретам? Максимум — сделают из меня подмастерье. Я так и останусь недоучкой, который никому не нужен.

— Не понимаю, о чём ты.

— В роду Серебровых я стану полноправным партнёром. Юрий помог мне раскрыть потенциал. Более того,