Судьба барда. Начало пути. - Александр Берг

Ну да, кто бы сомневался? Мастер Пакко со своей непосредственностью опять пытается вынести мне дверь.

— Уже встаю, — хрипло ответил я, открывая глаза и глянув в приоткрытое окно на затянутое тучами небо, с сомнением заявил. — Светила что-то не видно, может, вы ошиблись и ещё ночь на дворе?

— Корней, я не посмотрю, что ты хороший бард. Обижусь, если будешь сомневаться в моих словах. Светила не видно. Это не значит, что гном не прав. Где-то оно уже во всю греет и тут появится рано или поздно, — отчитал меня Пакко из-за двери, напоследок громко стукнув в многострадальную дверь. Логика гнома была нерушима, как и его кулак, если я сейчас же не встану.

— Скоро к вам присоединюсь, верю вам как родному! — крикнул я в ответ и соскочил с кровати.

На удивление, критических последствий после прошлой тренировки не ощутил, что радовало. Так как на Земле после подобных занятий и последовавшей экзекуции с помощью деревянного меча я бы валялся полнедели, восстанавливаясь. Удивительные свойства организма, похоже, активировались с проявлением во мне магического источника.

Оглядевшись, вспомнил, что Палма конфисковала в стирку мою тренировочную одежду. Я выглянул за дверь и столкнулся взглядом в зевающим картографом из королевства Эллек.

— Доброго утра, виконт, — по-простому приветствовал я. — Не будете так любезны позвать ко мне кого-нибудь из обслуги трактира по хозяйственной части?

Тот удивлённо приподнял брови, но, что-то просчитав в уме, сделав скидку на моё варварское происхождение по местным меркам, ответил.

— Доброго утра, мастер-бард Корней. Я отправлю к вам первую же встретившуюся мне подавальщицу для решения ваших хозяйственных проблем.

— Буду премного благодарен вам, ваша Милость, — прикрыв дверь, приступил к лёгкой водной процедуре. Освежился из обновлённого кувшина водой над тазиком.

Я уже обратил внимание на местный сервис. Видимо, в течение дня обновляют воду в кувшинах и выносят ёмкости с использованной жидкостью. Полы выметены, а постельное бельё аккуратно заправлено и взбито. Вещи остаются в том же положении, как и оставляешь перед уходом. Данному трактиру дал бы пять звёзд по средневековым меркам.

Когда обтирался отрезом ткани, заменявшем мне полотенце, в дверь скромно постучали, и вошла Сияна, неся мои отстиранные и высушенные вещи для тренировки. Я поблагодарил девушку и облачился в спортивный костюм, отметив, что работа по стирке и сушке с глажкой проведены очень качественно. Подмигнул Сияне и вместе вышли из комнаты. Для себя отметил, что нужно чем-то отдариться работницам трактира. Ведь действительно выполняют обязанности качественно и на совесть. Жаль эльфы уехали, так бы сладостей накупил.

Быстро сделав неотложные утренние дела в местном ватерклозете и ещё раз проведя гигиенические процедуры, вернулся в зал трактира. За центральным столом завтракала вся главная компания поселения Башня. Посетителей сегодня было побольше, чем вчера утром. Погодка не способствовала работам возле дома, вот народ и тянулся в местный клуб по интересам. Перетирая сплетни и смеясь над шутками соседей. Пару столов занимали игроки в кости и болельщики.

Ответно поздоровавшись с сельчанами, которые, завидев меня, пожелали доброго утра, учтиво кивнув картографу Данштейну и его молчаливому слуге Алойну, я присел за стол к командору Рэброгу с компанией. На этот раз Маргуре тоже присутствовала на завтраке. Сияна тем временем упорхнула на кухню. Я проводил стройную девушку взглядом и переключился на присутствующих.

— У тебя две меры, чтобы прибыть на плац, — проговорил Варген, отодвигая опустевшую тарелку, и с сытым видом направился на выход.

— Кстати, о мерах,— обратился я к соседям по столу. Как вы тут время отсчитываете?

Рэброг прожевал очередную порцию омлета и ответил на мой вопрос.

— Орки, гномы, эльфы и саршеры очень хорошо чувствуют течение времени, а вот люди не очень. Но есть приспособления, отмеряющие время. Кстати, придумано вашим народом. В виде зауженных в середине стеклянных колб с мелким песком. Их называют мерами. Стандартно один гонг равен десяти мерам, а один оборот светила равен тридцати двум гонгам. Не спрашивай меня, почему именно так. Я просто рассказываю то, что сам узнал в юности.

Ну, так-то логично. У нас тоже времяисчисление в сутках двадцать четыре часа, а в минуте шестьдесят секунд. И это внедрённое в наше мировосприятие правило или аксиома с самого детства. Я максимально уверен, что пятьсот или тысячу лет назад на Земле совершенно по-другому отсчитывали время.

— В городах есть мерные башни, отбивающие гонги в течение дня, — продолжал Рэброг. — Ночью, конечно, они молчат. Жителям городов и их правителям хочется спать спокойно.

Интересно получается. Значит, банальные песочные часы и собственное восприятие тут основное мерило времени. Без математически чёткого хронометра я не смогу определить, на сколько длиннее тут сутки. Хотя по своим ощущениям я разницы не вижу. Возможно, успел адаптироваться.

Сияна принесла болтунью от Порзона, и я в темпе схомячил шикарный омлет, запив компотом. Далее побежал на плац, в уме отсчитывая приблизительно прошедшее время. Успел вовремя, пристроившись рядом с Палорном. Видать, он внял моему обещанию, что будет не скучно.

Кто-то скажет, что вредно заниматься с набитым желудком. На что я отвечу: если завтрак относительно лёгкий, то и вреда не будет, а только польза. Ускоренный процесс усваивания калорий. Если бы я сутра лопал борщ с сочной свиной отбивной и макаронами, тогда согласился бы с ревнителями ЗОЖ (Здоровый Образ Жизни). Те ещё не в адеквате типы.

На удивление, первый блок разминки прошёл намного лучше. Палорн иногда сбивался, но быстро вливался в такт. Потом начались спарринги. Как и обещал Варген, через каждые три меры менялись партнёрами. Если честно, несильно это помогло. Достойно отрабатывать полученный навык получалось только с Варграром. Остальные конкретно так отставали. Тогда Варген увеличил время спаррингов до пяти мер, и уже что-то стало получаться. Краем глаза наблюдал, как несколько пар начали копировать наши с Варграром движения. Потом пошли импровизации. Орки оказались очень сообразительными, и на площадке воцарилось задорное пыхтение резко меняющих стойки при блокировке новиков. На очередном круге Палорн оказался напротив меня, и мы растянули наш спарринг до максимума. Барон зорко следил за моими движениями и соответствующе отвечал, стараясь пробить блок. Азарт в его глазах говорил об упёртой натуре, готовой учиться всему, что усилит его навыки.

— Новики, вольно! — раздалась долгожданная команда над промокшим плацем под моросящим дождём.

Я поймал руку Палорна в захват и похлопал его по плечу, обозначая конец тренировки. Молодой барон,