Харза из рода куниц - Виктор Гвор

сделали то же самое с остальными. Потому что могли. Или им нравилось, как я плачу, — Надя всхлипнула. Тимофей притянул её к себе. Она прижалась, снова всхлипнула. — Я до сих пор плачу, как вспоминаю. Казалось бы, просто куклы… Что они взрослой суке и стерве? Я ведь такая и есть! А плачу…

И в самом деле, расплакалась. Тимофей молча гладил девушку по голове, пока рыдания не затихли.

— А когда я вернулась из школы, дед тут же собрался выдать меня замуж за какого-то слюнявого придурка. Я просила, уговаривала, плакала… всё без толку. Это, видите ли, мой долг перед родом! Когда я успела им задолжать, а? Тогда я подстроила так, что родители жениха застали меня целующейся с их же дружинником. Бедняга даже понять не успел, что произошло. А какой скандалище был! — Надя хихикнула. — Моя репутация безвозвратно погибла! А братцы три следующие ночи заявлялись в мою спальню. По одному за ночь. Мысль, что женщина может сама выбирать себе мужчин, и не обязана раздвигать ноги перед первым встречным, им даже в голову не пришла! Видел бы ты, как я долбила их о стены! А потом — в окно! И не аккуратненько, как того дегенерата в «Розе Сахалина», а с размаху, что есть силы! Потом ходили и рассказывали, как славно потрахались. Зато про замужество забыли. И шесть лет не трогали.

— А теперь что случилось?

Девушка встрепенулась:

— Ты случился, Харза из рода куниц! Пришёл, заменил собой Барчука, перебил всех братиковых наёмников, отжал восемь миллионов. Чего таращишься? Никто из твоих не проговорился, просто я наводила справки! И у меня есть глаза! Тот Тимофей Куницын, который учился в Москве, в ночь нападения мог только сдохнуть. Ты отличаешься от него, насколько вообще люди могут отличаться друг от друга. Что, тайна, за которую убивают? Убьешь через декаду, — Надя хмыкнула. — Ты обещал мне декаду в постели. О чем я рассказывала? — она замолчала на миг. — Ах, да! Пришел ты и вставил братцам свечку. И дед решил женить тебя на мне. То есть он будет управлять мной, а я тобой. Оптимист! Тобой невозможно управлять! А тут ещё непрочитанные книги в библиотеке кончились! Я села на самолет и рванула на Сахалин. Должна же я была посмотреть, за кого меня сватают!

Тимофей притянул девушку к себе:

— Всё, успокойся. Никто тебя не обидит. Дальше что делать будешь?

Надя вздохнула:

— У меня есть декада. Подтяну девчонок, насколько успею. Разберусь с родовыми способностями. Раз я сумела скопировать одну, наверное, можно и другие копировать. Отдохну по-человечески. А по ночам… Ты сам признался, я тебя за язык не тянула.

— Ты же не думаешь всерьёз, что я тебя убью?

— Не знаю. Но если не убьёшь… Я бы осталась. Хорошо у вас. Настоящая жизнь. Что-то захватывают, кого-то вешают, кого-то топят. Люди думают не только как карманы набить и ближнему нагадить…

Тимофей потянулся:

— И впрямь. А насильников сажают на кол. Нормальная жизнь, — он усмехнулся. — А как ты отнесёшься к тому, что я тебя назначу главным магом рода? Надежда Инкогнито, главный маг рода Куницыных-Аширов. Звучит?

— Звучит, — согласилась Надя. — Только моё инкогнито продержится недолго.

— Тогда придётся стать самой собой. Княжна Надежда Николаевна Нашикская, главный маг рода Куницыных-Аширов. Как?

— Дед позеленеет от злости, — хмыкнула Надя, оглядываясь. — Кстати, а где мои трусы?

— Какие трусы? — совершенно натурально удивился Тимофей.

— Трусы главного мага рода Куницыных-Аширов! — девушка нахмурилась. — Вчера, когда мы пришли в лагерь, они были на мне!

— А… — «вдруг вспомнил» Тимофей. — Такие батистовые панталончики с незакрытым швом сзади!

— Какие ещё панталончики?

— Батистовые.

— У меня было эксклюзивное бельё от Лацкеса!

— Ну да, эксклюзивные батистовые панталончики от Лацкеса. С дыркой сзади. Последний писк моды, понимаю!

Девушка вскочила и принялась перетряхивать всё вокруг.

— Может, ты их на улице забыла? — спросил Тимофей.

— Нет! Ты их снимал в палатке! На улице ты снимал лифчик! Мужлан! Я ради него надела эксклюзивное сексуальное бельё, а он даже не помнит, как его снимал!

Харза пожал плечами:

— В тот момент меня интересовала ты, а не тряпочки.

Надя задохнулась от возмущения:

— Ты!.. Ты!.. У меня даже слов нет!

Тимофей обхватил её руками и, невзирая на сопротивление, повалил:

— Во-первых, было темно. А во-вторых, ты же лучше!

— Лучше, чем что?

— Лучше, чем всё!

— Уговорил! Но мне надо выйти. А я не могу найти трусы!

— А зачем тебе надо выйти?

— Ну как ты не понимаешь! Зов природы!

— А ты уверена, что для этого нужны трусы?

Надя замерла. Потом полезла наружу:

— Но трусы, всё равно надо найти!

— Чего их искать, они под шмотником.

— Под чем?

— Тот мешок, который у тебя вместо подушки.

— Я тебя убью, — девушка высунула голову из палатки и тут же окуталась щитом: — Ой!

— Что «ой»?

— Тут медведь!

Тимофей пробрался ко входу:

— Не медведь, а ведмедица, — сообщил он. — Привет, Потаповна!

«Я не Потаповна! — громыхнуло в голове. — Я Степанида Пахомовна! Можно Стеша».

— Знакомься, Надь. Это Степанида Пахомовна. Для друзей Стеша. А потомка как зовут?

«Мишанька».

Стеша и Мишанька

— А мелкого Мишанькой звать, — закончил процедуру знакомства Тимофей.

Мишанька, тем временем, ухватил лапой свисающий с куста кружевной лифчик и засунул его в рот.

— Бельё от Лацкеса, — убито произнесла Надя. — Первый раз надела.

— Немедленно выплюнь гадость! — рявкнула медведица так, что было понятно без всякой телепатии.

Медвежонок подбежал к девушке и положил перед ней лифчик.

Надя махнула рукой и умчалась в кусты.

«Прикольная у тебя самка, — сообщила Стеша. — Всю ночь кричала, будто ты её съедал заживо. Это вы детей делали? Люди вообще интересные, когда не спешат».

— Ну вот такие мы, — пожал плечами Тимофей, ощупывая многострадальную деталь женского туалета:

— Абсолютно цел, — сообщил он вернувшейся девушке. — Постираешь, будет, как новый. Хотя не понимаю, зачем он тебе нужен.

— Не понимает он, — пробурчала Надя. — С медведицей разговаривает, а зачем лифчик нужен — не понимает!

— Зато Стеша нам рыбки принесла, — Тимофей кивнул на пару рыбин у ведмежьих лап. — Твоя любимая кунджа! Сейчас пожарим…

Зашипела рация:

— Харза — Вышке.

— Смотри-ка, почти сутки без меня справлялись, — удивился Тимофей. — Здесь Харза.

— Гостей ждём, — доложил дежурный. — С моря идёт большая неопознанная лоханка. Крейсер шестьдесят третьего проекта без опознавательных знаков. Будет на рейде Южно-Курильска через три часа.

— Принял. Боевая готовность. Соболям сопровождать. На выстрел не приближаться. Ещё?

— Авиадиспетчерская запросила посадку частного пассажирского рейса из России. Передан код доступа из списка приоритетных.

— Самолёт принимай. Всё?

— Всё. СК.

— СК.

Тимофей отключил