"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

все нарастало — и лишь когда минуты за три до начала хлопнула входная дверь, люди в студии расслабились. Точнее, наоборот собрались: нужно было работать, и работать, как ни в чем не бывало. А все внешние неудобства — зачем советскому народу о них знать?

Так что сразу после того, как пробили кремлевские куранты, Юрий Владимирович, глядя через стекло студии на то, как редактор судорожно распечатывает конверт с текстом, свои глубоким голосом точно по расписанию начал «работать»:

— Товарищи, прослушайте важное правительственное сообщение…

Лиза Емельянова, постоянно ходившая в студии в тапочках на толстой войлочной подошве, выхватила листы бумаги из рук редактора и абсолютно неслышно, как это умела проделывать лишь она одна, вошла в студию и положила текст на стол перед диктором. Неслышно перебирать бумаги на столе многие дикторы умели, но Лиза это проделывала столь виртуозно, что даже среди «своих» она получила прозвище «тихоня».

А Юрий Борисович глубоко вздохнул, опустил взгляд на лежащие перед ним листы с текстом, и — ни делая ни малейшего перерыва с ранее произнесенным — начал зачитывать это самое «важное правительственное». При первом же взгляде на текст по спине Юрия Борисовича пробежали мурашки, но голос у него не дрогнул, и он сообщил всему советскому народу:

— Советское правительство с глубоким прискорбием сообщает, что сегодня, в половине четвертого ночи, остановилось сердце верного сына советского народа, Председателя Государственного комитета по планированию товарища Куйбышева Валериана Владимировича…

Глава 1

Канарис, стараясь не обращать внимания на очень недовольную физиономию фюрера, продолжал свой доклад:

— По счастью нам удалось выяснить количество этих новых танков русских. Тяжелых танков КВ у них уже изготовлено около ста сорока штук и сейчас их «Красный путиловец» достиг, вероятно, предельной мощности и производит по два, иногда по три таких танка в неделю. По нашим данным, попытка наладить производство таких танков в Челябинске закончилась полным провалом, так что в течение года их количество гарантированно не превысит триста единиц. Несколько хуже ситуация со средним танком Т-34, их количество уже превышает тысячу штук, в Харькове производится по два танка в сутки, налаживается его производство в Сталинграде и, скорее всего, до конца года там русские смогут делать их столько же, сколько и в Харькове. Но и здесь есть весьма положительный, с нашей точки зрения, момент: русские сейчас в состоянии производить около ста моторов для тяжелых и средних танков в месяц, то есть даже меньше, чем самих танков, а ресурс большинства моторов составляет около пятидесяти часов. Так что через год у них все равно танков будет довольно мало.

— А у нас⁈

— Я, пожалуй, присоединюсь к мнению адмирала, — ответил на взгляд фюрера в его сторону Шпеер. — Сейчас мы легко можем произвести за месяц свыше сотни танков Панцер-три и до пятидесяти Панцер-четыре, а при необходимости… при небольшом дополнительном финансировании мы в состоянии эти числа увеличить еще на четверть. Что же до русских тяжелых танков, то замечу, что МАН и Даймлер уже подготовили для полигонных испытаний свои машины, и у меня есть уверенность в том, что когда эти испытания закончатся, обе компании смогут и их производить минимум по паре десятков в месяц. Нам лишь потребуется выбрать лучший вариант… и профинансировать изготовление.

— Вы все только о деньгах и говорите! У нас что, где-то растет денежное дерево? Да вам не одно дерево нужно, а целая роща!

— Мы пока обсудили лишь танки, но у нас открылись и другие возможности. Чешские танки все же полное дерьмо…

— А Гот их хвалит!

— Ну да, по сравнению с нашими «единичками» и «двойками» они смотрятся не так уж и плохо, — ответил Гитлеру Тодт. — Но Даймлер совместно с французами провел доработку нашего Панцера-один… то есть на французских заводах за год полторы тысячи «единичек» нетрудно переделать в вариант «F» — а это уже серьезная машина с двадцатимиллиметровой полуавтоматической противотанковой пушкой. Любой русский легкий танк эта коробочка уничтожит с расстояния до восьмисот метров. Кроме того, за это же время мы легко поставим дополнительную броню на «двойки» — и у русских легких танков шансов против наших уже не будет.

— Но у них есть, как нам сообщил адмирал, и тяжелые.

— С ними еще проще: я уже упомянул о том, что чешские танки — дерьмо. Но за год сами чехи три сотни ЛТ-35 и больше тысячи ЛТ-38 превратят в самоходные орудия, «Рейнметалл» для них противотанковые орудия на семь с половиной сантиметров поставит с удовольствием, и я уже переговоры с ними провел. А это — смерть уже средним русским танкам, и даже тяжелым: мы провели испытания и оказалось, что эта пушка гарантированно пробьет броню русского «КВ» с километрового расстояния. Еще мы успеем переделать под самоходные орудия больше тысячи французских игрушек, которые они танками называют. Так что адмирал прав: через год, что бы русские не делали, мы получим подавляющее превосходство в бронетехнике. А не примерное равенство в силах, как сейчас…

— Ну хорошо, однако где вы собираетесь взять броню для всех этих новых танков?

— А это, оказывается, уже совсем просто: ЮС Стил готова нам поставить за год, даже за полгода до тридцати тысяч тонн броневого листа под наши размеры, а Бетлехем Стил — продаст даже больше, до пятидесяти тысяч тонн, испанцам.

— Но наверняка они захотят получить от нас оплату золотом…

— Французским золотом, причем жидким, — и на эти словах Фриц Тодт рассмеялся. — Один ящик шампанского за тонну брони — мне кажется, это недорого. И да, они готовы вина взять гораздо больше, чем будет нужно для оплаты металла.

— Это интересно, а они нам корабельную броню…

— К сожалению, мой фюрер, они поставили условие, что броня будет поставляться не толще двух дюймов. И листами размером не более чем шесть футов на двадцать, но для производства танков и самоходок нам этого вполне хватит. А на остальные деньги… там есть одна очень интересная компания, официально вообще бразильская, и она предлагает нам забыть о проблемах с поставками каучука. Но они только деньгами и хотят получать оплату, причем американскими долларами, однако французы нам эту проблему с удовольствием помогут решить…

— То есть вы все за то, чтобы отложить операцию на год. Но вы уверены, что русские за это время…

— Мой фюрер, — не дал договорить Гитлеру Канарис,