Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская

Шагнула к Рагнару, взяла его нож, бросила под ноги, после чего обвила руками шею дана — и наши губы слились в поцелуе. А потом нас обоих обняла жаркая северная ночь, ибо двоим людям, бьющемся в неистовом огне страсти, не страшны никакие морозы.

Глава 9

Это была действительно безумная ночь.

Когда двое не думают о возможных последствиях происходящего, и обоими владеет только неистовое желание обладать телами друг друга...

Викинги считают, что, когда люди впервые занимаются любовью, богини Фригг и Фрейя, ответственные за любовь, деторождение и домашний очаг, забирают на время разум у влюбленных, позволяя им не отвлекать мыслями себя и друг друга от великого таинства природы. Оттого, когда человек наконец дорывается до исполнения своих желаний в отношении того, кто ему действительно нравится, обе богини незримо присутствуют рядом, и делают всё, чтобы эти мгновения влюбленные не забыли никогда...

Ну а после того, как всё заканчивается, Фригг и Фрейя возвращают людям их мысли, и улетают к другим парам, еще не познавшим сладость первых поцелуев.

А парень и девушка, обессилившие от любовных ласк, остаются.

И начинают думать...

Например, я размышляла о том, что с Рагнаром мне было безумно хорошо, и я без всяких волшебных снов несколько раз взлетала выше Вальгаллы. Но любовные утехи — это одно, а бремя правления — другое... Пусть наша община была небольшой, но я не раз замечала, какими глазами смотрят на меня и Рауд, и Ульв, и юный Альрик, и даже Кемп. У лучника вроде бы всё было хорошо с его Отталией, но, тем не менее, девушка уже довольно часто бросала в мою сторону ревнивые взгляды.

И что будет, когда мужчины общины узнают, что я из всех выбрала не соплеменника, а пришлого дана? Человека иного, враждебного нам племени. И чем это может закончиться?

Можно предположить, что просто недовольством. Но, зная нрав викингов, всё может быть гораздо хуже. Кто-то бросит слово, другой его подхватит — и вот уже Рагнар стоит посреди Скагеррака с мечом в руке, а вокруг него медленно сужается круг нордов, сжимающих в руках оружие. И как бы не был ловок дан в рукопашной схватке, со всеми мужчинами общины ему не справиться. Да и смогу ли я вообще остаться в Скагерраке, если из-за меня Рагнар убьет кого-то прежде, чем погибнет сам? Как люди будут смотреть в мою сторону после этого — да и у меня хватит ли сил глядеть им в глаза?

Я всё это очень живо представила, и аж зажмурилась от ужаса...

Если вы читаете эту книгу без качественных иллюстраций и движущихся кинофрагментов, значит перед вами пиратский вариант данной книги. Богато иллюстрированная версия этого романа, в том числе, с движущимися картинками, находится только на сайтах точка ком и точка ру

А когда открыла глаза, увидела, как Рагнар смотрит на меня глазами, полными любви, и настолько нежно гладит мои волосы, рассыпавшиеся по мешковине, что я этого даже не почувствовала...

Увидев, что я смотрю на него, он попытался что-то сказать — но я не дала словам любви сорваться с его губ.

— Прости, но мы не можем быть вместе, — проговорила я, чувствуя, как у меня в груди от этих слов сразу стало больно и холодно, словно я сама себе вонзила в сердце нож, валяющийся возле входной двери.

— Но... Почему?

В глазах дана безграничную нежность сменила растерянность...

Не таких слов он ждал от меня.

Но что я могла сказать ему?

Что смертельно боюсь и за него, и за себя тоже?

В любовных романах принято писать, что в подобные моменты женщины думают лишь о любимом.

Бред собачий.

Да, Рагнар мне нравился, и я не хотела его смерти. Но и быть изгнанной из общины, которая видела во мне королеву, мне тоже совершенно не улыбалось. Коварные богини любви похитили мой разум — и я об этом не жалела, ибо получила то, что действительно хотела. Сейчас же утоленное желание плоти мирно спало, сытой кошкой свернувшись внизу моего живота, и теперь ничто не мешало мне оценить ситуацию трезво.

— Просто прости если сможешь, — проговорила я. — Но нам лучше держаться друг от друга подальше... Некоторое время.

— И когда это время закончится? — стальным голосом проговорил Рагнар.

Этот парень умел держать удар, и в его глазах сейчас переливалась лишь холодная сталь. Я понимала, каких усилий стоило ему загнать себе глубоко в душу свои чувства, но иначе было нельзя.

— Я дам тебе знать, — сказала я, поплотнее запахивая шубу.

И ушла не оборачиваясь.

Я знала, что Рагнар смотрит мне вслед — ледяная сталь его взгляда буквально жгла мне затылок.

Но я не обернулась.

В том числе потому, что боялась — взгляну я сейчас в эти холодные глаза, и могу не сдержаться. Брошусь назад, чтобы согреть их своими поцелуями — и тем самым, возможно, подпишу приговор нам обоим. Потому я просто шла вперед, навстречу морозной ночи. Сейчас мне нужны были ее объятия, чтобы охладить голову, потушить в ней пламя эмоций — и заморозить слезы, готовые вот-вот хлынуть из моих глаз.

...Прошло несколько дней после той ночи, в течение которых Рагнар даже не смотрел в мою сторону. И замечательно! Хотя, конечно, коготочек разочарования порой царапал мою душу. Ну как же. Любой женщине после того, как она разорвала даже едва начавшиеся отношения, хочется, чтоб мужчина страдал, добивался ее, ночами не спал.

А Рагнару, похоже, вообще пофиг было, словно никогда и не случалось между нами той ночи. Работал он правда за троих, словно глушил в сердце что-то, специально изматывая свое тело — но в целом вел себя так, будто я пустое место.

Обидно, блин...

Ну и ладно в общем. Всё закончилось так, как я сама хотела, и что в жизни не делается — к лучшему!

— Время настало, — проговорил рядом со мной знакомый голос.

— А? — вздрогнула я от неожиданности — голос подошедшего Рауда вывел меня из задумчивости.

— Лес заготовлен полностью. Пришло время выбрать место где мы соберем дом для королевы скалистого берега, — широко улыбнулся рыжебородый викинг. — Дом, двери которого она распахнет для своего будущего мужа, и где будет растить своих детей на благо общины.

Глава 10

Рауд давно на меня засматривался, и понятно было, кого он имел в виду, говоря о будущем муже.

Что ж, пусть мечтает. Это не вредно, тем более, что меньше всего сейчас я думала