Ревизор: возвращение в СССР 58 - Серж Винтеркей

Но нет, ни о чем подобном говорить не приходилось. По итогам этих двух достаточно серьезных бесед, занявших в общей сложности более восьми часов, стенограммы которых он прочитал, было очевидно, что это настоящий самородок, способный выдавать интересные прогнозы и суждения в самых разнообразных областях.

С чего бы вдруг КГБ отправлять такого человека для тесного знакомства с японскими аналитиками?

Чтобы запутать фальшивыми прогнозами, в которые в Японии поверят после того, как убедятся, что парень очень умен?

Ну и какой смысл, какая в этом может быть выгода для Москвы?

Нет, однозначно это было бы глупо.

С чего бы кто-нибудь в Москве бы вообразил, что кто-то серьезный в Японии поверит в то, что парень такого возраста может выдать какую-то важную информацию?

Да, такого рода спецоперации никто бы не стал проводить, или санкционировать. Толку в ней никакого для Москвы нет.

Тем более, что министр прекрасно понимал, что в рыночной экономике в Москве не очень-то сильно разбираются.

Так что, скорее всего, они там сами вообще не поняли, какой уникальный специалист появился у них в лице Ивлева. Потому что, чтобы понимать, насколько важны и обоснованы прогнозы в рыночной экономике, надо самим очень неплохо в ней разбираться. А в СССР, по понятным причинам, таких специалистов было достаточно мало. Скорее всего, они сосредоточены в различных организациях, которые занимаются внешнеэкономической деятельностью.

Ну что же, эта встреча с русским парнем может оказаться очень даже интересной!

***

Япония, Токио

Оониси, когда лимузин к Токийскому театру подъезжал, рассеянно глядя по сторонам, вдруг заметил кое-что, что тут же вырвало его из состояния расслабленности.

Ненормально это, когда на совсем небольшой территории перед Токийским театром человек десять явно из якудзы собралось. И лица у всех напряженные, словно они к чему-то серьезному готовятся. А взгляды обращены на здание Токийского театра.

С якудзой сотрудник Минкульта, конечно, ни разу не взаимодействовал в своей жизни. Они были как бы в совершенно разных реальностях. Родители у него были очень богаты, и жил он всегда в районах, в которых якудза практически не появлялись.

Но естественно, как каждый японец, он ими интересовался и многое о них знал. Так что в состоянии был отличить лица шляющихся по улице бандитов, которые просто так по ней ходят, от якудза, которые явно что-то нехорошее задумали.

А ведь его заботам иностранцы поручены. Не дай боги, что-то нехорошее произойдет из-за якудзы. Никто не будет смотреть на то, что он никакого отношения к защите иностранцев не имеет, а просто их сопровождающий. Ему тоже влетит немало.

Так что едва он высадил актера и администраторов Московского театра у Токийского театра, как тут же попросил прощения у своего подопечного, сказав, что желудок прихватило, и ему надо в туалет, расположенный в театре, сбегать.

Ну что ж, дело житейское. Ивлев-сан нормально совершенно к этому отнесся, сказал, что они с переводчицей подождут в лимузине. Правда, удивился, когда он велел шоферу закрыть пока что все двери на внутренние замки.

Сам он, конечно, не в туалет пошел. Не в такой степени он перепугался. Он побежал к телефону администратора и тут же набрал своего реального начальника, президента Японской ассоциации культурных связей с зарубежными странами Учида-сана. Хорошо, что его с ним немедленно соединили.

Он торопливо сказал ему, что что-то многовато якудза собралось около Токийского театра. Как бы они что плохое не задумали, поскольку выглядят они очень уж агрессивно.

Получил указание от шефа идти обратно к своему подопечному. И тот даже его и поблагодарил скупо за проявленную бдительность.

Глава 17

Токио, Японская ассоциация культурных связей с зарубежными странами

Президент Ассоциации, положив трубку после разговора с Мичи Оониси, немедленно принялся действовать.

Первым делом набрал начальника токийской полиции и, ничуть не стесняясь, начал орать на него в трубку. Спрашивал его, чем полиция занимается и почему около Токийского театра так много бандитов собралось? Что они собираются там делать, спрашивается, когда там иностранные гости из Советского Союза находятся, за которыми с самого верха присматривают? К примеру, один из гостей уже встречался с президентом корпорации «Тойота», а вскоре у него будет встреча с министром Министерства внешней торговли и промышленности. Нормально ли будет, если он на эту встречу побитым придет?

Да, это было не очень деликатно. Обычно так в Японии никто не делает. Тут стараются сберечь «лицо» собеседника. Чтобы у него не было повода потом мстить тебе, с целью порушенную гордость восстановить.

Но он же не был официальным чиновником. Он на этой должности по линии разведки сидел. И те, кто на серьезных должностях находились, догадывались, что ассоциация эта совсем непростая. С кем конкретно из правительства ассоциация связана, знали считанные единицы, те, кому положено, а все остальные чиновники просто понимали, что структура эта серьезная, и с ней лучше не связываться.

Так что у шефа полиции нет ни одного шанса хоть как-то ему в будущем насолить. Уровнем не вышел, чтобы высокопоставленному разведчику хоть какие-то проблемы создать.

А вот главе полиции Токио такой нагоняй будет полезен. Энергичнее будет действовать. Он теперь после этой выволочки глаз с иностранцев не спустит до самого их отъезда. Да еще и наверняка с якудзой переговоры проведет, чтобы их осадить. Даст им такой втык, что что бы это бандитское отребье там не задумало провернуть, оно будет вынужденно немедленно от этой идеи отказаться.

Он хотел, когда орал, чтобы полицейский полностью осознал, что если якудза с гостями Токийского театра что-то себе лишнее позволят, то недолго тому оставаться начальником токийской полиции.

До харакири дело, конечно, скорее всего, не дойдет. Но вылетит он со своей позиции с треском прямо на пенсию.

Очень вряд ли человек, который в его возрасте на пенсию еще не ушел, стремится на нее попасть.

Рассчитал он все верно.

Начальник токийской полиции ругаться с ним в ответ не пытался. Принял как должное упреки в свой адрес. Тут же ответил, что немедленно пошлет два десятка своих людей разбираться с якудзой. Они, обосновавшись около театра, не допустят никакого беспорядка в этом районе.

Положив трубку, Иоши Учида