"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

Сейчас он был так погружён в тренировку, что едва видел нас, сидящих на скамье.

– Марк, – позвал он, не оборачиваясь. – Этот поток требует более медленного повторения, чтобы запомнили все. Присоединишься?

Марк, усевшийся было на противоположную скамью, тут же поднялся. Я заметила его шейру, брюнетку с необычно короткой стрижкой, которая устроилась поодаль с книгой. В узорчатой тунике она выглядела свободной и раскованной, в отличие от перепуганных и стеснительных шейр дома Кассадьеро.

Я обвела взглядом зал и вдруг заметила ещё двух шейр. В откровенных нарядах, да, всё ещё скромно сидящих в уголке, но и они выглядели куда спокойнее и естественнее, чем скованные девицы, которых я видела на дуэли Тайбери и Юлиуса. Одна неожиданно подняла взгляд и улыбнулась мне. Неужели я перестаю быть исключением? И шейры – не одна, не две, а многие – становятся куда независимее?

– Неплохое Тай тут сборище устроил, – хмыкнул Файен, покосившись на меня. – Столько желающих! Я подозреваю, ты тоже хочешь стать студенткой Академии, раз Тайбери тебя обучал?

– Если получится, – коротко сказала я.

Проследив мой взгляд, Файен вновь хмыкнул, глядя на хорошенькую шейру-брюнетку.

– Похоже, наш Марк влюбился в свою Кристину по-настоящему, – вполголоса сказал он. – Раньше он так не сиял. А раз невесты у него пока нет, хорошо это не кончится.

– А любовь может плохо кончиться?

Файен посмотрел на меня в упор. «Думаешь, у вас с Таем всё кончится хорошо?» – говорил его взгляд.

– Лорд Тайбери научил меня магии, и я ему благодарна, – произнесла я в ответ на невысказанный вопрос. – Но о большем речь не идёт. У нас контракт и обязательства. Знаю, что это цинично звучит, но так есть.

– Что ж, – хмыкнул Файен. – Надеюсь, что вы оба хотя бы наслаждаетесь этими обязательствами.

– Нет, что ты, – серьёзно сказала я. – Это утомительный и тягостный долг. Но мы как-нибудь перетерпим.

Файен фыркнул.

– И о чём же это вы тут разговариваете? – раздался холодный женский голос.

Напротив меня остановились стройные ножки, затянутые в дорогие чулки. Туфли на высоких каблуках со встроенными в них кристалльчиками, должно быть, стоили целое состояние.

Вот только моё платье было ещё дороже. Я покосилась на кайму рукава, вдруг недовольно запылавшего алым.

– Здравствуйте, леди Виолетта, – подчёркнуто вежливо произнесла я, подняв голову. – У леди Жанет прекрасно получается, не так ли? Думаю, помощь моего повелителя ей очень приятна.

Мои слова достигли цели: губы Виолетты сжались.

– Файен, пошёл вон, – негромко приказала она. – Мне нужно поговорить с этой девкой наедине.

– Вообще-то… – Файен помолчал, задумчиво глядя на сестру, – не пойду. Мне любопытно.

– Спасибо, – одними губами прошептала я.

– Да не за что. Такое представление, да ещё и бесплатно. А у меня, как всегда, – Файен зевнул, – нет денег. Сестрёнка, не поделишься? Можем заложить твои туфли и купить мне новый экипаж. Буду катать в нём свою следующую шейру, пока ты и её не уложишь в постель. Заметь, в плохом смысле.

Я невольно открыла рот. Чтобы Файен так разговаривал с Виолеттой! Крепко же его задело возможное лишение титула наследника.

…Или запоздалое понимание, что шейра, которую он любил, заболела и умерла не так уж и случайно.

– Придержи язык и следи за собственным здоровьем, неудачник, – отрезала Виолетта. – И благодари мою добрую волю, что тебя вообще не выгнали из дома, с твоими-то замашками.

И повернулась ко мне. Файена она полностью игнорировала, выключив его из своего восприятия, словно тот был надоедливой мухой.

Я прищурилась. Кажется, сегодня Виолетта была не просто раздражена, а зла в квадрате. Злейшей души девица, надо признать. И трубочками с шоколадным кремом этого не исправишь. Не то чтобы кто-то собирался с ней делиться, впрочем. Разве что меня подкормить – от стресса и нервного напряжения.

– Говорила же я Таю избавиться от тебя, – с расстановкой сказала Виолетта. – Говорила. Тай меня не послушал. Что ж…

– Ты решила вместо этого избавить его от себя? – уточнила я. – Мудрое решение. Аплодирую сидя.

Виолетта оглядела моё платье.

– Мне он не дарил ничего подобного, – сквозь зубы произнесла она. – Но скоро всё изменится.

– Вообще-то я спасла жизнь нашему хозяину, господину и повелителю, – напомнила я, заметив, что Файен тоже навострил уши. – После того, как ты сбежала, оставив его без сознания на произвол судьбы. Тебе не кажется, что тебе стоит извиниться перед ним и поблагодарить меня и мои скромные усилия?

Файен присвистнул.

– Слушай, хорошо, конечно, что нас никто не слышит, – вполголоса произнёс он, обращаясь ко мне, – но на твоём месте я бы притормозил. Если услышат твои реверансы в адрес наследницы дома, Таю это на пользу не пойдёт.

– Она ещё не наслед… – начала я и осеклась. Файен был прав. Вжившись в роль Деанары, я порой начала забывать, кто я такая, и с каждым днём всё дальше и дальше. По уму, мне следует сидеть дома и заниматься вышиванием. Или выпечкой. Или боевой магией, если уж на самый крайний случай. Но уж точно не дразнить гусей и чужих невест.

– Извините, леди Виолетта, – прошелестела я, опустив свой взгляд. – Я нечаянно.

– Я думала не трогать тебя, пока не поженимся, – с расстановкой произнесла Виолетта. – Точнее, не трогать по-настоящему. Ты нужна Таю, в конце концов. Но всему есть предел.

– Что, раньше ты не очень хотела меня убить, а теперь прямо очень? – съязвила я.

И вздохнула в ответ на укоризненный взгляд Файена. Ну да. Не удержалась. Но если я уступлю Виолетте хоть в чём-то, она уже завтра засунет мне в штаны живую гадюку!

Впрочем, если узнает, что я скормила её портрет кактусам, гадюкой я не отделаюсь. Питона через окошко запустит, а то и удава в постель подложит. И вопи потом из удушающих объятий, что разврат тебе разрешён только с повелителем.

– Возможно, мне и не понадобится действовать самой, – задумчиво произнесла Виолетта. – Баррас давно интересуется тобой. И Юлли. Что-то в тебе есть такое… мне надо об этом подумать.

По моей спине вдруг прошла морозная дрожь. В этом небрежном, задумчивом «надо подумать» было больше угрозы, чем в очередном «Я уничтожу тебя, дрянь!»

Виолетта ненавидела меня.