Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

на моей Земле-матушке. Это не армия с четкой иерархией, вырабатывавшейся не просто годами – столетиями. Соотносить реалии привычной вселенной, где даже в глубинке есть закон, его представители и следующая за преступлением кара, – неверно.

Княжество почти за сто лет построило нечто свое, но за пределами даже Первой линии на Второй беззакония хватало, да и нескончаемый поток штрафников как бы сам за себя говорил. А оно являлось Третьим Римом в этой местности, куда мечтало попасть близлежащее население…

Да что говорить про Стикс, стоит отъехать за пределы цивилизованного мирка, и о ужас, местные смеются в лицо, если не тычут автоматом, когда очередной тип задвигает о величайшей ценности человеческой жизни и личности. Раз так ценна – плати, а мы родственников будем мотивировать пальцами, ушами и глазами в конвертиках. Нет? Досвидос, грифы сегодня с утра не кормлены.

В итоге после всех прений и делений в форпосте сегодня сформировалось пять отрядов – элитный Герды и четыре полностью штрафных, все укомплектованы транспортом. Был закреплен и график. Каждый день два постоянно на выездах, третий на подхвате и что-то вроде группы быстрого реагирования, если кто-нибудь поляжет и добычу не довезет, но вроде как отдыхал в пределах башни. Четвертый, соответственно, проводил время как желал, но и его могли привлечь по необходимости, коль на глаза попался бы.

Еще и дела княжеские, про которые мало кто распространялся, на мои вопросы был получен однозначный ответ: «По факту». Устроил он всех, кроме меня. Поставил очередную отметку в блокнот.

Демидыч – сухой, усатый, поджарый мужчина чуть выше среднего роста, в кожаном френче. Колоритный дядька – вылитый чекист, только «маузера» на боку не хватало. Зато там висел «Глок‐19». Куратор и наш общий командир. Посмотрел на меня с прищуром, отчего чуть раскосые глаза превратились в щелки, и уточнил:

– Там разные работы, предварительно доведу.

Инструктаж сводился в основном: «Туда не ходить, сюда не бегать, то соблюдать, здесь расстрел, там кол», и все касалось внутренней жизни форпоста. Братья командиры скучали, глаза осоловевшие, похмельные, разило уже свежачком, а на лицах выражение: «заканчивай уже, начальник, сами не маленькие». Вспомнил, они вчера громко праздновали в баре. Лычки обмывали?

– Если нет вопросов, то сейчас будет небольшой зачет по ТБ и свободны, – попытался подвести итог беседе Демидыч.

Зашевелились, обрадовались, у Гека, розовощекого, словно поросенок, толстяка с конским хвостом на голове, даже довольная улыбка нарисовалась. А нос-пятачок только подчеркивал сходство с Ниф-Нифом. Интересно, почему «Гек», там вроде пареньки бодрые были.

– Как это нет? – влез я, заработав немалую такую толику ненависти от собратьев по ремеслу, клал я на них или ложил, не общей тут любви добивался.

Вслух никто ничего не сказал, наглядный пример их «авторитета» свидетельствовал – себе дороже.

От куратора получил изумленный взгляд.

– Ну задавай, – усмехнулся тот в золотистые усы.

Раз так, то поехали. И начал, от информации по общей обстановке вокруг форпоста до взаимодействия с операторами дронов и другими отрядами, получение последних сводок, а не только кипы, пусть и детальных карт вместе с общей. Старые схемы перемещения зараженных, есть ли новые наработки, где были уничтожены другие отряды, как их подловили твари, по каким направлениям чаще всего орудуют хантеры, какие меры предпринимать по противоборству с ними и тому подобное. Все писал и на диктофон, и еще в блокноте пометки делал.

Демидыч отвечал кратко, емко, по существу.

Другим командирам эта информация была до лампочки, они зевали, перемигивались. Барменталь один раз похлопал себя по виску, думая, что я не заметил, а Гек также украдкой поднес указательный и средний палец в виде знака «виктория» к губам, и несколько раз высунул длинный язык, сделал вид, будто что-то лизал. Ну-ну.

– В общем, так, Люгер. Сейчас закончим с ТБ, раз любознательность проснулась, получишь и сводки, и схемы, и фотосъемку, и прочее, – поставил точку Демидыч, вставая из-за стола и направляясь к высокому стеллажу, на котором один к одному стояли разноцветные толстенные папки, – Предупреждаю, информация только для служебного пользования. Разглашение на сторону – от пяти взысканий, в зависимости от важности. А так… вы, как комсостав, пусть и штрафной, имеете доступ к этим данным.

Мне только этого и надо, а не очередной муйни, которая дублировалась из памятки командирам. Сейчас я пусть и низшее звено, но не рядовой боец, кому и полезно только для общего развития знать текущую обстановку, впрочем, и не критично их отсутствие. Его дело маленькое, идти туда, куда послали.

По ТБ экзамен прошел быстро, отвечал я первым, – по три вопроса из разных разделов, все. Роспись в двух журналах. Вторая – куратор выдал-таки три толстенные папки. Следующим отвечал Гек. Барменталя не опрашивали, он просто расписался и давно уже вышел. Я, подхватив документы, устремился к выходу. До курилки тут два шага.

Мне всегда нравились наши поговорки, вот и сейчас – на ловца и зверь бежал. С другой стороны, а где искать еще никотинозависимого, которому нужно подождать товарищей?

Правильно!

Дверь передо мной открылась, и шаг вперед сделал Барменталь. И без зазрения совести и разговоров, сразу встретил его прямым в нос, закидывая обратно. Костяшки отозвались болью. Хоть и в форпосте штурмовые перчатки с накладками не снимай.

Морда найдется.

В помещении находился только молодой парнишка, вроде бы оператор.

– Подержи, пожалуйста, – попросил его я, протягивая документы, тот их машинально взял.

Борм только поднимался с пола, вставая на колени и капая на пол юшкой, когда я схватил его за правую руку, завернул ее назад за пальцы.

– Ты что творишь, сукааа! – заорал тот.

Лишь усилил нажим, перехватывая левой ладонью запястье подлеца.

Хруст.

После – скуление.

Добавил ногой в голову. Отчего рейдер распластался на полу.

Присел на корточки рядом, за волосы приподнял голову. Посмотрел в мутные, пытающиеся сфокусироваться, глаза.

– Понял за что? Или повторить?

Тот попытался кивнуть. Но не в том положении.

– Дааа…

– А это чтобы помнил! – тупой башкой о пол, но теперь не сильно, сломлен. – И в угол, быстро, мразота!

Борм, едва не свалив пепельницу, на карачках метнулся, куда показывал мой перст.

У парнишки-оператора лицо обалдевшее, а сигарета в зубах тлела сама по себе.

– Мне еще твоя помощь потребуется, подержишь немного папки, от меня спасибо, – попросил вполне спокойным голосом и улыбнулся.

Тот нервно закивал.

Барменталь сидел в углу и, даром что кинетик, не рисковал связываться. Все верно, сломал его, внушив страх безжалостной и быстрой расправой.

– Не сдал, ввалил, падла, взыскание, – с этими словами ввалился в курилку и Гек.

Конский хвост –