Я не хочу умирать - Резеда Ширкунова

ритуальным кинжалом и собрали кровь в кубок. Верховная Жрица, а точнее глава ковена Ирина Анатольевна прочитала для закрепления заклинание и окропила моей кровью знак передо мной. Там, где пролилась моя кровь, что — то вспыхнуло и меня обдало изнутри таким жаром, что, не выдержав, я закричала. Так прошёл мой колдовской обряд.

На утро я заболела, температура была под сорок, телу было то холодно, словно его окунули в зимнюю прорубь, то слишком жарко, как будто бросили под яркие лучи солнца в сорокоградусную жару. Ирина Анатольевна, заметив, что я не вышла к завтраку, поднялась ко мне сама и, увидев мое дрожавшее под одеялом тело, произнесла:

— Немного рановато, все же следовало потерпеть.

Ничего больше не сказав, она вышла и зашла только через минут двадцать, неся в руках большой бокал с непонятной жидкостью. Снадобье было больше похоже на болотную жижу, а на вкус напоминало отвар пустырника, смешанный с горечавкой и полынью, другие травы распознать не удалось. Если кто — то употреблял в виде отвара хотя бы одно из трав, поймёт меня сразу.

— Выпей этот взвар до дна, станет сразу легче, — скомандовала глава ковена.

Действительно, мне стало лучше, а после третьего вечернего бокала я почувствовала себя словно вновь рожденной. На следующий день Аркадий Павлович Бастрыкин порталом отправил меня в Великороссию. Мне нельзя было показываться родственникам, поэтому ведьмак приютил временно у себя, он же подарил мне артефакт, скрывающий личность.

Я взяла из дома несколько украшений, чтобы сдать ювелиру и на что — то жить первое время. Не думайте, что ведьмак просил у меня денег за постой, но мне самой было неудобно жить на всем готовом, тем более нужна была одежда этого мира.

Пройдя через портал, я почувствовала себя дома, даже воздух здесь был более чище и ароматнее, чем в родном мире.

Глава 37

(Не)случайное свидание

Никита Демидов

Я вышел и побрел к выходу из академий. В последнее время везде ходил один. Все так называемые друзья отвернулись от меня после того, как отцом заинтересовалась тайная канцелярия императора. В какой — то степени я догадывался, что всё к этому и приведет, но убедить такого упёртого человека, как мой отец, дело безнадёжное. Как бы мне не нравилась Люба, но быть под пятой первого промышленника государства, как я, не желал своей супруге. Из— за этого срывался на ней, порой кричал и оскорблял, затем жалел о своём поведении, видя слезы на её глазах. Брат молодец, он сразу выложил семейству, что жить и работать по— своему, потому, пораздумав, отец принял решение сделать наследником всего нажитого богатства меня.

Вначале я боялся отца, мне казалось, что в его присутствии я все делаю неправильно. Один лишь брошенный в мою сторону из-под густых бровей взгляд, подстёгивал мою тушку к действиям. Когда он отдал приказ начать ухаживать за дочерью графа Самойлова, так как они были из древнего аристократического рода, то я даже не представлял к чему это может привести!

Первым делом был составлен брачный договор, а я был рад будущему союзу между мной и Любушкой, и поставил задачу защитить её от своей семьи. Но узнав, что магии в девушке совсем немного, отец помолвку разорвал. Тогда впервые я разругался с ней, когда она обвинила родителя в предвзятости и затаила обиду на весь наш род. Когда мой отец понял, что был не прав, то вернуть всё обратно уже не было возможности, её семья затаила на нас обиду. Тогда у отца и начались первые признаки истерии [i]. Он всеми путями пытался добиться своего: пробовал похитить девушку, нанял наемников для нападения и причинения вреда её родителям, заказал похищение управляющего и довел крестьян семьи Самойловых до бунта, это только то, что известно, а что осталось скрытым, даже вспоминать не хочется. Давление со стороны рода на меня было сильное, но в какой— то момент в голове образовалась мысль, что я вместе с отцом пойду по этапу или попаду в психиатрическую больницу. И я всеми способами старался предупредить Любу. Если бы она еще меня слушала!

Когда я пробовал заговорить с ней в академии, затем в её доме, то все время получалось, что девушка старалась избежать не только встречи со мной, но и разговора. Я был уверен, что тоже нравлюсь ей, но в какой— то момент перестал понимать девушку. Каюсь, это я подал отцу мысль, что девушка не похожа на себя и вполне может быть, что она из другого мира. Как же мне дома влетело за то, что мои предположения оказались неверными. После гнева отца я несколько дней не мог садиться на многострадальную филейную часть.

Сейчас уже всё в прошлом и моя Любушка переметнулась к Алексею. Я не в обиде, ведь столько неприятностей и горя принесла ей моя семья, что сам бы поступил также.

Заметив, как из главного входа административного здания вышли Мари, Люба и Алексей, я спрятался за ближайшим деревом и наблюдал за ними, испытывая неприятную горечь. Мне хотелось, что-нибудь хорошее сделать напоследок своей бывшей невесте и такой случай появился.

Сидя в парке и уткнувшись в книгу по стихийной магии, я услышал голоса. Не стал бы обращать внимание, если бы не прозвучало имя графини Самойловой. Пригнув голову, я прислушался к разговору двух мужчин. (К слову, у меня был врожденный дар проникать по желанию через любой поставленный магический щит. Об этой особенности не знал даже отец.) Один говорил на чистейшем русском языке, а вот второй явно не был уроженцем Великороссии— слишком сильно картавил слова.

— Она мне нужна! Сильная девочка, с таким даром не должна принадлежать второму принцу, она обязана достаться мне, а я постараюсь стать наследником отца. Иншалла

Я знал, что последнее слово с арабского переводится: «Если пожелает Бог», а так у нас выражались только мавры.

— Возможность выкрасть представится только на Новогоднем балу. Нужно будет отвлечь его высочество Алексея, а девушку отвести за колонны, где народа почти нет, и вынести под прикрытием.

Уже к концу разговора, когда мужчины распрощались, я поднял голову и увидел, что один их собеседников был мавром, значит не ошибся, а второго не успел рассмотреть. Обдумав ситуацию, решил предупредить девушку, лишь бы она отнеслась к этому с полной серьезностью.

На следующий день такой случай представился. Я столкнулся с влюбленной парой в холле и успел всунуть в ладонь Любы записку с предупреждением об опасности. Сам