"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 - Николай Владленович Басов

уже вышел в море и начинается реализация второго этапа разработанного нами плана. В смысле, я только предложил некую многоходовочку, а уже их превосходительства трудились над реализацией. Себе же я оставил роль рядового охотника. Правда, пока всё как-то уж совсем легко, и никакого адреналина. Обидно, йолки.

Глава 8

Балтийская мясорубка

Аэродром одного из полков в Паланге встретил меня относительным затишьем. Даже обслуга не возится у накрытых сетями самолётов, уже полностью заправленных и с подвешенными торпедами. Остаётся только дождаться сигнала на взлёт и показать германцам кузькину мать.

Как я уже говорил, авиаполки в армиях всего мира отсутствуют как класс. Есть авиаотряды, от четырёх до шести машин, и состав аэропланов достаточно разношёрстный. Вот я и предложил их превосходительствам действовать на опережение. В двух военных авиашколах, морской у Эссена, и армейской у Флуга, пилотов обучали действовать парами, и бомберов в том числе. На самолётах комэсков, как и у меня, радиостанция Р-50. Обеспечить связью все машины для нас пока жирновато.

И так уж вышло, что самое сильное авиационное соединение сосредоточилось в руках командующего Балтийским флотом. Полк Ц-2 и три полка ТЦ-10, общим числом в сто сорок четыре боевых самолёта. Сила! А, нет, сто сорок пять, это если считать мой ИЦ-13. Так-то я доброволец, на которого косятся оба превосходительства, но весьма зубатый. Армейцам уже накрутил хвоста, глядишь и морякам успею подкузьмить. В смысле уже мог бы, но пока воздерживаюсь.

— Здравствуйте, Олег Николаевич, — встретил меня старший механик.

Обслуга наших самолётов понятно была на спецах концерна, что не нравилось местному начальству. Однако я и не думал зависеть в этом плане от кого бы то ни было, а потому беззастенчиво пользовался своими связями с Эссеном.

— Здравствуй, Степан Ефремович. Как у вас тут?

— А чего у нас. Всё как обычно. С интендантом вопросов никаких, ГСМ и боеприпасы невозбранно. Старший механик бухтит, не нравится ему, что мы на особицу и нас не припашешь, только если сами захотим. Командир полка сморит на это с высока, не его забота в дрязги механиков лезть.

— Действительно, всё как обычно, — помогая ему натягивать на самолёт маскировочную сеть, хмыкнул я.

— А у вас как?

— Как на полигоне, — не удержавшись хмыкнул я. В небе подловил один аэроплан, три на лётном поле, ну и нет больше дирижабля в Кёнигсберге.

— В эллинге достали?

— Нет. Он в небо поднялся, там его и достал. А оставшиеся бомбы использовал на кёнигсбергский аэродром со складом ГСМ и на пехоту.

— А тут все как на иголках, ждут сигнала.

— Ну что же, тогда и нам следует подумать о подготовке.

— Так мы уже, Олег Николаевич, вас только и ждали, — кивнул он на грузовичок.

В кузове в рядок лежали две вытянутые оперённые чугунные чушки в сотню кило. Сорок два из них приходится на тротил. Если такая прилетит в небронированный борт, то мало точно не покажется.

Всё верно, я решил поучаствовать в избиении германского флота. Правда, линкоры мне не по зубам, так что ими пусть занимаются торпедоносцы. Я попытаю счастья в топмачтовом бомбометании, лет эдак на двадцать пять раньше. С другой стороны, на такое годится только мой ИЦ-13, с его достаточно высокой скоростью.

Построено их только три единицы. Один подо мной и два всё ещё проходят испытания при заводе. Константин Эдуардович, к слову, был против моей самодеятельности, только кто бы его слушал. Так что, о массовом применении речь пока не идёт, с другой стороны, война только началась, и даже если в Пруссии нагнём мы, а не нас, завтра она не закончится.

— А Маслов вернулся? — спросил я старшего механика.

— Пока нет, но скоро уж должны обернуться. У них горючего на два часа осталось. Думаю, до сухих-то баков доводить не станут, — ответил старший механик.

— Надеюсь.

Елизар Андреевич это один из двух кинооператоров откомандированных с Владивостокской киностудии. Под каждого из них выделено по самолёту ТЦ-10. Сейчас один из экипажей снимает выход в море балтийского флота, сопровождающего десантные корабли. Маслов же, за которым Родионов закрепил обслуживание моей бортовой кинокамеры, пока работает на сухопутном фронте.

— Здравствуйте, Макар Владиславович, — поздоровался я, входя в кабинет командира полка.

— А-а, наш вольный стрелок пожаловал. И как успехи? — поднялся мне навстречу капитан второго ранга Савельев.

— А вот напрасно иронизируете. Между прочим, у немцев минус четыре аэроплана, дирижабль и склад ГСМ, — наигранно обиженным тоном, ответил я.

— И всё это за один заход? — не сумев сдержать удивление, покачал он головой.

— Это цена которую приходится платить за технологическое превосходство противника, вываленное на голову неожиданно. И я уверен, что уже сегодня вы в этом убедитесь лично. Мой же новый самолёт превосходит Ц-2, равных которым нет, по всем статьям.

— Подробности не расскажете?

— Отчего же, с удовольствием. А вы кофе не угостите?

— Отчего же, с удовольствием, — в тон мне ответил он.

Мы проговорили до часу дня, когда наконец поступил приказ от адмирала Эссена на взлёт. Балтийский флот вышел в море сопровождая тральщиков и десантные корабли на борту которых находилась бригада морской пехоты. Ей предстояло высадиться на участке между Вислой и Свежим заливом, известном мне как Калининградский. Удар морской пехоты навстречу Второй армии должен был способствовать отсечению Восьмой армии Гинденбурга от Вислы. Охрану и поддержку данной операции проводил Балтийский флот, едва ли не в полном составе.

Контрразведке флота пришлось постараться, чтобы организовать слив информации немцам. В результате они перебросили часть флота из Северного моря в Балтийское. Если прежде тут имелось преимущество России, то теперь подавляющий перевес оказался у Германии.

Гансы выдвинули навстречу Эссену семь линкоров, столько же броненосных крейсеров, десять лёгких, тридцать шесть эсминцев и сорок торпедных катеров. Которым должны были противостоять по четыре линкора и эскадренных броненосца, три броненосных и семь бронепалубных крейсеров, по пятьдесят эсминцев и торпедных катеров. К тому же им нужно прикрывать десантные корабли и тральщиков, имеющих на вооружении только малокалиберные автоматические пушки.

Всё было за то, что русские угодили в ими же расставленную ловушку. Вот только имелся один неучтённый немцами нюанс, который отозвался десятками взревевших моторов и молотящих воздух пропеллеров. ТЦ-10 с подвешенными под фюзеляж торпедами разгонялись по взлётному полю и один за другим взмывали в небо. Поджидая своих товарищей разбирались на двойки, сбивались в звенья, собирались в эскадрильи. И вот уже полк выстроившись клином из трёх эскадрилий взял курс на запад, навстречу выдвинувшейся тевтонской армаде.

— Славно пошли. Прямо как на параде, — приставив ладонь