Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

уже совершенно другим. Причём случилось это ещё в процессе боя. Кошелев Олег Николаевич любил свою матушку, и был откровенным маменькиным сынком, слабохарактерный трус, не отличающийся какими-ибо выдающимися качествами. И тут вдруг такие метаморфозы. Если бы эти кардинальные перемены не произошли на глазах множества свидетелей, то можно было бы утверждать, что вы выдаёте себя за Кошелева. Но факты говорят об обратном.

— Японский осколок, — привычно развёл я руками.

— Слишком уж много вы на него списываете, — покачав головой, возразил жандарм.

— Вы опять пытаетесь меня в чём-то уличить, Глеб Родионович?

— Не уличить. Понять, как такое возможно.

— Не знаю в курсе ли вы, но в Одессе один грузчик после травмы головы, вдруг заговорил сразу на нескольких иностранных языках.

— Есть такой задокументированный факт. Но дело в том, что травма легла на подготовленную почву. Тот мужчина многие годы работал в порту грузчиком и успел за это время вдосталь наслушаться иностранной речи. Предполагается, что удар по голове упорядочил в его голове все почерпнутые ранее сведения. А тут… Вы прямо ясновидящий какой-то.

— Так может у меня открылся третий глаз? — предположил я.

— Наши мистики эзотерики любят муссировать эту тему, но лично я в подобное не верю. Всему должно быть логическое объяснение. Но вот с вами-то логика и не работает. Мне доподлинно известно, что вы без всякой разведки просто указали где именно находятся богатейшие месторождения золота.

— О колымском золоте уже лет двадцать говорят, — возразил я.

— О россыпном золоте Приморья тоже давно говорят, но не все его видели, а вы просто ткнули пальцем в кату и сказали «здесь». Точно так же с Авеково, Ягодным, Сусуманом, алмазной трубкой, углём и бокситами. Геологические партии не занимались поисками, их задача состояла лишь в оконтуривании месторождений и оценке их запасов.

— Вы хорошо поработали над сбором информации, — не удержавшись хмыкнул я.

— Служба. Должен же я понять, кого именно приблизила к себе её величество и чьими советами не пренебрегает.

— Увы, Глеб Родионович, но у меня нет ответов на ваши вопросы. Я просто знал где и что искать. Называйте это третьим глазом, озарением, указанием свыше. Или просто тем, что я повстречал на своём пути некоего бродягу старика, который мне обо всём и поведал. Любая версия на ваш выбор.

— Примерно так я и представлял ваш ответ. Но это по сути и неважно, пока идёт на благо страны. А оно точно на пользу. За последние годы доходы в казну с Дальнего Востока возросли на порядок. Даже дотационные Сахалин и Гижига стали приносить реальную, прибыль. Численность населения увеличилась втрое. Вашими стараниями и политикой концерна «Росич» уменьшился отток русских в Америку, и многие стали искать счастье в Дальневосточном генерал-губернаторстве.

— Однако, сомнения у вас всё же присутствуют?

— Не думал я, что этот наш разговор случится именно сегодня. Но коль скоро так вышло, то извольте. За девять лет, что существует ваш концерн, вы не вынесли за пределы Приморья ни один завод, фабрику или верфь. Мало того, воспользовались поддержкой её величества, чтобы отторгнуть у Амурской области сельскохозяйственные угодья в благоприятной местности до реки Бурея, в пользу Дальневосточного генерал-губернаторства.

— Тот аппендикс действительно хорошо подходит для земледелия, но административное подчинение другому региону делало практически нереальным развитие района должным образом. Чиновничий аппарат стал активно вставлять нам палки в колёса, — развёл я руками.

— Именно об этом я и говорю, Олег Николаевич. За эти годы работа дальневосточного чиновничьего аппарата была выстроена настолько хорошо, что на сегодняшний день он наименее коррумпирован во всей империи.

— Это целиком и полностью заслуга Василия Егоровича. Он отличный управленец. И насколько мне известно на новом месте службы добился впечатляющих успехов.

— Это целиком и полностью заслуга управляющего канцелярией губернатора Котельникова, при вашей активной поддержке, Олег Николаевич. Вы всё устроили таким образом, что начиная с прошлого года, кто бы не занял кресло генерал-губернатора, истинным руководителем на Дальнем Востоке будет не он, а отлаженный чиновничий аппарат, губернская и городская дума, где главенствует партия РСДРП. Чиновников же, в свою очередь, контролируете уже вы. И даже отстранение Котельникова от должности ничего не изменит. Вы опутали все структуры власти словно паук настолько, что развались сегодня империя и Дальний Восток сумеет отправиться в самостоятельное плаванье.

— Иными словами, вы сейчас хотите обвинить меня в сепаратизме? — не смог сдержать я усмешку.

— Ни в чём таком я вас не обвиняю. Но остаются вопросы.

— Я вас понял, Глеб Родионович. Однако вы смотрите не в ту сторону. Как полагаете, отчего я вложил более полумиллиона рублей в войну с Японией, хотя изначально говорил о том, что мы проиграем?

— И почему же?

— Мне было интересно, сумею ли я повлиять на что-либо или нет.

— И потерпели неудачу.

— Ну-у не то чтобы неудачу. Войну мы проиграли, однако кое-чего я всё же добиться сумел.

— Например?

— Совершенно точно то, что моими стараниями крейсер «Варяг» не воскрес под японским флагом. «Асама», пусть и с третьей попытки, но в итоге отправился на дно. А два японских крейсера «Сума» и «Идзуми» были подняты под Андреевским флагом. Так вот, мне стало интересно создать из края куда издавна ссылали в наказание, цветущий уголок, такой, в который люди сами станут ехать с удовольствием. В итоге мне это удалось, и я не хочу, чтобы все мои начинания загубило крапивное семя.

— А потом вам стало понятно, что войны не избежать, — кивнул генерал-майор, подразумевая прошлый разговор.

— А потом мне стало понятно, что войны не избежать, — подтвердил я.

— Очень похоже на правду. Хотя бы потому что, всё говорит за то, что деньги и влияние для вас не сама цель, а лишь средство. И всё же, хотелось бы понять, откуда берутся все эти ваши странные знания.

— Ну, а если предположить, что я родом из будущего, и в момент когда душа Кошелева отлетела, моя заняла опустевший сосуд. Как вам такое? — по обыкновению я оседлал любимого конька, заранее зная реакцию собеседника.

— Из будущего? — хмыкнул, Житомирский.

— Из будущего, — кивнул я.

— Знаете, в третий глаз верится как-то больше.

— Мне тоже, если честно. Ну не знаю я что и откуда берётся, — с самым искренним видом развёл я руками.

— Ладно. Просто приму как данность. Пока не увижу в этом угрозу.

— Как скажете.

— Сколько у вас имеется вот этих диктофонов? — сменил он тему.

— Сотня.

— Миллион рублей отдай и не греши.

— Зачем же так много, если можно ограничиться и меньшим количеством.

— Э-э-э не-эт, как бы этого ещё и мало не оказалось. Я уже вижу