"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

Пока я шейра, я не могу положить ладонь на алтарь. Следовательно, мне нужно перестать быть шейрой.

– Я бы на твоём месте поспешил, – негромко заметил Файен за моей спиной. – Баррас настроен серьёзно, а нам с Таем не помешала бы твоя помощь.

Я перевела взгляд с Тайбери на Файена. Снова на Тайбери, очень быстро. Моя рука невольно скользнула в левый карман. Кажется, это мой единственный шанс. Других не будет.

Я сделала два шага назад и наклонила голову, словно кланяясь великим домам. Завела руки за спину.

– Отдай записку Хелен, – еле слышно прошептала я, оказавшись рядом с Файеном. – Сразу, иначе кто-то умрёт.

Я и погибну, между прочим. Проклятье, неужели этим утром я съела свой последний десерт? А кактусы как же? Кто их кормить будет, а?

Файен зевнул и, скользнув мимо меня, подошёл к Тайбери. Я едва заметила, как его рука мелькнула над рукой Хелен, пока он раскланивался с соседями.

Хелен шагнула назад, за спину Адриана. Опустила голову, вглядываясь, – и её глаза расширились.

– Итак? – в голосе лорда Зазини появились нотки нетерпения. – Чего вы ждёте, леди Деанара?

– Страшно, – честно сказала я. – Я боюсь своего дядю. С него станется устроить мне какую-нибудь ловушку прямо у алтаря. Что, если он заразил его какой-нибудь своей дурманной магией?

Дядя фыркнул, торжествующе глядя на меня.

– О, ты не этого боишься. Алтарь наказывает проходимцев. Что будет, когда самозванка коснётся алтаря, а? Что будет с твоей внешностью?

Времени оставалось всё меньше. Или я подойду к алтарю, попаду в круг действия кристалла Тайбери, превращусь в шейру, и кодекс оставит от меня рожки да ножки. Или убегу, и Баррас формально будет иметь все права признать Деанару мёртвой. Или я могу продолжить тянуть время, что я уже и делаю. Но больше двух минут мне никто не даст.

Я отчаянно посмотрела на Хелен. Ну же! Могла бы и догадаться сразу это сделать, между прочим!

Я помнила каждое слово этой записки. Записки, написанной почерком шейры Даны. Тем самым почерком, которым были начертаны две небрежные строки на первой странице тетради.

«Повелитель, расторгни контракт.

Верь мне».

Я знала, что хожу по краю. Но если Хелен сделает вид, что ей поступила записка от Даны, что метресса ждала до последнего, чтобы её отдать, тогда…

Тогда Тайбери, возможно, и не догадается. И кодекс шейр, надеюсь, не прикончит меня на месте.

Я одним глазом покосилась наверх. Люстры в зале не было, но алтарь тоже мог взорваться будь здоров. Да и кусок штукатурки, если уж начистоту, – штука тяжёлая.

Хелен кашлянула, коснувшись плеча Тайбери.

И в эту же секунду Баррас шагнул ко мне.

– Хватит, – грубо сказал он. – Или я вышвыриваю её из зала и признаю свою племянницу мёртвой, или эта девчонка касается алтаря и мы все узнаём, кто она на самом деле.

– Согласна, – поддержала Барраса леди Озри. – Деанара, девочка моя, ты ведёшь себя глупо и нелогично. Алтарь в зале собраний невозможно зачаровать никакой магий, мы все это знаем. Просто подойди и прикоснись к нему.

Я не отрывала взгляда от Тайбери, читающего записку.

«Ну же, –мысленно взмолилась я.– Разрывай контракт сейчас, идиот! Ну, или не идиот, но если не расторгнешь, точно им будешь!»

Лорд Зазини устремил на меня пристальный взор.

– Леди Деанара?

– Да, – обречённо произнесла я. Кажется, придётся бежать в шаге от победы. Или всё же нарушить кодекс в шаге от расторжения контракта? Ведь я уже почти перешагнула грань…

Тайбери поднял взгляд от записки и оглядел зал, словно видя всех впервые. Словно высматривая кого-то. По мне его взгляд едва скользнул; он думал не обо мне.

«Повелитель, расторгни контракт».

Он не знал. Несмотря на все мои ошибки и промахи, несмотря ни на что, Тайбери видел в своих мыслях только шейру Дану. Деанара Кассадьеро, стоявшая на другой стороне зала, не задевала его чувств. Он думал обо мне – и не обо мне.

Слова гадалки вдруг сверкнули в моей голове молнией.

«Твоя жизнь зависит от его доверия. А получишь ли ты его, зависит от того, доверится ли он тебе полностью».

Зависит! И сейчас его доверие чудовищно мне нужно, иначе всё будет кончено!

Может, и Тайбери вспомнит слова гадалки?«Только отказавшись от главного, ты получишь своё сокровище».

– Откажись, – беззвучно произнесла я, едва шевеля губами. – Откажись.

«Повелитель, расторгни контракт. Верь мне».

На мгновение лицо Тайбери исказилось. Болью потери? Разочарованием? Осознанием предательства? Или пониманием, что его шейра просто хочет идти своей дорогой?

Но он медлил. Губы его были сомкнуты.

А это значило, что мне пора бежать.

Развернувшись, я кинулась к дверям.

…Словно год назад в доме Тайбери, когда я бросилась бежать, а он сорвал с меня вуаль, признавая своей шейрой. Но сейчас всё было наоборот.

Пальцы скользнули по створкам. Должно быть, я вижу этот зал в последний раз…

– Не так быстро, девочка!

Баррас ухватил меня за руку.

– Ну нет, – выдохнул он мне в лицо. – Ты отправишься со мной, кем бы ты ни была. И вот тогда я с тобой поквитаюсь.

Ухмылка дяди заслоняла весь мир. Гул в зале отошёл на задний план, словно шум волн, стихающий, пока я опускалась на дно. Толща воды оставалась сверху, а я тонула, тонула, тонула…

– Я разрываю контракт со своей шейрой.

Голос Тайбери, спокойный и чёткий, прозвучал в совершенной тишине. Голоса смолкли, словно кто-то задул свечу.

А вокруг кристалла Тайбери, висящего у него на груди, вспыхнуло облако голубой пыли.

Незримый ветер пронёсся по залу.

Я никогда не видела, что происходит в момент расторжения контракта. Что, если маг и его шейра не вместе? Если она далеко? И что, если они стоят в одном зале, шейра смотрит ему в лицо, но маг не знает, кто она на самом деле?

Голубое облако сияющих пылинок поднялось к потолку. И медленно опустилось невесомыми снежинками, проходя сквозь одежду гостей, мгновенно истаивая на волосах.

И ничего не произошло. Ничья внешность не изменилась. Я моргнула, стоя неподвижно и глядя на свои руки. Не было ослепительного света, я не стала на миг шейрой и не превратилась в себя вновь, нет. Я просто… осталась собой.

Вот только плаща шейриной магии, готового сползти с меня, больше не было. Это я ощущала