Фантастика 2026-132 - Сергей Анатольевич Панченко

— Я завтра отвечу. — Пообещал Роберт. — Я тут человек новый и немного не в теме. Так сразу на ответственный пост.

— Быстрее разберешься. Я помогу во всем, пока в море не вышли. — Пообещал Захар. — Я заметил, что сын тоже в тебя, толковый, обучаемый. Не пропадете, точно.

— Спасибо. Ну, до завтра?

— До завтра.

Дорогу до своего дома Роберт обдумывал предложение. Он знал, что справится на этой работе. Управление коллективом и оптимизация работы всегда приносили ему моральное удовлетворение. Он чувствовал, что идет по призванию и получается красиво и легко. Однако, понимал, как много придется на себя взвалить. Труд обыкновенного рыбака тоже был нелегок, но в плане ответственности и разнообразия выполняемых задач абсолютно не сравним с руководящей должностью.

Мария ждала его у входа, сидя на коротком пне и греясь в лучах заходящего солнца. Рядом сидел то ли Ганс, то ли Мурка и щурился на солнце.

— Даниэль сказал, тебя бригадир задержал? — Мария приготовилась слушать.

— Представляешь, Захар хочет уйти на всю путину в море, а меня оставить руководить хозяйством. Устал, говорит, совмещать. — Роберт взял кошку на руки. — Дал сутки на раздумье.

— Это же хорошо, Роберт. Мне будет намного спокойнее, если ты не станешь плавать на этих смешных лодчонках, которые могут перевернуться от самой маленькой волны. Еще бы и Даниэля пристроить на суше и было бы просто здорово. — У Марии были собственные причины желать того же, что и муж. — А в чем заключается работа?

— Вот с этого и надо начинать. В основном заботиться о том, чтобы улов своевременно и в надлежащем качестве отправляли в город, принимать претензии, если что-то напортачили, общаться с тамошним начальством по рации. Короче, всё, чему я учился по жизни.

— Значит, ты уже всё решил. — Поняла супруга. — А почему сразу не согласился.

— Мало ли. Народ меня не знает, авторитета нет, с тонкостями и нюансами работы тоже не знаком. Придется набивать шишки, делать глупости, пока не погружусь в работу полностью.

— Ты справишься, Роберт. Я буду тебя поддерживать. — Мария поднялась и поцеловала мужа. — Ты есть хочешь?

— Конечно. Уха?

— Из колхозного петуха. — Мария рассмеялась. — Горсть пшена досталась, так что уха прямо-таки классическая.

— Аж ложка стоит? — Спросил Роберт.

— Ну не настолько.

На следующий день Роберт снова проходил обучение, как и все остальные молодые рыбаки. Захар вида не подавал насчет вчерашнего разговора. Роберту даже закралось подозрение, что он передумал или же поговорил с Первым и тот не одобрил разделение власти. В этот день занимались по более сложным вводным. Бригадир заставил ведром, которым отчерпывали воду, залившуюся во время высокой волны, наоборот набирать ее в лодку, изображая опасную ситуацию. Приходилось одновременно рыбачить, держать равновесие и отчерпывать воду, что должно было напоминать рыбалку во время сильного ветра. От ледяной воды покраснели ладони и одеревенели пальцы. Ими не получалось распутать сеть или развязать узел.

— Что, замерзли? — Бригадир заметил, как мужики суют замерзшие ладони под одежду. — Лучший способ согреться, это грести. Когда штормит стоять опасно, надо двигаться против ветра, поперек волны. Вообще, мы не рыбачим при сильном ветре, рыба плохо идет, да и опасно, но иметь представление о чрезвычайных ситуациях необходимо.

Захар все же сжалился над новичками и больше не требовал заливать лодки водой. Оттачивал умение забрасывать сеть, правильно ее вытягивать, чтобы не путалась. В его руках все получалось легко, без усилий, но на то он и был профессионалом. Повторить за ним с первого раза не получалось, и потому сети запутывались, рыба в них не попадалась, а лодки врезались друг в друга. Потом у Физрука сеть зацепилась за что-то на дне и никакими усилиями не хотела сорваться.

— Странно, мы на этом месте уже много раз бросали и ничего не цеплялось. — Захар почесал голову. — Придется кому-то нырять.

— Нет. — Физрук решил, что нырять придется ему, как виновнику.

— Ну, не тебе, конечно, ты еще молодой. — Захар помахал рукой в сторону берега.

Через десять минут подплыла лодка с опытными рыбаками. Они, естественно, бросили на новичков укоризненный взгляд.

— Ну, как так можно, а? — Спросил один из них. — А если у меня насморк?

— Ребята попарят тебя в бане. — Пообещал ему Захар.

— Не надо ребят, пусть девчата парят, я тогда буду каждый день нырять. — Предложил рыбак.

— Вы понимаете, да, почему этот персонаж не остается на берегу, пока мы в море? — Поддел его бригадир. — Сладкоежка.

Мужчина скинул с себя одежду и прыгнул в серую холодную воду без всяких прелюдий. Его не было с минуту. Веревка дергалась, пока он пытался снять зацепившуюся сеть. Потом она замерла и через секунду появился фыркающий рыбак. Ловко запрыгнул в лодку.

— Тяните. — Разрешил он.

Оделся за несколько секунд и присел на корточки, обхватив себя руками. Зубы его отстукивали чечетку Физрук вытянул сеть и бросил на дно своей лодки.

— А за что она зацепилась? — Спросил он.

— Железяка какая-то старая. Ржавчина с нее отслаивается. — Мужчина показал испачканную в рыжем налете руку. — Или корпус какого-то небольшого судна, ушедший глубоко в землю, или сюда вовремя землетрясения принесло что-то с берега. Габариты не определил, но штука явно затянута песком. В следующий раз не надо тут бросать сеть.

Опытные рыбаки уплыли. Бригадир сделал пометку карандашом в старом блокноте с пожелтевшими листьями относительно предмета в воде.

— Иногда трясет у нас и мне кажется, что эту штуку выдавило наружу, но перед этим она провалилась в расщелину. Тут их было много раньше, а сейчас песком затянуло. Но пузыри нет-нет, да пробиваются на поверхность, особенно когда тряхнет. Опасная вещь на самом деле. Если под лодкой пузырь поднимется, она может в долю секунды уйти под воду. А раз железяку такую вывернуло, значит снизу хорошо поддавливает. — Захар убрал блокнот в карман. — Ладно, скоро все равно переезжать отсюда.

— Почему? — Спросил Физрук.

— Знаешь, что такое севооборот? — Спросил бригадир.

— Примерно. Это когда одни поля засевают, а другим дают отдыхать.

— Вот, у нас так же. Популяции рыб еще не восстановились, надо давать им возможность размножиться. Мы же должны думать о будущем. К тому же тут не самая удачная бухта, тюленей рядом нет. Движение — это жизнь.

— Я чувствую, как эта самая жизнь пытается превратить меня в цыгана, у которого нет дома, только путь. — Повздыхал Физрук.

— Мы как хищники, мигрируем за пищей, а в домах живут травоядные, выращивающие растения. — Почти серьезно заявил Захар. — Выбирай, кто ты есть.

— Хищник. — Выбрал Физрук. —