Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть II - Вел Павлов

На вид той было не больше шестнадцати. Как ни в чем не бывало она сидела к Аллейде спиной и с радостью уплетала одну ягоду за другой. И судя по довольным чавкающим звукам, та получала нескрываемое удовольствие.

— Я так до конца и не поняла люблю ли я землянику или же просто делаю вид, — весело усмехнулась девушка, срывая еще одну ягоду и деловито поправив зеленый сарафан, та неспешно обернулась к хранительнице Мерраввина. — Хочешь земляничку?

Однако вместо того, чтобы ответить на вопрос, Аллейда опустив глаза, глубоко поклонилась и тихо пробормотала:

— Приветствую и выражаю вам всё своё уважение… судья Жизни.

— Значит, земляничку не будешь, — тихо рассмеялась девушка и как ни в чем не бывало забросила ягоду в рот и довольно прочавкала: — Зачем потерялась? И для чего искала меня? Я же предупреждала тебя, чтобы ты не злоупотребляла нашим знакомством.

— Я помню ваши слова. Прекрасно помню. Я ни за что не стала бы искать встречи с вами, но мне пришлось вас навестить.

— И снова интересно, — ухмыльнулась предвкушающе мнимая шестнадцатилетка, забрасывая очередную ягоду в рот. — Говори. Попробуй удивить меня.

— Дитя Зеантара и Бездны, — как на духу выпалила Аллейда, не поднимая головы. — Всё случилось так, как вы и предполагали много лет назад. Его мощь оказалась запредельной. С каждым днём она растёт всё сильнее и сильнее. И если его не остановить, то нашим мирам грозит опасность. Зеантар на распутье, но я точно знаю, что он не осмелится убить своего сына. Сейчас несколько миров сплотились и пытаются помочь юноше, но если всё пойдет прахом он станет угрозой и…

— Занятный мальчик. Очень занятный. Но он не угроза. Он… сокровище. По крайней мере, для меня и Смерти.

Слова судьи и её серьёзный голос поразили Аллейду до глубины души, и сама того не ведая, она подняла глаза на Жизнь.

— Вы… вы знаете? — сбивчиво прошептала она. — И даже судья Смерти в курсе?

— За дур, что ли, нас держишь? За ребенком Девы Пустоты и того неугомонного жизнененавистника мы наблюдали с самого начала. Та парочка породила не просто Безграничного и не просто Опустошителя. Если мы со Смертью не ошибаемся, то они породили нечто с полными противоположностями. Нечто более могущественное и опасное. Как по мне его следует именовать… Безграничный Опустошитель. Он неограненный алмаз.

— То есть… вы поможете? — с надеждой вопросила Аллейда.

— Нет. Это вряд ли, — по-простецки отчеканила судья, забрасывая еще одну землянику в рот и тем самым ввергнув мысли хранительницы в настоящий хаос. — Хорошо это или плохо, но мы не станем вмешиваться. Всё не так просто, как ты думаешь. Мы не можем с другими судьями щёлкнуть пальцами и привести бытие в норму. Всюду должен соблюдаться баланс.

— Но тогда… как же нам быть? — непонимающе осведомилась Аллейда. — Что будет с нашими мирами, если мальчишка свихнется? Он же станет бедствием и…

— Не одни мы со Смертью наблюдаем. Судья Огня решил вмешаться. Он отправил к вам «дочь». Свою кандидатку. Так что она станет страховкой для ваших мирозданий, если мальчишка слетит с катушек.

— Кандидатку? — удивлению Аллейды не было предела. — Вы сейчас говорите о…

— Неважно. Это уже не твоего ума дело, — спокойно отреагировала Жизнь. — Я и так сказала тебе больше, чем можно. Тебе пора, хранительница Мерраввина. Я открою тропу назад и не смей больше намеренно теряться.

По мановению ладони путь назад был открыт и Аллейда уже было двинулась назад, но нечто необъяснимое заставило её остановиться в шаге от тропы. И это нечто не укрылось от внимания судьи.

— Я начинаю уставать от твоей компании.

— Есть ли шанс помочь мальчишке? Есть ли шанс спасти его?

На несколько долгих мгновений воцарилась тишина. Пугающая тишина Астрала окутала всё, а земляничная поляна за спиной Аллейды начала рассеиваться, но прежде чем та полностью исчезла, до её ушей донесся тихий смех судьи Жизни:

— Значит, стараешься ради Девы Пустоты и того негодяя жизнененавистника, да? Неожиданно. Крайне неожиданно. Ты всегда была такой рациональной, но сейчас что-то в тебе изменилось. Ладно, если хочешь, то в качестве награды скажу вот что… Передай тому жизнененавистнику и Бездне, что никто как в вашем мирозданиях, так и в соседних, которые расположены на миллионы световых лет дальше, неспособен ему никак помочь. Вы просто не в силах. У вас нет ни знаний, ни опыта. Даже Дева Пустоты, вернув все свои способности, не смогла бы ему ничем помочь. Такова суть нашей Вселенной Рассвета и Раздора. Если там, где на одном участке Вселенной начинается эпоха Рассвета, то на другом участке в это самое время разгорается эпоха Раздора. Таков баланс, хранительница Мерраввина, и от подобного никуда не деться.

Суть, вскользь брошенная судьей Жизни, вонзилась в разум Аллейды будто раскалённый клинок. Суть, о которой она будет помнить до конца своих дней. Мало того, что она услышала то, что предназначено даже в Астрале отнюдь не для всех, так еще и удостоилась аудиенции у одной из правительниц.

— Благодарю вас, судья Жизни, я обязательно…

— Вообще-то, я не закончила, — с насмешкой заключила шестнадцатилетка. — Неужели ты плохо меня слышала? Рассвет и Раздор. Нет худа без добра, так вроде бы любят говорить смертные. Всюду должен быть баланс. Мальчишке и вправду никто не способен помочь, но если он пораскинет мозгами и совершит верные шаги, то сумеет помочь сам себе, — голос судьи стал затихать и Аллейда под влиянием её силы ступила на тропу. — По крайней мере, Жизнь и Смерть верят в него. Верят и наблюдают…

Глава 19

Чудовища могут только разрушать…

Инферно.

Манор Пылающей Стали.

Великий город Лавалар.

Резиденция Барона Хтара.

— Дядя Ранкар! Тётя Фьётра! Тётя Искрида! — звонко заголосила Рейна, выскакивая из буревестника и на всех парах мчась к главным вратам. — Скорее! Нас же ждут! Мы опаздываем, а опаздывать некрасиво!

Голосок малышки чем-то напоминал нежную трель колокольчиков. Так что хотелось мне того или нет, но наблюдая за девчушкой, я улыбался. Точнее улыбка сама против моей воли образовывалась на лице.

Чуть больше двух месяцев миновало по щелчку пальцев. Два месяца сказочного сна, о котором можно только мечтать. Рядом находились близкие люди. Рядом была Искрида и Фи. Жалел ли я хоть о чем-то? Разумеется, нет. К тому же сегодня ни злорадный шепот Опустошителя, ни проклятые иллюзии и ни извечная агония не