Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

Нужно ещё и полицию сюда направить. Хорошо хоть, в рамках помощи правоохранительным органам, мы обеспечили их автотранспортом. Так что, следственно-оперативная группа прибудет на место достаточно быстро. Ну и Ложкин должен направить к месту боя новый инкассаторский броневик с другой группой. Как-никак там сумма в четыреста тысяч рублей. Не хухры-мухры…

— Машину отправил, — войдя в выделенный мне в банке кабинет, доложил Ложкин.

Я молча указал ему на стул рядом со столом. Не хочу повторяться, а говорить без Казарцева не вижу смысла. Его уже проинформировали и он вскоре подъедет. А для Ивана иных выражений кроме матерных у меня нет. Впрочем, Илья заслужил не менее ласковые эпитеты.

Наконец он прибыл и устроился на стуле напротив Ложкина. Вид при этом имел до нельзя виноватый и всё время отводил взгляд.

— Итак, братцы кролики, у меня для вас пренеприятнейшее известие. Ты, Ваня, проспал у себя под боком информатора большевиков, слившего сведения по перевозке наличных. Они точно знали когда, как, сколько повезут денег и какая при этом будет охрана. Знали о вооружении группы и технические характеристики бронеавтомобиля. Копай, ищи, найди. Не получается у самого, проси совета или помощи, учиться никогда не поздно. Илья, это большевики. Причём боевая группа прибыла сюда по-отдельности, разными рейсами дирижаблей. Оружием их снабдили уже здесь, как и проводником. Мне очень интересно, отчего не сработали твои информаторы. Всех причастных подвести под Сахалин, пусть бегают с тачками. Процесс должен быть громким. Все должны знать, что они подняли руку на деньги предназначавшиеся в первую очередь для рабочих и крестьян, а так же на создание новых рабочих мест. Если кто-то из твоих информаторов окажется двойным агентом, расправься с ним тихо, но показательно, кому надо должны знать о его страшной участи.

— Сделаем, — чуть не в один голос заверили меня безопасники.

Я же тяжко вздохнул. В мои планы не входило открыто бодаться с большевиками. Я вообще надеялся разойтись с ними краями. Опять же, моя приверженность к меньшевикам, пока ещё их однопартийцам, и финансовая поддержка должна была выдать мне нечто вроде индульгенции от подобных эксцессов. Но, похоже, всё тщетно. И коль скоро случилось то, что случилось, то не я это начал. А с большевиками мне теперь точно не по пути.

Правда, злость не помешала внимательно осмотреть тела погибших членов боевой группы. Как я уже говорил, у меня нет уверенности в том, что февраль не случится. А потому я с облегчением констатировал, что среди убитых нет Сталина. Реально не представляю кем можно заменить такую глыбу.

Глава 28

Колыма и не только

Скорость девяносто вёрст в час, высота двадцать сажен и «Ласточка» продолжает снижаться. При перелёте на Сахалин яхта израсходовала больше половины запаса ГСМ, изрядно облегчившись. Сейчас её вес незначительно превышает шестьдесят процентов подъёмной силы газа и аппарат тяжелее воздуха. Иными словами, нет нужды задействовать маневровые двигатели, чтобы прижать судно к земле. Как и в выработке излишков топлива, для облегчения.

Практически идеальный баланс для посадки, если конечно руки не кривые. Смею надеяться, что у меня с этим полный порядок. Тот случай, когда я не просто знаю как управлять легкомоторными самолётами, а с некоторых пор и дирижаблями, но и умею это делать.

Однако, это ничуть не мешает Ольховскому, занявшему кресло второго пилота, ревниво следить за моими действиями. И я его прекрасно понимаю. Какому командиру понравится, что его походя отстраняют от непосредственного управления судном. Только тут он бессилен, потому как является первым после бога, тлько в моё отсутствие. Данное обстоятельство конкретно прописано в его контракте.

Чтобы не выглядеть самодуром, я честь по чести сдал экзамены в школе авиаторов концерна. Причём в моей лётной книжке проставлены допуски по всем специальностям — пилота, штурмана, бортинженера и радиста. Это я на всякий случай озаботился, чтобы избежать лишних разговоров, ибо лишние они и есть. А так, всё чин чином. Ну вот скучно мне просто пассажиром кататься.

Колёса коснулись асфальта взлётно-посадочной полосы и по корпусу дирижабля пошла всё нарастающая дрожь. Я уменьшил обороты двигателей. По мере снижения скорости аппарата вибрация начала постепенно сходить на нет. Машина уверено держится земли и не думая отрываться от поверхности. Я переложил реверс и вновь запустил маршевые двигатели, помогая остановить махину.

Подкатила причальная команда на двух гружёных грузовиках, и покатила рядом с нами. Работник подхватил свисающий конец, подцепил его карабином к раме на кузове и автомобили потянули судно к стоянке в конце ВПП. Будь на нашем месте сто тысячник и грузовиков было бы четыре, но с нашей малютки и пары за глаза.

По хорошему в таком эскорте вроде как и нет нужды, потому что мы надёжно прижаты к земле своей массой. Но с другой стороны, парусность у нас закачаешься, а вес, благодаря газу, не очень и внезапный порыв ветра может сыграть с нами злую шутку.

Стояночная площадка, а вернее площадь, рассчитана на два полноразмерных дирижабля стотысячника. Моя же яхта объёмом всего-то в десять тысяч кубов, так что не может там даже покрутиться, словно автомобиль на автодроме.

Едва нас определили на стоянку, как к бакам потянулись заправочные рукава, от зарытых в землю ёмкостей. Моей «Ласточке» не получится дотянуться из Владивостока до села Ягодное на Колыме. Самую малость, но не хватит. Если только не взять дополнительный запас топлива. Правда в этом случае и без того невеликая грузоподъёмность яхты в три с половиной тонны, уменьшится ещё больше. Но к чему такие жертвы, если можно сделать промежуточную посадку на охинском аэродроме.

К слову, он является пунктом дозаправки дирижаблей по пути на Колыму и Петропавловск-Камчатский. Что ни говори, а это позволяет увеличивать массу перевозимых грузов на пять тонн. Не так уж и мало, для труднодоступных регионов, за всего лишь одну промежуточную посадку и не более двух часов затраченного времени. Так что, охинская ВПП используется вполне себе активно. В особенности в зимнее время.

В Охе находится наша нефтедобывающая компания и тут же имеется небольшой НПЗ, ориентированный на обслуживание авиа сообщения и снабжение топливом Сахалина. Так-то в основном мы отсюда вывозим нефть, которую перерабатываем уже на материке. Потребление её растёт год от года и наших мощностей пока хватает только на внутренний рынок.

Вообще-то Суворов хотел, чтобы я