Учитель Особого Назначения. Том 9 - Илья Игоревич Савич

Но если быть точным, все они споткнулись об одного конкретного учителя. Даже не совсем уж учителя — он меньше года отработал в этой профессии.

Бывший боевой маг, военный из каких-то спецструктур. Каких именно — до сих пор точно установить не удалось, но это и неудивительно. Данные по спецструктурам — это информация далеко не для каждых глаз, и даже Разумовским понадобится время, чтобы пробить все заграждения секретности. Но сборщики информации уже вовсю работают, и скоро у Владимира Мстиславовича будет полное досье на этого человека.

Однако самое главное, что Владимир Мстиславович узнал суть.

Ставров Сергей Викторович. Сильный маг, судя по всему, он был как минимум на уровне Демьяна. Ходили слухи, что он даже избил Орлова, а Громов именно по его милости каким-то образом лишился всех своих рангов. Хотя это лишь слухи. Официальные и более вероятные версии гласили, что Орлова навестил сам император и устроил ему показательную взбучку. А с Громовым Ставрову просто повезло, и повреждения Источника — это следствие запрещённых техник развития рода Громовых, которые тот бездумно применял.

Но что более важно, Ставров был крайне честным, совестливым, обладал острым чувством справедливости и не мог пройти мимо любой беды, даже самой малой, чтобы не сунуть туда свой нос. А ещё он был очень привязан к своим ученикам. Всё это делало его крайне уязвимым.

Когда перед тобой такой сильный маг, его слабостью является окружение. Да, сильный, но один! А что может сделать один сильный маг против могущества целого рода Разумовских? Да просто ничего. Нет, конечно, он может взбунтоваться, напасть и даже причинить какой-то урон. Вообще Владимир Мстиславович даже надеялся на такой вариант. Это позволило бы разобраться со Ставровым самым прямым, простым и быстрым способом.

Но получилось как получилось. И так неплохо.

К тому же удалось немного поднатаскать подконтрольные структуры рода и устроить им внеплановую практику по поиску информации и быстрому прижатию к ноге мелких аристократических семей. Удалось даже местного главу полиции заставить дрожать и бояться — связи сделали своё дело. Так что да, нет худа без добра.

Так что уже в полночь Владимир Мстиславович вернётся в родовое поместье с выполненным поручением и с должником в лице целого министра образования Империи. Князь Астахов очень влиятельный человек, и его услуги могут быть крайне полезны для рода, ведь у министра образования есть определённые связи и каналы информации.

В первую очередь Владимир Мстиславович думал получить от Астахова несколько техник развития, что хранились под семью замками. Они принадлежали древним, канувшим в Лету родам, от которых остались лишь записи в бархатной книге и тайные знания. Однако делиться ими со всеми никто не собирался.

У Владимира Мстиславовича были некоторые догадки о том, что именно он может потребовать. Это сделает намного сильнее его сына и позиции княжича в семье Разумовских. Ведь далеко не все рады такому наследнику, и чем больше за спиной сына будет преимуществ, тем лучше.

Тут размышления Владимира Мстиславовича прервала официантка.

— Простите, господин, можно вас?

— Да, — повернулся к ней Владимир Мстиславович.

— Там человек… Он просит присоединиться к вам.

— Мы забронировали весь ресторан, — чуть более суровым голосом произнёс князь.

— Да-да, конечно, я понимаю! — испуганно закивала девушка. — Но он сказал, что вы лично захотите его пустить. Сказал… Эм…

Девушка смутилась и явно замялась. Это ещё больше не понравилось князю.

— Ну говорите уже. Что там?

— Он… Ну, в общем, он сказал, — продолжила мямлить официантка, — что, эм… вы поймёте послание. Просил передать, кхм-кхм… «Володя, давай шустрее!» Я не знаю, что это значит, господин.

Девушка едва не попятилась, потому что заметила, как изменилось выражение лица гостя. Владимир Мстиславович действительно расширил глаза и даже приоткрыл рот. Помощник, который впервые видел своего господина таким удивлённым — точнее, показывающим своё удивление так откровенно — аж прекратил жевать и замер с ополовиненным бокалом глинтвейна у рта.

— Да, пригласите его, пожалуйста, — ответил, вдруг смягчившись, Владимир Мстиславович. Затем он повернулся к помощнику и гаркнул: — Прочь! Сядь за другой стол, там доешь.

Дважды повторять не пришлось. Помощник шустро смылся за самый дальний столик с тарелкой и бокалом. Но кажется, там он ничего не ел, а притих и слушал.

Через несколько секунд в ресторан вошёл пожилой человек в хорошем, но старом костюме, с седыми волосами, короткой бородой и пронзительным, властным взглядом, который всё же был по-отечески тёплым и добродушным.

— Дмитрий Аристархович, — кивнул князь Разумовский, вовремя подавив в себе рефлекс встать при виде этого человека.

— Володя, здравствуй! — улыбнулся граф Крылов.

Он присел напротив, кивнул официантке и тут же, не глядя в меню, заказал свиные медальоны в горчично-медовом соусе и жареную картошку…

— А ещё маринованные корнишончики, пожалуйста, и две ржаные булки, — завершил он заказ с белоснежной улыбкой в сторону официантки.

— Какой напиток вы изволите? — поинтересовалась девушка.

Ей явно нравилось обслуживать Крылова, напряжение на её лице спало, а улыбка казалась вполне искренней, а не дежурной, какой была до этого.

— Чай. Чёрный, фруктовый… На ваш вкус, красавица, — подмигнул ей граф Крылов.

— Скоро всё подам! — слегка поклонилась девушка и упорхнула на кухню.

Когда они снова остались вдвоём, Дмитрий Аристархович повернулся к Владимиру и пристально взглянул ему в глаза.

— Как дела, Володя? Не забываешь тренироваться или уже запустил себя, как большинство лентяев за сорок?

— Нисколько, — процедил князь Разумовский. Он вдруг почувствовал внутри какое-то юношеское бунтарство, протест, даже вызов. — Тренируюсь трижды в день, Дмитрий Аристархович. Функциональная, духовная и магическая тренировки. Не пропускаю никогда!

— Молодец, молодец, — покивал граф Крылов. — Ну ладно, не хмурься ты так. Вижу, что ты полный сил боевой маг. Не зря я тебя тренировал столько лет. Эх… — мечтательно вздохнул Дмитрий Аристархович, взглянув куда-то над собой. — Помнишь былые деньки? Вы с Мстиславкой были такие шебутные, неугомонные. Всюду лезли куда ни попадя. Это из-за вас я начал седеть, между прочим! — усмехнулся граф и пальцем показал на свою белёсую шевелюру.

Князь Разумовский молчал. Человек, который сидел напротив него, хоть и был графом, который по табелю о рангах имел более низкое положение, однако вместе с тем он был его учителем и наставником в юные годы. А такая связь куда прочнее, чем титулы и ранги.

Наставник однажды — наставник навсегда. Поэтому граф Крылов был чуть ли не единственным человеком, который мог общаться с князем Владимиром Мстиславовичем Разумовским в подобном тоне.

— Но давай ближе к делу, — мигом посерьёзнел Дмитрий Аристархович. — Я пришёл с тобой поговорить не просто по старой дружбе. Я хочу