"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

Поступающая на Плоскости энергия осталась неизменной, но раз в семь дней на каждую теперь приходила ночь, втрое длиннее обычной и много холоднее. Анмай знал, что работа на повышенной мощности вскоре погубит и остальные Солнца — их свет заметно выцвел от непомерного накала. Тогда вся Линза погрузится во мрак смерти. Другие думали о том же. Единственное, что их отвлекало — наблюдения.

Они видели очень много странного. Однажды они два дня летели над страшным лесом с черной листвой. Ночью она светилась жутким, тускло-багровым светом. Анмай навсегда запомнил эту Длинную Ночь: под темным безлунным небом простерлось бескрайнее, мутное багровое море, зияющее черными провалами, словно полное крови. Встречалось им и еще более удивительное — бегущие по кронам ночного леса волны зеленовато-желтого света, такие яркие, что ночь превращалась в день — они пробегали от горизонта до горизонта с молниеносной быстротой, рассыпаясь причудливыми узорами. Лишь после нескольких дней наблюдений удалось выяснить, что это всего лишь светляки: какой-то инстинкт заставлял их вспыхивать всех одновременно. И, наконец, на семьдесят пятый день полета, они достигли берега Последнего Моря.

* * *

Дальше не было ни земли, ни пути. Над водой высились колоссальные башни, а над ними в зенит уходила призрачно-радужная стена силового поля. Оно оказалось столь мощным, что пройти сквозь него «Уйта» не могла — пламя аннигиляции просто расплавило бы ее, даже если бы хватило мощности ускорителя. Мэйат предусмотрели все — кроме того, что им самим однажды придется уйти.

* * *

Анмай решил повернуть на восток — к месту соединения сегментов и ближайшей бреши в силовом поле. Это удлиняло их путь на несколько дней, но что им еще оставалось?

Пять дней «Уйта» летела вдоль ровного, как линейка, побережья. Слева высился ряд колоссальных круглых башен. По ночам их вершины источали таинственный темно-зеленый свет. Справа тянулся сплошной лес, незаметно переходивший в море — островки огромных деревьев росли прямо из воды. Их разделяли немыслимо извилистые каналы, окаймленные фантастическими нагромождениями изломанных штормами стволов. В Последнее Море впадали могучие реки — они тоже несли деревья, сплетавшиеся в целые острова. Все море было усыпано ими. Они так и не смогли понять, бурелом ли это, или иные разновидности деревьев приспособились расти и на плаву…

Здесь оказалось очень жарко. Солнца, превратившись в узкие овалы, палили нещадно. Даже на двухмильной высоте, куда они поднялись, не осталось прохлады.

Над водой вечерами поднимался туман, собираясь в немыслимой высоты кучевые облака. По ночам весь горизонт светился от беспрерывного сверкания молний. Однажды налетел настоящий ураган. Даже на высоте двух миль стало темно, как ночью. «Уйту» швыряло в круговерти воздушных потоков. Утром, увидев, что волны нагромоздили высокий вал из плавающих деревьев, Анмай понял, почему вдоль всего побережья тянутся странно правильные валы и стены из побелевших стволов, поначалу принятые им за укрепления. Внизу не было никаких следов людей или других разумных существ. Зато разнообразных животных оказалось великое множество. Хотя они замечали лишь самых крупных, их тоже было очень много. Многие неотличимо напоминали динозавров, другие лишь походили на них, так как имели восемь ног, а их длинные, толстые, безголовые шеи раскрывались на конце, словно зубастые цветы. Вся эта местность выглядела так, словно они попали в доисторические времена.

На пятый день пути она совершенно изменилась. Вдоль берега протянулось бесконечное плато, каменистое и песчаное. Оно высилось и над морем лесов, и над невысокими волнами океана — силовая стена гасила их, как барьерный риф. Эта безжизненность была поразительна и непонятна. На плато не оказалось не только колоссальных животных и деревьев, но и вообще какой-либо зелени.

Что воздвигло эти скалы там, где сотни миллионов лет уже не было скал? Почему на них нет никаких следов жизни? Счетчики радиации не показали ничего — фон был равен нулю, как и везде в Линзе. Анмай даже подумал о Йалис, но никаких следов его он не ощутил и понял, что этой загадке суждено остаться неразгаданной.

* * *

Близился вечер. В полдень следующего дня — дня Фиолетового Солнца — они должны были выйти в Последнее Море. Анмай сказал это стоявшему рядом Айэту. Юноша, задумчиво смотревший вверх, вздохнул.

— Мы никогда больше не увидим этой земли и не вернемся обратно, верно? — спросил он.

Анмай кивнул.

— Ты хочешь приземлиться?

— Только на один день. Я… хочу попрощаться.

— Не знаю… Может, мы и вернемся. А может, и нет. Ты помнишь, чем окончилась прежняя посадка?

Айэт печально посмотрел на него.

— Это все же моя родная земля и я прощаюсь с ней навеки!

Вэру пришлось согласиться.

* * *

На сей раз они долго кружили над морем и над скалами, но нигде не нашли следов жизни. Лишь в море плавали неизменные зеленые острова. Убедившись в отсутствии опасности, Анмай посадил «Уйту» на низкое плоскогорье над морем.

Помедлив, они вышли. Узкий овал Синего Солнца сиял, словно яростный глаз. Все вокруг плавало в жаркой, призрачной голубизне. Они спешно скинули одежду, но по их телам градом катился пот. Даже шквальный северный ветер не приносил прохлады. О том, чтобы отойти от «Уйты» до заката, нечего было и думать. Плато, несмотря на близость моря, превратилось в раскаленную печь. Жмурясь, они вернулись внутрь.

Лишь Айэт подошел к самому краю обрыва и, прикрыв руками глаза, стал смотреть вдаль. Ювана невольно любовалась им, одетым лишь в ослепительно-белую короткую тунику, словно горящую в резком синем свете. По контрасту его смуглая кожа казалась очень темной. Ветер рвал его одежду, трепал волосы. Айэт стоял вытянувшись, жар раскаленного камня словно не касался его босых ног. Стройная фигура смотревшего за пределы мира юноши показалась ей символом. Но чего? Может, стремления к бесконечности, свойственного Вэру? Собственной зыбкой, но все же счастливой судьбы? Или стремления к свободе, что свойственно каждому человеку? Ювана не знала этого. Она смогла лишь решить, что Айэт станет единственным юношей в ее жизни.

* * *

Анмай тоже смотрел на Айэта, но его взгляд невольно устремлялся дальше. За невидимым сверху обрывом пенился исхлестанный бешеным ветром океан. Вдали из него поднимался ряд колонн. Их основания тонули в мареве. Казалось, они столь огромны, что высятся не на отсутствующем здесь горизонте, а за горизонтом. Вереница их параболически сужающихся силуэтов тянулась в стороны, насколько достигал взгляд. Несокрушимой