Резидент - Никита Киров

— Интересно, говорю, девки пляшут!

— А-а-а, — она улыбнулась. — Давно не слышала это выражение.

— Буквально причём пляшут, вон там, — я показал на танцпол. — Давай потанцуем.

— Потанцевать? — её бровь снова приподнялась, но во взгляде загорелся хитрый огонёк. — Конечно давай.

— Наташа, а это кто вообще? — спросила крашеная блондинка, недовольно надувая губки.

— Мой друг Вадим, — ответила Наташа с хитрой улыбочкой. — Ходим с ним на секцию.

— Привет, — бросил я.

— Привет, — крашеная повернулась к Наташе. — Но я же тебе говорила, что скоро подойдёт Валера…

— Я тебе тоже говорила, не надо мне твоих Валер. А ты не слушаешь.

Крашеная снова надула губки, а мы с Наташей отошли, углубляясь в толпу.

Буц-буц-буц. Музыка сменилась, но оставалась всё такой же громкой. А толпа вокруг прыгала, дёргая руками и ногами.

— Вера всё хочет познакомить меня с каким-то типом, — прокричала Наташа мне на ухо, положив мне руку на плечо. — Мне сегодня в этот клуб надо было идти, а Вера сюда часто ходит. Вот я и с ней.

— Ага, — проорал я.

— Говорит, познакомлю с парнем. Я говорю, что не надо. Я просто сюда пришла. А она всё равно кого-то вызвонила. Уже даже не знала, как от него отбиться.

— Сначала в защиту иди, — прокричал я, широко улыбаясь. — Потом пару джебов и прямой правым. И отобьёшься. Шучу.

Она прыснула от смеха. Смех переливчатый, весёлый.

— Музыка громкая, — произнесла Наташа.

— Лучше бы «Король и шут» играл, да?

— Это да! Танец злобного гения, — пропела она.

— На страницах произведения!

Ну а пока Олег Сытин под нашим неусыпным взором торчал у барной стойки с рыжей девушкой, Наташа начала танцевать. Сразу, без топтания на месте.

Просто вошла в ритм и танцевала так уверенно, как будто работала по лапам или груше. Но это не навык, а просто её природная грация и любовь к танцам.

Вот только я-то танцевать особо не умел, а позвал её сюда, чтобы не подслушивала подруга. Хотя подрыгаться рядом с девушкой был бы не против. Просто я не думал, что у неё будет так хорошо получаться.

Так-то на дискотеки я ходил, но они были деревенские. Да и туда все ходили чисто потусоваться и подраться, а не танцевать.

Но затем… резкая вспышка воспоминаний произошла внезапно. Чужих воспоминаний.

Я увидел гигантский клуб. Нет, он и правда огроменный, ведь в зале размером со стадион танцевали тысячи человек. На здоровенных медиапанелях на стенах и даже потолке плясали огни в ритм музыки, освещение менялось каждый такт, а на сцене за длинным пультом дёргался диджей в наушниках.

Иногда он поднимал руки, и толпа орала. А на панели за ним моргали надписи «UNVRS» и «Welcome to Ibiza».

И я там будто танцевал с какой-то мулаточкой. Ну, Туман, конечно, не я.

Но это воспоминание немного расширило зал с лестницей в его дворце памяти.

Ага, теперь места там больше, и картины есть. Всего две новых. Та мулатка из клуба, но в старинном костюме рыбачки на берегу моря. И Мона Лиза, только с ноутбуком и телефоном в руках.

Ну сто процентов, какой-то шифр очередной.

Но пока же я танцевал, пользуясь чужими навыками. И получалось. Сначала я поймал ощущение от музыки, и сейчас для меня это был не простой буц-буц-буц-буц, а вполне себе привычный ритм в четыре четверти, и двигаться надо вместе с ним.

И тогда всё выходило. И выходило хорошо. Руки, ноги, тело, стоило поймать ощущение, как всё начало получаться. Причём так, что на нас начали смотреть окружающие.

— Только не говори, что ты и танцуешь первый раз в жизни! — Наташа наклонилась ко мне, и я почувствовал цветочный аромат её духов, запах шампуня и мятной жвачки.

— Тут как раз нет, — с усмешкой отозвался я, не останавливая танец. — Я на дискотеки ходил.

— Да?

— В деревне, — и я начал рассказывать прямо на ходу, хотя дыхание сбивалось: — Представь себе! Все пацаны собираются в круг! У каждого бутылка пива и сигарета! — я поднял обе руки. — И все переминаются с ноги на ногу. Вот так.

Я сделал это движение типичного дискотечного танца, и она весело засмеялась.

— Я даже представила себя, — девушка перекричала музыку.

Музыка ускорялась, Сытин вернулся в вип-зону, но мы пока оставались на танцполе и не сбивались с ритма.

И тут темп резко замедлился, а она шагнула ко мне, положив руки на плечи. Все парочки вокруг так делали. Зато стало чуть потише.

— А в клуб пришёл отдохнуть? — спросила Наташа. — Снять негатив?

— На самом деле — по делу… тьфу ты, тавтология. Ну, я здесь не просто так.

Иногда, чтобы спрятать что-то, надо положить на видное место. В чём я убедился во время обыска, ведь никто даже не заглянул в банку с капустой, стоящей на столе.

Вот и скажу прямо, но не всё.

— Да я всё из-за бандитов этих, — сказал я. — Тут, говорят, люди Слона приходят. Хочу понять, что с этим делать. А то мне кажется, что они меня подставили.

Зато теперь я выгляжу как отчаянный парень, который не знает, за что ухватиться, но готов действовать, лишь бы не стоять на месте.

Заодно пойму, что на уме у Наташи, и что она сама здесь делает.

— Ты осторожнее, — произнесла она с беспокойством. — Ты же не в кино, неприятности могут устроить или покалечить. В полицию обращался?

— Полиция ко мне и приходила.

— Адвоката надо.

— Есть уже, но он против бандитов не поможет. Я просто хочу понять, что им от меня надо. А то подставят.

Девушка задумалась. Взгляд внимательный. Наверняка в голове у неё сейчас крутились мысли, что я детдомовский, который в принципе не верит полиции, и не без оснований, и что из-за этого могу влезть в проблемы. Но я готов работать против них, и смогу помочь. И она этим самым поможет мне, ведь если то, что она хочет, удастся, то бандитам станет не до меня.

Это холодная логика Тумана и его понимание психологии. Наташа понимает, что сейчас я здорово рискую, но что под её контролем я не влезу в настоящие проблемы. И понимает, что ей нужна помощь, ведь пока у неё ничего не выходило. Не хватало опыта. Тогда почему отправили? Так, наверное, не считали, что это сложно.

Кажется, в логике Тумана всё было продумано.

— Здесь есть один такой, из их банды, — сказала она, и мы развернулись боком к вип-зоне, продолжая танец. — Ты умеешь хранить тайны?

— Канеш.

— Я тут по работе, — зашептала Наташа мне на ухо.