Учитель Особого Назначения. Том 8 - Илья Игоревич Савич

него то бурлить, то успокаиваться, то биться в конвульсиях. Но с призраком всё намного сложнее. У них своя магия, отличная от нашей, и получится ли мне снизить риски для призрачного извращенца, я сказать точно не могу. Так что барон нервничал и боялся намного сильнее паренька. Тем более, что он-то знал куда больше о деталях ритуала.

— Хорошо, — кивнул я с полной серьёзностью, а затем выпустил мощные магические потоки, и через мгновение нас окутал плотный энергетический купол. — Начинаем!

— Ух-х! — вздохнул Перверс.

По нему прошла рябь энергетических волн, купол замкнулся, и плотность магической энергии внутри резко возросла.

— Эй, ты! — крикнул призрак громко, аж руки у рта сложил в трубочку. — Узкоглазый варвар, любитель есть деревяшками и!..

— Эй, Ваня! — резко оборвал его я. — Он тебя не слышит, и ты его не слышишь. Но я могу передать Байраму Темировичу, что ты про него наговорил. После того, как мы закончим, конечно.

— Да я чего? Я ничего! — отвёл взгляд и завёл руки за спину барон Иоганн фон Перверс. — Я просто хотел убедиться, что купол работает. Я так на самом деле не думаю! Вот совсем!

— Эх, — хмыкнул Кирилл, — а извиняться всё равно придётся.

— Это почему это? — насупился барон.

— Ну, я-то слышал, что ты наговорил, — пожал плечами парень. — Да ещё алтайца с китайцем перепутал. А я ведь, как говорит мама, хороший мальчик. А хороший мальчик должен блюсти справедливость и вот это вот всё. Так что, барон Перверс, придётся тебе потом извиниться. После того, как мы закончим, — повторил он мои слова.

— Ладно! — буркнул Иоганн. — Давайте уже быстрее начинать, чтобы поскорее закончить.

Кажется, эта небольшая словесная перепалка помогла успокоить душу призрака. По крайней мере, слова о том, что мы благополучно закончим и у него как раз осталось незавершённое дело с извинениями перед алтайским преподом, точно пошли ему на пользу.

Да, и всё же первым начинать ритуал следовало мне.

— Иоганн фон Перверс, — объявил я мрачно-торжественным голосом, от которого призрак снова разошёлся лёгкой рябью не хуже, чем от моей же магии. — Я, Ставров Сергей Викторович, как свидетель и держатель тайны, а также хранитель ритуала, спрашиваю тебя: готов ли ты заключить контракт доверия и открыть свою душу некроманту-магу и человеку, Хладову Кириллу Максимовичу, а также хранить его тайну?

Перверс несколько секунд молча смотрел на паренька. Во взгляде его, хоть и полупрозрачном, отображалось многое. Кирилл был результатом его же действий, наказанием за его ошибки и… наградой, полученной, по моему мнению, авансом за необходимые исправления. За желание стать лучше себя прежнего.

Последнее, думаю, он отлично понимал. А поэтому кивнул и произнёс:

— Я, барон Иоганн фон Перверс, согласен и клянусь магией и своей собственной сущностью сохранять тайну Хладова Кирилла Максимовича до конца существования и после.

— Я свидетельствую твою клятву, — кивнул я, а затем обратился к парню. — Хладов Кирилл Максимович, готов ли ты заключить контракт доверия и открыть свою душу призраку, сущности твоего Источника и великому магу прошлого… — на последних словах Перверс чуть зарделся, но не забылся, — барону Иоганну фон Перверсу, а также хранить его тайну?

С каждым новым словом, произнесённым во время ритуала, купол магии расходился плетениями контракта. Да, это был ритуал, но в основе своей он — магический контракт. И куда более сильный, чем тот, что я когда-то заключил с Громовым.

И я сейчас выступал хранителем этого контракта. И уж кому-кому, а мне бы стоило волноваться и нервничать. Ведь если кто-то из этих двоих нарушит свою клятву, то…

— Да, я согласен! — воскликнул Кирилл. — Кхм, то есть… — поправился он чуть позже, — я, некромант Хладов Кирилл Максимович, клянусь сохранять тайну барона Иоганна фон Перверса отныне, до конца жизни и после.

ООООМММММММ!

Звук, очень похожий на мантру Байрама Темировича, разошёлся по куполу нашей магии. А плетения, которые плавали по его контуру, вдруг устаканились и приняли единую целостную картину. Каждый звук, каждое слово, каждая мысль и даже веяние магической системы каждого из нас отразились в этих плетениях.

И даже у меня прошла лёгкая дрожь от могущества этой древней магии.

Контракт, связывающий не просто человека и существо. Это был контракт, связывающий души, сами сущности. И я, как хранитель этого контракта…

— Я, Ставров Сергей Викторович! — заключил я ритуальную речь. — Как свидетель и держатель тайны, а также хранитель ритуала, заверяю ваши клятвы и обязуюсь покарать того из вас, кто нарушит свою клятву!

ААААМММММММ!!!

Снова раздался звон в куполе. Плетения контракта засветились, заставили сощуриться не только Кирилла, но даже Перверса. Давление, которое вызывала магия этого контракта, было невероятным. При желании я даже мог прощупать её.

Барон фон Перверс вздохнул, успокоился и прикрыл свои полупрозрачные глаза. Он склонил голову и положил руку на то место, где когда-то было его сердце. Сейчас он тянулся к той глубоко потаённой части своей сущности, где пряталась его заветная тайна.

Но Иоганн более не боялся. Уже нет пути назад. Клятвы произнесены, контракт заключен.

Мы стояли и ждали в тишине и молчании. Даже Байрам Темирович там, за куполом, казалось, затаил дыхание. Нет, он правда нас не слышал. Не мог прочесть по губам, не мог никак узнать, о чём именно мы здесь будем говорить. Просто он был очень умным и прозорливым человеком, и поэтому понимал важность момента. Проникся им. И не удивлюсь, если использовал это для своей странной и непонятной даже для меня техники развития.

— Я помню… — тихо, с придыханием произнёс Перверс. — Я помню этот день…

Он снова сделал паузу. Лицо скривилось от горя и боли. Плетения контракта сверкнули мрачными тенями, будто отражая его состояние. Я на всякий случай настроился на все известные мне частоты магии, чтобы, если возникнет опасность, спасти призрака. Но не пришлось. Он сумел сдержаться, справился с болью от далёкого воспоминания и продолжил:

— Эта обсерватория…. Я вспомнил. Это я построил её! Я хотел изучать небосвод. Хотел найти звезду, достойную, чтобы быть названной её именем…

Он снова скривился, и на этот раз боль оказалась сильнее. От Перверса начали исходить мощные потоки энергии, будто кричащие вместо него. Но они мне помогли. Кажется, я немного нащупал частоту, по которой проходили вибрации этой энергии, и осторожно протягивал