Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

class="p1">Кроме цвета кожи, вражеские солдаты различались головными уборами. Белые абиссинеры красовались в черных беретах, цветные мамлюки — в кремовых фесках.

Тем временем продолжали прибывать новые пленники. Они удостоились аналогичного приема. Вот, кто-то уже недоволен, кого-то стукнули прикладом, кого-то просто угостили грязным ругательством. Дежа вю.

А вот кто-то очень недоволен.

— Убери от меня руки, грязная свинья, — заявила Мэгги.

— Баас капитан, здесь женщина, — возвысил голос солдат-квартерон. — Она сопротивляется.

Так это и есть капитан "Демона Смерти"? Два с лишним метра, мачту проглотил, орлиный нос, фуражка-авианосец… Вот уж действительно, надменный ублюдок. Покойный фрегаттен-капитан Вейсглас, командир "Виллема Молчальника", рядом с ним выглядел бы как строгий, но скромный школьный учитель.

— Ну так пристрели ее и выбрось за борт, — равнодушно ответил абиссинский капитан.

— Но позвольте… — начал было похолодевший Джеймс.

Вражеский командир даже не посмотрел в его сторону, а стоявший рядом воздушный пехотинец немедленно угостил Хеллборна прикладом. Совсем как в старые добрые времена! Больше того, когда Хеллборн упал на палубу, абиссинер наступил ему ботинком на ухо. Не слишком сильно, но все равно было обидно и неприятно.

— Я тебя самого за борт выброшу, — тем временем пообещала Мэгги.

Хеллборн похолодел еще больше и принялся искать выход из этой неприятной ситуации. Но события развернулись слишком стремительно.

— Я хочу взглянуть на это чудо, — заявил белголландец и зашагал в том направлении, откуда доносились голоса. Продолжая лежать под кованой пятой врага, Джеймс ухитрился проводить вражеского капитана взглядом.

— Кто ты такая, прекрасное дитя? — поинтересовался белголландский офицер.

— Меня зовут коммандер Кам Бик Фай, принцесса Ешико Кавашима. Я офицер белголландской разведки.

ЧТО?!!!

Хеллборн не выдержал и приподнялся. Он успел увидеть достаточно, прежде чем новый удар приклада вернул его на место. Мэгги демонстрировала вражескому командиру серебряный жетон АБВЕРа[3].

"Я подарю тебе новый, получше!" Она это имела в виду?!

— Украли пластинку у одного из наших агентов… ваше высочество? — недоверчиво хмыкнул старший белголландец.

— Я понимаю, что этого недостаточно, но я смогу подтвердить свою личность, — ответила Жемчужина.

— Хорошо, — кивнул владелец авианосной фуражки. — Капрал! Проводите даму на капитанский мостик.

— Будет сделано, баас капитан, — отозвался давешний квартерон.

Первым спохватился (опомнился? сообразил?!) Беллоди.

— Ах ты японская шлюха!!! — завопил наследник итальянских моряков. — Это все она! Она запустила радиомаяк и навела на нас перехватчик! Это из-за нее нас подбили!

— Как интересно, — пробормотал вражеский капитан. — Да заткните же его наконец!

На Беллоди посыпались удары.

Мэгги даже не посмотрела на Хеллборна, когда проходила мимо.

— Ладно, — подвел предварительные итоги старший абиссинер. — Всем встать! Шевелитесь, шевелитесь, чертовы инки!

— Здесь и альбионцы есть, — машинально возразил Хеллборн

— Пингвины? — удивился вражеский командир. — Ну и хрен тебе в задницу. Какая разница, инки-пингвинки, — и восхищенный собственным остроумием, абиссинер довольно заржал.

Хеллборн был просто-напросто шокирован. Конечно, виксы тоже могли в морду дать, но разговаривали они при этом достаточно вежливо. Тогда как эти африканцы…

— Продолжим, — объявил главный белголландец. — Где ваш предательский капитан?

— Он погиб, — ответил за всех Хеллборн.

— В таком случае, ему повезло, — заметил вражеский командир. — Потому что именно благодаря ему вы находитесь в нынешнем плачевном положении. Не следовало — нет, определенно не следовало так с нами шутить. А вы кто такой?! — внезапно спохватился собеседник.

— Барон Джеймс фон Хеллборн, — скромно признался альбионец. — Суб-коммандер Р.А.Ф. Принял на себя…

— Вы немец? — поднял брови капитан.

— Да, я неисправимый немец, — согласно кивнул Джеймс. — Но мои предки эмигрировали в свободный Альбион, спасаясь от пожара тирании.

— Как интересно… — протянул старший абиссинер. — От какой именно тирании?

— Не помню, — неуверенно пробормотал Хеллборн. — От прусской, скорей всего…

Били его недолго, но больно.

— Достаточно, — остановил своих солдат бар-барский капитан. — Потом договорим.

Два сержанта прошлись вдоль строя, тщательно обыскивая пленников. Очень тщательно, и на этот раз старый фокус не прошел.

— Что это такое? — спросил сержант, вращая в руках золотой пистолетик.

— Ой, я совсем про него забыл! — наивно хлопнул глазами альбионец. — Он ведь даже не заряжен! Сувенир! Постойте, зачем это?!..

Сержант-абиссинер молча передернул затвор пистолета, приставил его к левому глазу Хеллборна и нажал на спуск. ЩЕЛК!

Действительно, последнюю пулю проглотил полковник Берт Сас, а новые патроны нестандартного калибра Хеллборн перед отлетом раздобыть не успел. Не до того было.

— Я же говорил, — жалобно улыбнулся Джеймс. — Не заряжен. К чему эти грубости…

— Заткнись. Откуда он у тебя?

— Дай сюда, — привлеченный блеском золотого металла, что твоя ворона, снова подошел капитан. Прочитал надпись на затворе. — Действительно, откуда он у вас?

— Купил на блошином рынке в Харбине, — неохотно признался Хеллборн. — У филиппинского парашютиста.

— Вы знаете, что на нем написано? — поинтересовался вражеский офицер.

— Шутите?! С этого все и началось. Филиппинец уверял меня, будто самолично отобрал пистолет у адмирала. Просил за него тысячу долларов. Конечно, я ему не поверил, — ухмыльнулся Джеймс. — В итоге он расстался с пистолетиком за тридцать пять монет.

"Хорошо, что не 35 сребреников… Только не переиграй!"

— Адмирал едва успел оказаться в плену, но кто-то поспешил изготовить подделку? — усомнился абиссинер.

— Разумеется, пистолет может быть настоящим, — равнодушно пожал плечами Хеллборн. — Просто глупый филиппинец не знал его подлинную цену — или украл у настоящего трофейщика. Поэтому и рад был поскорее от него избавиться.

— Господин капитан! — Хеллборн узнал голос медсестры, которая помогала Мэгги. — В шлюпке остались раненые…

— Да-да, конечно, — кивнул абиссинер. — О них немедленно позаботятся. Эй, Бальтазар!

— Вы не имеете пра… — Джеймсу снова не позволили договорить и уложили на палубу.

БРРРРРРРРРРРАНГ! — протрещал бортовой пулемет. Жалобные крики несчастных были тут же заглушены радостными воплями абиссинеров:

— Ты видел, видел?! Как его перевернуло!

"Куда я попал?!" — ужаснулся Хеллборн.

— Лежи, лежи, — добродушно заметил стоявший над ним солдат и придавил ботинком посильнее. — Сам виноват. Плохо себя вел, останешься без представления.

Кто-то из пленников пытался протестовать, поэтому последовала новая волна прикладоприкладства и других репрессий.

Когда порядок на палубе был восстановлен, а тщательный обыск — завершен, капитан "Демона Смерти" еще раз прогулялся вдоль строя и осведомился об именах и званиях своих "гостей". Получив информацию от очередного пленника, белголландец равнодушно кивал и двигался дальше. Лишь один из американцев ухитрился заинтересовать его.

— Повтори, — потребовал старший абиссинер, остановившись как вкопанный.

— Сержант Константин Цалафидис, — представился очередной аэронавт.

— Пиндос? — уточнил вражеский командир.

— Простите? — не понял пленник.

— Грек?! — нахмурился капитан.

— Да, мои предки приехали из Грец…

К этому моменту Хеллборну снова разрешили встать в строй, и он все прекрасно видел. Командир "Демона Смерти" выхватил пистолет и выстрелил своему собеседнику прямо в рот.

— Молчать!!! — тут же заорал абиссинер, на этот раз даже не дождавшись протестующих возгласов — да их