Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик

Итак, пока моя банда укладывалась на ночлег — причем Чжу Бацзе так и не смог вытащить ногу из капкана, — я вел долгий разговор с представителем китайских гномов, или, как их еще называют, ктонов. Их старейшину, с которым я общался, звали Ван Ху.

Нормальный мужик — или, как говорят на Ставрополье, «четкий». Ну, если все мутные типы в Москве и Питере, то да, Ван Ху, невзирая на малый рост, занимал высокое положение в иерархии гномов. Я повторюсь, это европейское понятие, но мне с ним проще. А так-то они все — ктоны!

— На ночь Учитель рассказывает нам полезную для духовного роста историю, — зачем-то сообщил всем Сунь Укун. — Быть может, и вы захотите послушать?

Китайские гномы дружно закивали всей толпой в тысячу пятьсот с лишним душ. И поскольку публика у меня увеличилась, пришлось говорить громче и выбрать весьма непростую вещь. Это была печальная, но очень поучительная повесть об О-не Ги, сыне богатого чиновника, который решил уехать из столицы в деревню. Ему писала письма иероглифами некая Та-ян, старшая дочь помещика. Но он отверг ее любовь. А из-за младшей сестры вызвал на поединок своего же кудрявого друга Лен-го. И убил его, вонзив кривой меч прямо в грудь!

Опасаясь судейских чинов, О-не Ги бежал в горы. А когда вернулся, прекрасная Та-ян уже вышла замуж за высокопоставленного полководца из другой провинции. И как он ни просил ее нарушить супружеский долг, она гордо отвечала:

«Но я другому отдана

И буду век ему верна!»

…Занавес, жаркие аплодисменты, горячие споры, просто чудом не переходящие в рукоприкладство. Смотрим, сравниваем, оцениваем.

Сунь Укун, само собой, был на стороне мятущегося О-не Ги — хотя бы потому, что не поверил в искренность «немца» Лен-го, приготовившего для несчастной Та-ян некое снадобье. Мало ли что он мог сделать с девушкой, пока она была в отключке?

Эту версию поддержал и Ша Сэн, но он был больше возмущен бегством главного героя. Который, по мнению бывшего генерала Небесных войск, должен был покорно склонить голову и гордо сдаться судье! Даже спорить не буду, меня этот момент тоже всегда напрягал.

Чжу Бацзе однозначно стоял на стороне О-не Ги, уверяя всех, что честных судов в Китае не бывает. Посадят ни за что и извиняться не будут. Пусть чисто из принципа. Ибо нефиг даже сомневаться в справедливости любого провинциального судьи!

Однако подавляющее большинство китайских гномов встало на сторону гордой Та-ян. Ведь она не посрамила честь отца и, даже совершив опрометчивый поступок вроде написания того самого письма, сумела, как говорят в деревне, «удержать ворота закрытыми».

Короче, невзирая на всех великих русских поэтов и поэтесс, к которым мне пришлось обращаться, Александр Сергеевич Пушкин реально был круче всех! И это без вариантов. Великобританский Вильям Шекспир тут не рулит, а русская классика — на недосягаемой высоте!

Когда мои демоны и нереальная толпень гномов улеглись спать, мы с их старейшиной тихо разговорились у костра:

— Вы ведь не случайно появились у нас на пути?

— Ты мудр, Ли-сицинь, — сдвинул густые брови Ван Ху. — Нам дали совет…

— То есть вас попросили?

— И так, что не откажешь.

— Свыше?

— Да и нет.

— В смысле? — недопонял я.

— И те, кто сидит на Небесах, и те, кто правит под землей, равно не хотят вашего возвращения. Чем ты так умудрился всем насолить, что аж пересолил им все что можно?

Минут пятнадцать-двадцать, если не больше, мне пришлось потратить на яркий рассказ о нашем путешествии на Запад, синопсисом, без лишних подробностей. Старейшина гномов слушал меня крайне внимательно и охнул всего лишь один раз, когда речь шла о бегстве из Диюя.

Как я догадался, именно оттуда надавили на кланы подземных жителей. Думаю, это наш старый знакомый — судья Яньло-ван. А вот кто на нас ополчился сверху? Одно подозрение, конечно, есть…

— Так вот, когда мы заглянули в фальшивый храм Громовых Раскатов и по ходу дела набили морду одному советнику по особым делам из приближенных к трону Нефрит…

— Молчи! — Ван Ху быстро приложил палец к губам. — Не называй ничьих имен! Тебя уже не спасти, а я не хочу, чтоб вместе с вами пострадало и мое племя.

— Значит, это он.

Старейшина осторожно кивнул. Я задумался. Получается, нашу маленькую группу обложили со всех сторон. Ни на земле, ни под землей нам не рады, а прогулки между молотом и наковальней долгими не бывают. Простите, но это медицинский факт.

Тогда куда нам деваться с цилиндром с буддийских сутрами? Кому они вообще нужны? И ведь еще этот веселый старый пень Татагата потребовал, чтоб я доставил их прямо в руки императору. Ни больше ни меньше! Чтоб ему поэта Ходасевича голым во сне увидеть…

— Минуточку, но так-то получается… — Я задумчиво поскреб подбородок. — Получается, что нам одна дорога — прямиком на Небеса?

— Ты сумасшедший, Ли-сицинь…

— Очень может быть, у меня самого давно подозрения на этот счет.

— Завтра мы будем обязаны убить всех вас, — печально проворчал старейшина. — Меня заставили шантажом, поймали не с тем гномом не в той тыкве. А вся Поднебесная знает, что для ктонов нет невыполнимых задач. Я не могу рисковать, он приказал избавить от вас землю Китая.

— Так убить или избавить?

— Да какая разница?!

— Огромная, мой низкорослый друг. — Я фамильярно приобнял его за плечи, удовлетворенно потискал и вкратце изложил свой план.

Выслушав меня, старый гном даже дышать перестал, вытаращив узкие глазки и нервно дергая правым уголком рта. Я даже на минуточку испугался, как бы его инсультом не коротнуло, но Ван Ху каким-то чудом справился:

— Ты не сумасшедший, о Ли-сицинь, ты конченый псих! А значит, с тобой интересно иметь дело…

Глава двадцать вторая

«Если тебе предлагают деньги, бери свободой…»

(китайская поговорка)

Маленьких людей в мире не существует. Речь не о росте карликов или пигмеев. Среди них встречаются воистину высокие духом люди! Но есть и мелкие людишки, вот с этим никак не поспоришь.

…Я не буду врать, будто бы мой план был безупречен. Более того, если б моя история не касалась китайских мифов и сказок, мне бы и в голову не взбрело так развлекаться. Но если вы находитесь в стране богов и демонов, бесов и ведьм, драконов и лисиц,