"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

— И вы последовали приказам? — спросил я, подпустив в голос скепсиса.

— Нет, конечно. Мы его допрашивали по вашему делу. Но никаких записей не вели. Когда госпожу Истомину практически отстранили от расследования, я продолжал с ним работать. Узнал схему его действий, как он получал деньги. Выяснил имена нескольких его заказчиков. Но все это не интересно мне, как следователю Управления. Все материалы я неофициально передал большой следственной группе, занимающейся делом об убийстве губернатора. Марии Юрьевне предложили присоединиться к этому расследованию. Она прилетела к нам, чтобы забрать его в центральный СИЗо. Дальнейшее вы знаете. У убийцы был информатор. Надеюсь, что из Опричниного приказа. Это точно никто из наших, допущенных к нужным сведениям. Я всех проверил. Возможно, из «тяжких».

— Вы же помните «Кузнецова», который Владимиров? — спросил я, невольно злясь.

Все такие профессиональные — задним числом.

— Конечно. Вероятность того, что он помог организовать нападение — выше девяноста процентов. Однако доказать его соучастие мы не сможем.

— Мне не нужны доказательства. Только данные о его местонахождении.

Я невольно скрипнул зубами. Слишком много эмоций. Но ничего не могу с этим поделать. Во всем, что связано с ранением Марии критическое мышление и самоконтроль мне отказывали.

— Хм. С этим сложности. Официально он не покидал Рязань. — Орин ухмыльнулся.

— А неофициально? — я вернул ухмылку, только она получилась несколько кривой.

— А неофициально Управление не имеет ресурсов для того, чтобы искать одну персону внутри района с населением в сто пятьдесят тысяч человек.

— Соколовский район-то? — уточнил я, уже зная ответ.

— Я полагаю, что он все еще здесь. И даже думаю, что вы непременно пересечетесь. — Орин поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее. — У меня есть основания для подобных мыслей.

— И какие же? — спросил я, наблюдая за его пантомимой недовольства. Кресло жмет?

— Это не имеет значения. У нас с вами есть дело. Помните? Колдун, — Волков попытался откинуться на спинку, снова сморщился и сложил руки на животе.

— Не помню, чтобы я давал согласие на вовлечение меня в ваше расследование.

— Вы на государственной службе, Алексей Григорьевич. Ваше согласие не требуется. Требуется выполнять приказы старшего по званию. Приказ об откомандировании вашей группы в мое распоряжение на время расследования, подписан лейтенантом Плахиным и доведен до вашего сержанта.

— А что тогда здесь делаю я, а не мой сержант? — процедил я, стараясь не выплескивать на Орина свое раздражение.

— Я с ним практически не знаком. И не очень люблю общаться с новыми людьми. Так что вы будете контактным лицом между мной и остальной группой. Постарайтесь запомнить вводные, вам инструктаж группе потом проводить.

— Вы черта дрянского уломаете, Орин. Давайте ваши вводные, — сдался я. Я действительно на службе. Спасибо хоть не сказал: «Здесь тебе не башня, Орлов». — Интересно, как вы следователем работаете, если новых людей не любите?

— Я не люблю сотрудничать с новыми людьми. Но мне все равно, кого допрашивать. Работа такая. Вы, Алексей Григорьевич, вызываете доверие к себе. Кроме того ваш уровень интеллекта вполне удовлетворителен, для беседы, конечно.

М-да. Мне, как контактному лицу придется очень постараться, чтобы не засветить в это наглое, самодовольное жирное рыло, в процессе, так сказать, сотрудничества. Хотя ментату мы все вокруг кажемся тупыми, наверное. Он же гений. Самое совершенное творение магоэволюции в смысле особенностей разума.

— Начинайте. Я могу включить имплант на запись?

— Можете, — имею ли я доступ, он даже не спросил. Мутант венгерский. — Потом попросите своего нейро сделать сводку для ваших коллег. Сначала выслушайте меня, потом задаете вопросы. Если затруднитесь с формулировкой, ваш нейро вам подскажет.

Спокойно! Бить начальство, даже временное, запрещено уставом!

— Итого. По некоторым косвенным признакам, которые вам знать не стоит, я определил, что в районе действует колдун.

— Мне говорили, что его аналитики Управления вычислили, — влез я просто чтобы его позлить.

— Я же просил меня не перебивать! Если вам, Алексей Григорьевич так трудно сосредоточится, может вам отдохнуть перед инструктажем? — я сжал зубы и отрицательно мотнул головой. Угу, позлил Орина, называется. — Аналитики управления — бездарные олухи, которые не заметят факты, даже если те выскочат из-под стола и пнут их под зад. Нет, факты сопоставил я, — а мужик тщеславен. — Колдун здесь обосновался довольно прочно. Цель его присутствия пока непонятна. Но факт в том, что сорок процентов происшествий с дрянью, для всех участков уровня — его рук дело. Мы не знаем, как он выглядит. Мы не знаем, где он находится. Есть у меня предположение, но оно нам никак не поможет.

Орин вздохнул и, вытолкнув наружу не меньше двух кубометров воздуха, продолжил:

— Все, что мы знаем, он пока пакостит по мелкому именно на третьем уровне в районе Соколовых. В остальных районах признаков его присутствия нет. Вопросы по этой части?

— Нет вопросов. Видишь суслика? Не вижу. И я не вижу! А он есть! — Процитировал я популярную комедию.

— Некоторый прорыв был совершен, когда вам, благодаря везению в руки попал мутагенный препарат, — продолжил он не обратив внимание на мою попытку юморить. Не стать мне популярным стендапером. — Стало понятно, что колдун сотрудничает с младшей семьей Соколовых, которая держала разнесенный вашей группой притон.

— Полагаете, они знают, кто он? — задал я вопрос по делу.

— Они точно знают, что он колдун, то есть мутант, использующий тяжелый эфир как магическое топливо. Знают ли они о его связи с Ордой? Сомневаюсь. В таком случае сотрудничество с ним, — это государственная измена. Сотрудничество же с колдуном для боярской семьи… Да вы сами понимаете, Алексей Григорьевич. Правовых последствий никаких, пока не доказан существенный ущерб интересам Империи.

— С чего вы взяли, что он ордынец, Орин? — спросил я.

Этот вопрос меня действительно интересовал, так как я вообще пока не понимал стартовых позиций, из которых он исходил.

Орин вздохнул и снова произвел грудью воздушный залп, который, кажется, слегка пошевелил мои волосы.

— Я не смогу вам объяснить. Если я буду пересказывать вам все свои умозаключения, это займет не один час, Алексей Григорьевич. Вам достаточно знать, что об этом говорит ряд особенностей используемых им ритуалов.

— Ритуалы — вещь постоянная и тиражируемая. Ритуал — это технология. Кроме того, технология математически рассчитываемая. То есть все ритуалы несут сходные черты, — блеснул я знаниями, полученными на занятиях Геллера. — Почему именно Орда?

— Вы мне школьные учебники не цитируйте, Алексей Григорьевич. Ритуалистика во многом опирается на символьный ряд. А символьный ряд в каждой культуре свой собственный. Каждый ритуал имеет особенность, если хотите национальный почерк. Как и почерк исполнителя. Мне этот почерк заметен. А уж после того, как