Этногенез-2 - Елена Кондратьева

Шли они долго. Сперва Вим еще пытался считать ступени, но в конце концов бросил бесполезное занятие. Лестница незаметно обернулась узким мостиком, тот нырнул под арку, вывел к площади со стеклянным фонтаном, откуда начиналась новая лестница… Вверх, вниз — Вим в жизни не нашел бы обратную дорогу. Тем более что башня с куполом оказалась не единственной — Вим насчитал еще шесть точно таких же.

Если по пути им и встречались люди, то сплошь молодые женщины. Складывалось впечатление, что в городе не только не было мужчин, но и не жило никого старше двадцати пяти и младше восемнадцати. Когда эти дамы видели процессию, все они замирали и таращились на Вима так, будто он был сказочным чудищем. Или уродцем из дешевого цирка, выставленным напоказ. От их взглядов Виму становилось не по себе.

Они спустились по очередной стеклянной лестнице, и Вим наконец увидел, куда направлялись амазонки. Посреди широкой круглой площади, вымощенной белым камнем, стоял дворец… По крайней мере, Вим решил, что это дворец, хотя с тем же успехом это мог быть и храм. Огромное строение с массивными колоннами и острыми шпилями, вонзающимися в небо. Было в нем и что-то античное, и что-то готическое, и что-то совсем не имеющее отношения к человеческой архитектуре. Здание выглядело так, словно над ним потрудились Гауди, Эшер и Дали, причем не обошлось без галлюциногенов. И красиво, и величественно, и в то же время — дико.

— Какой милый домик, — проговорил Вим. — А кто в нем живет, если не секрет?

Ответом ему был очередной укол электрического копья.

— Да ладно вам! Спросить, что ли, нельзя?

Вим растер место укола. После электрических разрядов, которыми наградили его амазонки, казалось, что волосы на голове стоят дыбом и в них сверкают искры. Немудрено, что эти дамочки так на него таращатся.

У входа во дворец их встретила еще одна группа девиц в золотых доспехах.

— Она уже знает, — сказала одна из воительниц. — И ждет.

Конвой сменился, хотя особой разницы Вим не заметил. Девицы походили друг на друга, как штампованные куклы… Точно! Вот кого они напоминают — кукол Барби. Не внешне, а по сути.

— Следуйте за мной, — сказала амазонка, которая, видимо, была здесь главной. Цветы на ее шлеме переливались пурпурно-красным цветом.

— Будто мы отказываемся, — вздохнул Вим. — Попробуй тут отказать.

Кивком он указал на копье в руке воительницы. Кристаллический наконечник светился изнутри, хотя при дневном свете не сразу заметишь.

— Сударыня, — сказал Вим с мольбой в голосе. — Может, хоть вы скажете — кто нас ждет?

В миндалевидных глазах воительницы вспыхнули золотистые искорки.

— Царица-мать, — сказала она с легким придыханием.

— Что ж, — вздохнул Вим, — прекрасный ответ. Исчерпывающий и не говорящий ничего. Пойдем, старушка, похоже, нас ждет королевский прием. А у меня даже галстука нет, вот незадача…

Внутри дворца оказался еще один сад. Правда, цветы здесь были больше и ярче, бабочки порхали еще красивее, а птицы пели еще мелодичнее. Царица встретила их в конце длинной аллеи из цветущих деревьев. Там, на небольшой площадке в окружении журчащих стеклянных труб, стояла изящная открытая беседка.

Первым делом Вим заметил невысокий длинный стол, ломящийся от еды. Желудок тут же напомнил о своем существовании, причем не самым вежливым образом. Вим поспешно отвел взгляд. Одно дело — заявиться на королевский прием без галстука и в грязных ботинках, и совсем другое — с животом, урчащим как трактор.

На столе лежали исключительно фрукты, самого разнообразного вида. Меньшую их часть Вим уже видел в саду, остальные же выглядели ничуть не менее причудливо. Чего стоила одна только сочная красная ягода, похожая на клубнику, но при этом размером с арбуз! Прямо мечта вегетарианца. Но Вим куда больше мечтал о куске жареного мяса.

Вим посмотрел на царицу. То, что это именно царица, он понял сразу, хотя у нее не оказалось ни короны, ни каких-либо еще знаков власти. Ее туника была сделана из такой же ткани, что и у остальных амазонок. От прочих девушек она отличалась лишь тем, что выглядела самую капельку старше.

И в то же время она была совсем другая. Ее точно нельзя назвать куклой: в каждом движении, повороте головы или легком взмахе руки сквозили сила и власть. Женщина полулежала на ложе, усыпанном лепестками цветов. За ее спиной стояли две девушки с высокими кувшинами.

— Приветствую вас, путники, — голос царицы журчал как ручей.

— М… Добрый день, — сказал Вим, резонно решив, что теперь вся тяжесть переговоров ложится на его плечи. Белка не понимала язык амазонок.

Он откашлялся. Будучи анархистом в душе, Вим чувствовал себя неуютно рядом с людьми, облеченными властью. Но чего не отнять — Вим был вежливым анархистом.

— Приветствуем вас, ваше высо… величество или как там правильно? Меня зовут Вильгельм, а это — Белка. В смысле, у нее такое прозвище, а настоящего имени она еще не получила.

— Вильгельм… — протянула царица. — Какое интересное имя… Вильгельм…

У нее получалось что-то вроде «Филихельм».

— Отец придумал, — чуть виновато сказал Вим. — В честь Гауфа и младшего из братьев Гримм.

Царица снисходительно улыбнулась, словно знала, о ком идет речь. Хотя до рождения великих сказочников оставалось еще не одно тысячелетие.

— Мое имя Рашти, — сказала она.

Вим почувствовал толчок в спину и невольно шагнул ближе. Или ему полагалось поклониться? На всякий случай Вим кивнул — амазонки за спиной выглядели грозно, да и копий своих не опустили. Рашти это заметила.

— Не волнуйтесь, дети мои. — Царица подняла руку. — Думаю, эти путники не желают нам зла… Ведь так?

Глаза ее лукаво блеснули.

— Что вы! — поспешил сказать Вим. — Мы вообще…

— Вы голодны? — перебила его Рашти.

— Ну как сказать… Если учесть тот факт, что я вообще не помню, когда ел последний раз, пожалуй — да. Чуть больше, чем чертовски.

Царица кивнула со всей полагающейся по статусу снисходительностью.

— Садитесь, — Рашти указала на стол. — Не стесняйтесь. Вы проделали большой путь, и вам нужно набраться сил.

Улыбка ее была ласковой и доброй. Пожалуй, слишком.

— Она предлагает нам поесть, — сказал Вим Белке. — И я настоятельно советую тебе не отказываться.

Девочка вздрогнула и посмотрела на Вима так, словно впервые его увидела. Но, кажется, к ней возвращался дар речи:

— К… Кто эта женщина?

— Она у них вроде вождя, — пояснил Вим.

— Я вижу, — сказала Белка. — Но кто она? Тут всюду лед, который не тает. Это Владычица Льда?