Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

трагические подоплёки здешних событий, жениться на принцессе…. Ого! Шустрый я парень! Хм, а чего тянуть?! В своё время это не сделал, боялся поспешить и, по просьбе императора готовил общественное мнение для женитьбы. А время шло, враги не спали…! И подготовились гораздо раньше. Горе мне, нечастному! Так вот: жениться! Потом…. Найти это мерзкого Шпона…! Ага, ещё и врагов Аристронга прижать к ногтю! И…? Что ещё? И вот тогда вперёд, на Пиклию! Если ребята там где-то три с половиной года умудрились таиться, то и недельку, две ещё потерпят!

Хотя следовало принять во внимание то обстоятельство, что, вероятно, мне придётся лететь на Пиклию гораздо раньше, чем исполнятся мои предполагаемые планы с женитьбой. Если моё основное расследование упрётся в тупик и, находясь здесь, я так и не смогу доказать свою невиновность и полную непричастность к убийству императора и покушению на принцессу. Пусть даже зловонную «руку» Моуса и направлял неизвестный Шпон, но не может быть, что бы первый враг империи и его шеф разведки не были проинформированы во всех деталях. Может и Горгона знала кое-какие детали, но ни единого полезного слова для нас она не сказала. И скорей всего мы не знали о чём спрашивать. Но слово Стахокапус ей ни о чём не говорило. Странно потому, что умерший на моих руках, один из преследователей Роберта, что-то знал конкретное. Но так и не успел выговориться. А жаль….

Тем не менее, я решил сразу начать первые этапы новой и грандиозной операции с не менее звучным названием «Проклятый Моус – пойдёшь на соус!» Затем чуть подумал и сократил кодовое название операции; «Моус – на соус!». И тут же наговорил Роберту через крабер первые задания. Наших собственных сил катастрофически не хватало, но ведь был ещё Зел Аристронг, несколько групп независимых специалистов и достаточное количество старых и проверенных знакомых, которые тоже давно точат зубы на Пиклию. Вернее: на режим Моуса, установившего на этой сказочной планете свою диктатуру. И именно их усилия мне захотелось скоординировать. Заодно подсказав верные направления в агентурной работе. Ведь горгона знала очень много. Некоторое время спустя и моя команда подключится. Пожиная плоды моей предусмотрительности.

По поводу событий в Столице системы Датарга, Горгона показала, что находилась она там, скорее в отпуске, чем с конкретным заданием. Никто и предположить не мог, что ловушка с банкиром сработает и тот даст наводку на мою персону. При Галине находилось всего три человека и она не смогла провести крупномасштабную операцию по моему пленению сразу же. Но ей удалось завлечь меня в сети своего голоса лично. И лишь несколько досадных случайностей помешали довести привычное дело до конца. А когда подоспели основные силы захвата от находящегося где-то недалеко Шпона, я уже находился на орбите и в расставленную ловушку угодил лишь Роберт. Которому то и удалось вырваться лишь потому, что ждали ещё меня и не вводили все силы в действие.

На заметку пришлось взять то обстоятельство, что пресловутый Шпон скорей всего базируется в самом центре нашей Галактики. И орудует весьма смело и раскованно. Раз умудрился подкупить банкиров на Датарге и замять впоследствии скандал с перестрелкой и взрывами при стычке с нашей группой. А может и направить разборки с полицией в нужное для себя русло. Ведь в средствах массовой информации просматривалось полное молчание по этому вопросу. А для этого надо было обладать немаловажными рычагами власти.

В итоге, допросы Горгоны прибавили мне изрядной головной боли. Пришлось многое добавить в наши предстоящие планы.

На решение этих организационных вопросов у меня ушло столько времени, что Булька завершил свою сложнейшую работу даже раньше и занимался остаточными обследованиями Горгоны в чисто спортивных, вернее познавательных интересах. Хвастаясь при этом, что в скором будущем он сможет стать настоящим светилом в мире медицины. Да и на многих других направлениях тоже. Встав с кресла и интенсивно разминаясь после продолжительного сидения, я тоже похвалил риптона:

– В медицине – ты быстро выбьешься в лидеры! Но уже теперь можешь считать себя лучшим шпионом всех времён и народов. Однозначно! Я просто в восторге, что ты встретился именно со мной. И содрогаюсь только от мысли, что судьба могла свести тебя например с Моусом или его шефом разведки Де Ло Кле.

«Хочу тебя ещё более обрадовать, – проворчал Булька со стариковскими нотками. – У риптонов весьма сходная с тобой этика морали и нравственных ценностей. Поэтому, попади я к плохому, по нашим с тобой понятиям, человеку, сотрудничества между нами бы не получилось. А если быть до конца откровенным, то любой риптон просто бы использовал со временем своего носителя как обыкновенное хранилище… продуктов питания!»

– Как это?! – воскликнул я, непроизвольно вздрагивая.

«Не переживай, тебе это не грозит! – успокоил Булька, и по моей руке пробежала волна бодрящего массажа. – Что будем делать дальше?»

– Ждём Роберта…. Проведём контрольную проверку, как и договорились. О! Вот и он!

Наш товарищ выслушал мои последние инструкции, выбежал в соседнее помещение и стал вести за нами тотальное наблюдение через звуконепроницаемое стекло.

Галине Стоурми я вколол весьма бодрящее организм лекарство, а через минуты три поднёс к носу резко пахнущее вещество. Которым пользовались для приведения в сознание даже сильно контуженных.

– Кто вы?! – воскликнула Горгона, лишь только её глаза открылись. Резко сев на кровати, она осмотрелась и тут же встала на ноги. Её ноздри хищно затрепетали, глаза впились в моё лицо, а руки потянулись ладонями ко мне: – Я вас помню! Это вы меня похитили. Надеюсь, вы просто не поняли: как сильно вы меня этим обидели. Хотя ваша сила просто поражает! Так легко меня лишить сознания! Вы просто неподражаемы!

Комплименты из её уст изливались на меня настоящим водопадом, и чувствовалось сразу: женщина включила своё оружие на полную мощность. А вот определить: стало ли действовать её оружие, было нельзя. На слух голос остался таким же, как и прежде. Но контролировал я себя прекрасно, не превращаясь при её словах в безмозглого и послушного идиота. Я даже позволил ей схватить мою руку и страстно прижать к груди. Такой манящей когда-то, и такой обычной в данный момент. И на лице я изобразил примерно