Душный наёмник. Том 5 - Сергей Анатольевич Горбонос

К ближайшим докам, так и от них, можно попасть только через этот сектор. Поэтому дронам не нужно перемещаться, не нужно пытаться не попасть под сканеры системы безопасности. Они уже были тут и ждали команды для активации. Только оператор отдавал команду, как ближайший дрон тут же вылетал и атаковал цель.

И вот опять. Потерянный ненадолго сигнал снова попал на сканеры оператора. Цель успела переместиться, но недостаточно далеко. Дрон вылетел, ориентируясь на полученные данные, одновременно с этим транслируя картинку засевшему в укромном месте оператору.

Маркеры четкие. Цель движется быстро. Правда перемещается странно, слишком хаотично. Возможно, пытается запутать сканер и оторваться. Не получится.

Дрон изменил направление. Поднялся над постройками, готовясь к атаке. Он взмыл вверх и тут же рухнул вниз, ориентируясь по зафиксированным координатам. В этот момент оператор смог увидеть саму «цель». Реактивный ранец, уткнувшийся в угол какого-то здания, рисовал на земле «восьмёрки». Он работал во всю, но не будучи закрепленным на доспехе, походил на фейерверк «огненное колесо», бешено крутясь на земле, пока не натыкался на очередную преграду.

Изображение пропало. Дрон взорвался. Реальная цель не была поражена, а значит, стоит снова сменить точку дислокации. Миссия затягивалась, но всё ещё оставалась в пределах рабочего временного отрезка. Высокая защита цели не была учтена. В следующий раз придётся внести коррективы и повысить ударную мощность оборудования.

— КУРЛЫ!

Крик, ставший неожиданностью для оператора. Он только успел заметить, как к нему движется что-то небольшое и безостановочно орущее. Понимание ситуации не помогло, времени на ответные меры просто не было.

Взрыв.

Небольшой разведывательный дрон не способен нести серьезный заряд взрывчатки. Его атака нужна скорее для того, чтобы дезориентировать цель и… засветить точку дислокации!

Сменить место. Быстрее.

— Ни черта ты не успел, мудила!

Крик оператор услышал одновременно с режущим свистом реактивного ранца. А потом розовые сапоги ударили его в грудь, откинув к стене ближайшего здания.

Даже легкая броня, в которую был облачен оператор дронов, защищает куда лучше бронированных лапок и трусов в горошек. Но, это в теории. На практике же, бедняга сделать ничего не успел. Отлетев от удара и впечатавшись в стену, он смог подняться. Поднялся только для того, чтобы быть повторно сбитым с ног. Зелено-розовое нечто, выписав несколько восьмерок по полу, развернулось и полетело прямо на него. И розовые, бронированные сапоги, с охренительной силой ударили по его «легкозащищенным» ногам. Возможности отскочить или удержать равновесие, не было. Оператор только успел заметить, как на ноге щелкает магнитное крепление реактивного ранца.

— Все-го хоро-шего!

Стоявший рядом противник, ослеплял кислотным цветом своих трусов и мило махал бронированной перчаткой. На осознание увиденного потребовалась секунда, а потом мир перевернулся. Неуправляемый ранец ушёл свечой к потолку. Постепенно направление менялось, переходя в набирающий обороты штопор.

Гулкий удар, ознаменовавший встречу оператора с ближайшей стеной, стал финальным аккордом. Хотя, нет. От удара ранец отключился. Вот только это не отменяет того факта, что к моменту прекращения работы, ранец успел поднять беднягу метров на двадцать. А дальше был свободный, пусть и недолгий, полёт. Легкий доспех — это хорошо, но даже в нём, если упасть с такой высоты, тяжелых травм не избежать. Приглушенное «гуп-п» доказало превосходство пусть даже искусственной, но гравитации.

Боль сковывала тело. Оператор чувствовал, как по его виску медленно стекает кровь. Ощущал каждый удар сердца, отдававший болью в голове. И в этот момент к нему вернулось ощущение собственного тела. Тела, которое подчинялось только его воле.

Гул двигателя приземлившегося неподалеку челнока был шумом, прошедшим мимо агонизирующего сознания. А голос человека, прозвучавший рядом, показался неожиданно знакомым.

— Ган, подожди, не добивай.

Сознание взорвалось мириадой вспышек боли. Почему-то они отдавали в глазах яркими, кислотно-розовыми огоньками. Причина этой волны агонии проста — с него достаточно грубо сорвали поврежденный шлем. И снова зазвучал этот голос… такой знакомый.

— Надо же. Четвертый. Какая встреча, глаза б мои тебя не видели.

Четвертый? Точно, Четвертый. Его так звали… Почему звали? Зовут! Его так зовут!

— Чип… в голове…

— Чип, значит? Ото беда. Не беспокойся, друг. За то, что ты сделал, я тебе этот чип через жопу вытяну и в нос вставлю, до щелчка. И тебе очень повезёт, если в процессе будут участвовать мои руки. О здоровье можешь не переживать, мой самый ценный пациент. Наше с тобой общение только начинается… старый друг.

Глава 24

Глава 24

Тихий шум медицинского оборудования. Приглушенные голоса в соседних помещениях. Нет необходимости открывать глаза, чтобы понять, что ты в больнице. Или в подобном месте. А раз тебя лечат, значит убивать точно не собираются.

Щелчок замков. Шелест открывающейся двери. И два голоса, ведущих неспешную беседу.

— Как мне объяснили доктора, им сложно определиться с курсом лечения. Дело в мутации. Сканеры дают ошибочную информацию. — В этом молодом голосе слышалась немалая усталость. — Они даже не могут с точностью сказать, когда пациент придет в сознание.

— Вообще проблемы не вижу. — Знакомый голос. Приглушенный кислородной маской. — Берёшь дробовик. Перезаряжаешь…

Четвёртый четко услышал, как щёлкнул затвор оружия. Старый трюк. Пугает, конечно же.

*Пуф-ф*

Сработали инстинкты. Вбитая ещё в детстве выучка. Четвёртый резко перекатился, прячась за больничной койкой. Как оказалось — верное решение. Это каким нужно быть больным ублюдком, чтобы реально выстрелить⁈ А ведь этот голос не зря показался ему знакомым.

— Сорок Седьмой, это ты?

— Нет, не я.

*Пуф-ф*

Куски больничной койки ударили в лицо Четвёртому. Промазал? Понятно, значит все-таки пугает. Хотел бы попасть, уже бы…

*Пуф-ф*

Плечо обожгло болью. Рука повисла плетью. Больничный халат, в который его переодели, окрасился в черный цвет мутировавшей крови. Этот урод не промазал, а пристреливался.

— Ты что творишь⁈

— Просто пропускаю ту часть, где я предлагаю тебе всё рассказать в обмен на жизнь, а ты с умным лицом говоришь, что ничего я тебе не сделаю.

Их милой беседе помешали. Макс, стоявший рядом, аккуратненько взял Молоха под руку и отбуксировал из палаты.

— Что ты делаешь⁈ Только лечить закончили!

— Так это не смертельный выстрел в упор. Там мои специальные, улучшающие коммуникацию между людьми, пульки. Их даже извлекать не нужно. Залижет ранку и будет как новый. Макс, не переживай, я границы жизнеспособности этого мудака знаю.

— Слушай, у него всё же был чип в голове. Может будешь помягче, этот Четвёртый, он ведь