Доспех духа 1-11 - Фалько

— У Китая было два мастера, — пожала плечами Тася. — Не вижу в этом ничего опасного. К тому же Геннадий Сергеевич уже лет через десять начнет терять силу.

— Десять лет — это не две недели, — хмыкнула Светлана.

— И маркиз предложил, что если Кузьма породнится с королевским домом Европейской страны, то большого давления со стороны Запада можно будет избежать? — догадалась Тася.

— Не предложил, а высказал мысль, — Светлана встала, задумалась на несколько секунд и направилась к двери. — Пойду скажу Кузе, чтобы ложился спать пораньше.

Таисия проводила свекровь взглядом, улыбнулась своим мыслям.

«Все ваши с маркизом интриги и хитрости разобьются о то самое упрямство, упомянутое выше, — подумала она. — Нужно, только чтобы Кузя не перехитрил и не загнал в ловушку сам себя».

* * *

— Не понимаю, как можно постоянно ходить с такой кислой рожей, — сказал я Алене. — Может у него язва? Кто-то говорил, что серьезные болезни внутри человека часто отражаются на его внешности.

— Думаю, что все проще, — она тихо рассмеялась. — Ты ему два пальца отрезал, кто угодно обидится.

Мы с Аленой отдыхали на берегу, прячась от солнца под широким пляжным зонтом. Недавно закончился обед, на котором присутствовал Оскар. Сидел он молча, хмурым видом портя аппетит девушкам. Они его, к слову, игнорировали, а Мартина и вовсе старалась держаться подальше и не оставаться с ним наедине. Может, боялась, что он ее в охапку возьмет и увезет домой.

— Ален, — я посмотрел на нее и грустно улыбнулся. — Во-первых, он на меня первый набросился и пальцы отрубил сам себе, а во-вторых, это все ерунда. Семья де Кардона благодаря ему и мне потеряла пять мастеров. Они не просто наемные работники из охраны, а часть семьи. Возможно, кто-то из них даже был в родстве с герцогом. Тут впору не обидеться, а смертельную злобу затаить.

— Думаешь, он что-то задумал? — посерьезнела она.

— Не переживай, — я приобнял ее за плечи, на секунду прижав к себе. — Лицо у него не злобное, а кислое, значит, понимает, что сам виноват. Ну и отец его, решивший нас то ли припугнуть, то ли проучить, виноват не меньше. Такими вещами вообще не шутят и Ву Ци имел полное право порубить их в мелкую соломку.

— Но спиной к нему все равно не поворачивайся, — наставительно сказала она.

— Сходи узнай у девушек, что они планируют, — попросил я.

Алена оглянулась, посмотрела на Оскара и Сабину, разговаривающих рядом с бассейном. Встав, она направилась в ту сторону. Я же продолжал разглядывать море. К обеду оно немного расшумелось, разбивая высокие волны о песчаный берег. Ветер пока еще не сильно трепал ткань пляжного зонтика, но что-то подсказывало, что скоро он усилится. Попутно я пытался уловить движение мирового ци вокруг, но ничего особого не замечал. Зато мог почувствовать Василия, тренирующегося во дворе пустующей соседней виллы. Его упорству можно было завидовать, так как тренировался он почти все свободное время. Брат Мартины не прятался, поэтому его можно было выделить, как горячий уголек, распространяющий вокруг себя волны жара. А вот мастер, которого Маурицио назвал Вито, напротив, прятался так хорошо, что я никак не мог уловить его присутствие. Вряд ли он наблюдал за нами откуда-то издалека.

— Матчин, — поздоровался старший брат Мартины подходя.

— Оскар, — отозвался я.

Он встал недалеко от зонтика, посмотрел на море. Я обратил внимание, что он закатал немного брюки и снял туфли, предпочитая прогуляться по песочку босиком.

— Хочу, чтобы между нами не было недопонимания, — сказал он, посмотрев на меня. На английском он говорил с заметным испанским акцентом, почти таким же, как у Мартины. Может, они специально этот акцент тренируют? — Я здесь, чтобы отомстить за смерть наших людей.

Я перевел на него заинтересованный и слегка прищуренный взгляд.

— Слышал, что вы направляетесь на Сардинию в гости к Виттории ди Савойя?

— Все так, но я совершенно не улавливаю связь между первым заявлением и вопросом.

— Ты не знаешь? — он приподнял бровь.

— Не знаю, — меланхолично ответил я. — И, если не будешь говорить прямо, так и останусь в неведении.

— На нее уже трижды покушались за последние полтора месяца, — сказал он. — Кто-то нанял Рауда, чтобы через Витторию надавить на герцога ди Савойя.

— Кого? — не понял я.

— Рауда рыжего, — повторил он. — Того самого подонка, убившего наших людей. И я собираюсь найти его и порезать на мелкие кусочки.

Думаю, что последние два предложения я перевел достаточно близко к смыслу, так как цензурных слов в них было немного. Особенно в той части, где Оскар обещал порезать обидчика.

— Двухметровый верзила, рыжий, использующий огромный меч, шириной в ладонь? — уточнил я, вспомнив описание, которое когда-то давал французским жандармам. Я тогда не хотел, чтобы у Ву Ци были проблемы с испанцами, поэтому придумал первое, что пришло на ум, то есть, полную противоположность китайцу. Кто бы знал, что существует мастер с такими внешними данными, да еще и находящийся в международном розыске.

— Он самый, — кивнул Оскар.

— А силенок хватит, чтобы с бандитом такого уровня разобраться? — хмыкнул я.

— Хватит, — немного резковато сказал он. — Убью сначала его, потом придет очередь японцев.

— А они чем тебе не угодили? — удивился я.

— В тот злополучный вечер одна японская тварь следила за вашим автобусом. Она воспользовалась ситуацией, решив спровоцировать конфликт и нанесла первый удар.

— Молния, — вспомнил я. — Вроде бы наемницу из Японии догнали в паре километрах от того места и порубили на кусочки?

— Я долго был уверен, что ты связан с Раудом, — сказал он и посмотрел прищуренно. — Пока не отомщу и не сниму рыжую голову с плеч, я забуду о нашей маленькой ссоре.

— Ага, спасибо, что успокоил, — я улыбнулся. — Не забудь сообщить, как разберешься, чтобы я сон не потерял из-за волнений.

— Какой же ты… — он покривил губами, — неприятный тип.

— Ты мне симпатичен не больше, — отмахнулся я. — Будешь гоняться за рыжим, не надорвись. Тебя не жалко, а вот Мартина будет плакать.

Мы помолчали, глядя на море. Как-то нехорошо все вышло с этим Раудом. Мама могла бы предупредить, что у Виттории большие проблемы. Перестаю понимать, что здесь вообще происходит. Но рыжего надо будет обязательно прибить, если подвернется под руку. А то выяснится, что он ни при чем, тогда все стрелки обратно на меня переведут.

— Я один не справлюсь, — сказал Оскар, глядя на море.

— Попроси отца, пусть выделит кого-нибудь.

— Он не знает, что я