Доспех духа 1-11 - Фалько

— Отпустят, — сказал Давид Карлович Берг. — Он уже давно пытается повысить эффективность техники, поэтому, если не отпустить, сбежит.

— Не самое удачное время для отпусков, — Петр Сергеевич посмотрел на меня с сомнением. — Хорошо, езжайте. Чтобы разрядить немного обстановку в столице, а то имя Кузьмы Федоровича слишком часто всплывать стало. С Геннадием Сергеевичем поездку обсуждал?

— Еще нет, но проблем не будет. Скоро летние каникулы и мои студенты разъедутся по домам.

— Тогда решено. Надолго планируешь уехать?

— Пока не знаю, — честно признался я. — Минимум на месяц, но, возможно, задержусь немного. Тася в августе должна родить, поэтому я бы не хотел мотаться с ней по всей Европе в таком положении. Поэтому либо на месяц уеду, либо до самого сентября. Хорошо бы к этому времени в России все наладилось. Но если что-то серьезное произойдет, вы мне сообщите, я все брошу, возьму у маркиза Сальви самолет и сразу прилечу.

Дальше разговор переключился на Бергов, у которых были небольшие проблемы с поставкой ингредиентов для энергетиков. Американская фирма, производившая основной компонент, не справлялась с ростом заказов. Они недавно открыли завод в Индии, и мы могли перестроиться на поставки оттуда. Но Берга интересовал вопрос о постройке небольшого завода непосредственно у нас. Работать по лицензии было не сильно дешевле, чем покупать готовый товар, но это бы позволило не зависеть от поставщиков. Петр Сергеевич план одобрил и просил зайти к нему с проектной документацией на будущий завод, чтобы оценить стоимость и целесообразность постройки.

Собрание глав семей продлилось около полутора часов. Обсуждались самые разные вопросы, связанные с жизнью рода Наумовых. Тему войны между Великими князьями избегали или затрагивали вскользь. Все как обычно, Зубовы просили денег, чтобы заручиться поддержкой пары министров в каких-то вопросах, Сургины жаловались на нового конкурента на банковском рынке. Поднялся вопрос о дальних родственниках Сургиных, желавших переехать из глубинки в центр, но его почти сразу зарубили, сказав, что пусть они расширяют наше влияние там, нежели толкаются в тесной столице.

После совещания Петр Сергеевич пригласил Давида Карловича в кабинет для короткой беседы, а нам следовало дождаться большого семейного обеда. Конев перехватил меня в коридоре, показав на окно, выходящее во двор.

— Я хотел рассказать тебе про Максима, — сказал он, глядя в окно. — Но Петр Сергеевич просил подождать несколько дней. Он как знал, что все закончится именно так, как закончилось. Мы в это время ждали обострение ситуации между братьями и серьезных столкновений.

— Забудем, — я махнул рукой. — Сам напортачил, самому и разгребать. Когда-нибудь наши пути с организаторами боев без правил пересекутся. Лучше скажите, почему не стали поднимать вопрос о том, что я помешал Воронцову и его сторонникам? Он, наверное, рвал и метал?

— Приезжал вчера, — улыбнулся Конев. — За несколько дней остыл немного, поэтому сильно не ругался. Говорил, что ты ему мешаешь и требовал отправить куда-нибудь подальше. Ты его так допек, что он обещал договориться с министерскими, чтобы тебя послом в Китай направили.

— Почему в Китай? — не понял я.

— Потому что от других направлений ты откажешься. К тому же у Императора Цао на тебя зуб, что уже хорошо.

— А я переживал, что меня в отпуск не отпустят, — я хмыкнул, покачал головой. — Как думаете, за лето Воронцов со своим братом разберется?

— Договориться им надо бы, — Конев поморщился, словно и его все происходящее достало. — Но Разумовский запятнал себя связями с анархистом. У тех же Дашковых от рук Старицкого погибла дочь главы второй ветви рода. И они жаждут крови причастных.

— Хорошо бы только причастных, а не всех подряд.

— Пойдем обедать, — он положил руку мне на плечо.

* * *

Дорога до Рима на автобусе составляла чуть больше трех тысяч километров, что с учетом остановок должно вылиться в три, максимум четыре дня пути. Маршрут проложила Тася, рассчитывая заехать в два города, которые давно хотела посетить. Первым шел Будапешт, вторым — Венеция. Можно было сделать небольшой крюк и заехать в Вену, но Тася это предложение отвергла. Сказала, что на обратном пути можно проехать через пару старинных городов Европы, но сейчас не хотела терять время.

С ректором вопрос об отпуске я решил без проблем. Его все происходящее в столице напрягало не меньше меня и будь его воля, он бы напросился с нами, пусть даже в роли водителя. С иностранными студентами тоже все прошло гладко. До сентября месяца они вряд ли полностью освоят новую систему тренировок и развития, поэтому единственное, что от них требовалось, это усердие. Моя поездка огорчила только сестер Цао, но Сяочжэй выглядела так, словно уже придумала способ, как достать меня и в Риме. Но больше всех обрадовался Василий. Нет, сначала поворчал, сказав, что затея дурацкая и лучше на частном самолете полететь, но я поделился с ним мыслями о развитии его умений ближнего боя, после чего он готов был нас с Тасей катать кругами по всей Европе. Созвонился я и с маркизом Сальви, предупредив, что скоро приеду в гости. Он сначала не поверил, но, когда убедился, что я не шучу, искренне обрадовался и пообещал устроить по этому поводу праздник.

Москву я покидал с некоторым облегчением. Будь моя воля, выкинул бы телефон в окно, забыв обо всех делах на пару месяцев. Но Петр Сергеевич настоял на том, чтобы я был постоянно на связи. Не считая Василия, в путь мы отправились втроем, с Тасей и Аленой. Сестры Юй должны будут завтра вылететь в Рим на самолете. Я хотел привить им немного самостоятельности, ну и доставить хлопот маме с братом. Они обещали уехать всего на пару месяцев, но возвращаться не собирались, свалив все проблемы на меня.

Когда мы пересекли границу Европы, на небольшом расстоянии за нами пристроилась машина полиции, привычно сопровождая. До самого Будапешта мы не делали больших остановок, только на одной из просторных стоянок задержались на всю ночь. Чем хорошо путешествовать по Европе, так это тем, что на крупных стоянках есть практически все, что может понадобиться путешественникам. В конце мая было еще немноголюдно, но минимум четверть просторной площадки занимали большие семейные машины и микроавтобусы. Было даже парочку трейлеров, вокруг которых бегали дети.

— Хороший автобус, — говорил Василий. — Даже лучше предыдущего, того, на котором мы к старикам Бергам заезжали.

— Удобный, — согласился я.

Мы сидели на складных табуретках перед специальным столиком с конфоркой, на которой закипал походный чайник. Солнце село, но темнело медленно, чем пользовались