Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Виктория подняла глаза на Грега:

— Но нежить не способна говорить.

Он нахмурился: утаивать факты в расследовании — последнее дело, но и расстраивать Викторию не хотелось.

— Грег! — громко позвала его Виктория. — Это мог быть немертвый?

Ему пришлось признаться:

— Я перед тем, как углубиться в лес, кидал поисковую сеть — нежить обнаружить не удалось. Плетение неидеально, оно дает сбои, так как ориентируется на движение и температуру окружающей среды…

Она кивнула:

— Значит, у этого ондурца была температура тела как у живого. Он выглядел почти живым… А я сглупила с его уничтожением.

Грег веско сказал, глядя Виктории прямо в глаза, чтобы она не корила себя в том, что случилось — он поступил бы точно так же:

— Он не был живым. Он, возможно, был немертвым. Мы о них почти ничего не знаем, кроме того, что они периодически появляются на местах ожесточенных сражений. Он был в ондурском мундире инфантерии — он погиб тут не меньше, чем четверть века назад в Тройственную войну. И совершенно точно, именно он убил Брендона. Нежить ли, немертвый, живой — каждый, кто совершает убийство, по закону заслуживает смертную казнь. Мы с тобой поступили правильно, уничтожив его. Кто знает, сколько бы он потом убил людей.

Виктория скрылась за чашкой с кофе, видимо не зная, что отвечать.

Грег еще раз повторил:

— Он немертвый, и он убил Брендона. Он получил то, что заслуживал. — Он скривился и признался: — причем нет гарантии, что он опять не оживет и не вернется в этот мир. Немертвые тем и опасны, что их почти ничем не уничтожить.

Он посмотрел на темный лес, на пустую дорогу, на лера Зонта, старательно притулившегося к переднему колесу и делавшему вид, что он обычный зонт, и открыл дверцу паромобиля для него, скомандовав:

— Забирайся.

Лер Зонт как-то робко заскочил в салон и спрятался. Что-то с зонтом все же не то.

Грег, положив свою и чашку Виктории в корзину, предложил:

— Ты можешь отдохнуть в паромобиле, даже поспать — время позднее. Я пока займусь расшифровкой следов. Это быстро — зарисовкой потом займутся эксперты. Отдыхай. — Его палец ткнул в сэндвич, который Виктория так и не попробовала: — и ешь!

Зря Грег надеялся, что Виктория его послушается. Не успел он зажечь руной созвучия следы немертвого, как она уже нашла след Брендона — цепочка его шагов засияла в темноте вместе с телом, укрытым защитным пологом.

Виктория выпрямилась и стала оглядываться в лесу, ставшем из-за сияния эфира сказочным, как на праздничных открытках, если не знать причину ярких огней. Сухие вайи покачивались на ветру, бросая во все стороны резные тени. Голубой эфир, как фонарики в саду, горел то там, то тут.

— Смотри: как странно…

Следы немертвого начинались где-то в глубине леса и шли к дороге. Там было так сильно натоптано, что голубой эфир сиял сплошным пятном. Обратная цепочка следов была частично уничтожена следами шин пароцикла Брендона.

— Немертвый кого-то ждал у дороги, — Виктория вышла из леса и замерла у придорожного пятна, присев на корточки. На глаза она надела служебные гогглы. — Тут людьми не пахнет. Возможно, подъехал паромобиль, но никто не стал выходить. Возможно, переговаривались через стекло.

Грег возразил:

— Или немертвый побоялся переходить дорогу. Об их разумности мы ничего не знаем.

Виктория посмотрела снизу вверх на Грега:

— Он сказал: «Не надо». Скорее всего, он был разумен. — Она встала, вытирая пальцы, испачканные в дорожной грязи, платком. — Он или кого-то ждал, или решался уходить из леса. Надеюсь, экспертам повезет больше — вдруг смогут найти следы паромобиля. Немертвый тут долго стоял для чего-то.

Грег согласился:

— Возможно. Только дождался немертвый Брендона — случайность, от которой никто не застрахован. — Он указал на следы пароцикла, отпечатавшиеся в глине — кое-где они шли поверх следов немертвого, которые тянулись обратно в лес. На горелой поляне следы немертвого и следы Брендона отсутствовали: огонь, как и вода, при сильном горении может уничтожать эфирные следы.

Грег с Викторией пересекли всю поляну, снова углубляясь в лес. Среди обломанных папоротников сияли два следа Брендона — слишком широко расставленные, словно ему было плохо, и он из последних сил пытался удержаться на ногах. Дальше следы Брендона и немертвого так тесно переплелись в единую сияющую дорожку, что Виктория сделала однозначный вывод:

— Следы борьбы. Брендон сопротивлялся, а потом немертвый потащил его туда, под дуб, где и… Убил.

Грег кивнул:

— Согласен. А потом немертвый отошел в сторону и остался там, где мы его нашли.

— Почему? — недоумевала Виктория. — Почему он не ушел? Понимал же, что надо уходить как можно дальше от места преступления.

— Это нам ясно, а у немертвого возможно отсутствует логическое мышление.

Виктория снова прошлась по следам — до места упокоения немертвого и обратно к дороге. Грег молча следовал за ней. Она потерла висок и призналась:

— Зря я все же упокоила немертвого.

Грег мягко напомнил, грея руки в карманах брюк — он забыл захватить из дома перчатки:

— Улик в данном случае более чем достаточно.

Виктория криво улыбнулась, возвращаясь к паромобилю — шла она медленно, сгорбив плечи. Кажется, ошибка с немертвым сильно выбила её из душевного равновесия. Или пробежка в лисьей шкуре?

— И это говорит тот, кто ратует за предъявление обвинения, основанного на признательных показаниях. — Она открыла заднюю дверцу паромобиля и устало села на сиденье.

— Не думаю, что немертвый нам что-нибудь сказал. — Грег стащил с себя мундир и протянул его Виктории: — укройся им и ложись, пожалуйста, спать. Я тоже прикорну на переднем сиденье — до приезда экспертов тут больше делать нечего.

Виктория разулась и с ногами забралась на задний диван. Грег сам укутал её ноги мундиром:

— Спи.

Он сел на переднее пассажирское сиденье — лер Зонт еще сильнее сжался в размерах, становясь непривычно мелким. Поведение зонта пугало. Надо будет переговорить с Каеде, выясняя, что же такое этот лер Зонт. Грег наложил на паромобиль согревающее плетение, не рискнув поддерживать тепло в салоне огнем в топке. Воды на обратный путь может не хватить. Только-только добраться до ближайшей гидроколонки.

Виктория, положив локоть себе под голову и подогнув ноги в коленях, спросила:

— А что, если спросить не немертвого, а… Брендона?

Грег, прикрыв глаза, сонно ответил:

— Некроманта у