Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

Пока я завершал разговор, на другом крабере меня внимательно слушал Роберт. Поэтому пересказывать ему смысл разговора нужды не было. Я только посоветовал:

– Если Рекс начнёт на тебя давить и запугивать, ссылайся на то, что ты простой оператор и сидишь чуть ли не в тюрьме. Мол, для предательства у тебя нет ни малейшей возможности. Ну а в остальном ты сам с ним разберёшься.

– Разберусь! – пообещал Роберт.

– Что там по этой мерзости Соляку?

– Копаем. Алоис продумывает, как вытащить из дворца интенданта, Эрика Пульмена, и побеседовать с ним по душам.

– Давно пора! Освобождённые узники уже говорят?

– Нет ещё. Пока выводят из них остаточные ферменты накопившегося домутила. Но завтра утром док обещает ввести им стимулирующие средства и надеется на их возвращение к нормальному состоянию.

– Комендант Шилони?

– Без изменений. Скорей всего впал в коматозное состояние. Если через три-четыре дня не вернётся в наш мир, то док советует сдать его в специализированный центр. Там ему сделают операцию мозга. И шансы на выздоровление повысятся.

– Ладно, раз пара дней есть, потерпим. Какие данные по герцогу Лежси и его охране? А заодно по Носорогу?

– Алоис только что начал обработку сведений. Если сможешь, перезвони через полчаса. – Роберт опередил мой следующий вопрос: – А по Клону, которого зовут Цезарем, пока тоже никаких существенных деталей. Из-за отдалённости и почти полного отсутствия цивилизации в этой мерцающей системе поиск сильно замедляется. Да и ребята из агентства пока в пути.

– По замку-музею – уже есть планы и карты?

– Тоже Алоис обещает, но чуть позже.

– Тогда соединись с Малышом и Арматой. Пусть выбираются в город и начинают просто гулять. Будем надеяться, что их персоны уже стали неприкосновенными, а от слежки мы их при необходимости оторвём. Пусть захватят с собой самые маленькие средства наблюдения. Мне кажется, эти чудеса под натуральную имитацию микрофауны могут нам пригодиться. Если сообщу дополнительно, тогда встретятся с нами. Или только с графом. Может, даже «случайно». А может, тайно соберёмся на определённой точке. И всех людей, которых мы задействовали при атаке на особняк, тоже подготовь. Пусть постепенно концентрируются на окраине города. Поближе к этому долбаному музею. На дивизион рассчитывать не приходится. Пока… У Бофке тоже до сих пор в окружении затаился предатель, так что, возможно, придётся брать генерала своими силами. Если он там, конечно…

– А-а м-мне… когда к замку двигать? – Роберт всегда в таких случаях, от предвкушения хорошей потасовки чуть ли не заикался.

– Когда поступит команда! – остудил я его порыв оставить место оператора. – На данный момент твой пост самый ответственный и напряжённый. И не спорь со старшими!

– Так ведь я же на две недели раньше тебя родился! – возмутился мой товарищ. На что я буркнул:

– Данные были подтасованы, скорей всего…

И отключил крабер. Потому как в номер опять набежали официанты, меняющие наши столики. А в воздухе запахло ароматами свежеприготовленных блюд. Вышедший из моей спальни Цой Тан как раз прятал свой крабер в карман, чем и вызвал моё удивление:

– С кем ты так секретничаешь?

– С кем ещё, как не с Амалией! – Похоже, что товарищ был расстроен. – Чуть ли не каждые полчаса требует отчёта и готова сию секунду сразу вылететь в то место, где мы находимся. Говорит, сильно соскучилась…

– Когда будет следующий звонок, дашь мне крабер! Я с ней переговорю и поставлю на место…

Граф Шалонер после моих слов замер и посмотрел на меня с опаской:

– Да не бойся, обижать твою невесту я не собираюсь. Только тактично поучить уму-разуму. Короче, сам услышишь.

После того как мы наелись не просто от души, а так, что из этой самой души чуть ли не через верх вываливалось, расслабленно расселись в больших креслах и принялись обдумывать возможные действия в предстоящую ночь. Вернее, если выражаться более точно, обдумывали только мы с Булькой. Цой Тан тяжело вздыхал, сосредоточенно двигал бровями в ответ на свои мысли да часто бросал взгляд на свой карман с затихшим на долгое время крабером. Видимо, Амалия нашла себе на какое-то время занятие.

Попутно мы почти с полным равнодушием просматривали на экране очередной приём кандидатов в императорском дворце. Как ни странно, поток желающих наконец-то стал иссякать: на сегодня зарегистрировалось только полторы тысячи представителей аристократии. Поговаривали, что завтра, максимум послезавтра, состоится последний приём. А потом уж – кто опоздал, тот не виноват! И так кандидатов, прибывших последними, загоняли просто в невероятные графики проведения экзаменов. Утром после приёма – экзамен с двумястами вопросами, вечером того же дня – стрельбище. И на следующее утро – полоса препятствий. Тогда как мне, например, ту же самую «мясорубку» предстоит проскочить только послезавтра.

Больше всего я присматривался к личику принцессы. Патрисия выглядела, как всегда, превосходно. То ли косметика в последние годы стала неимоверного качества, то ли действительно ей хватило нескольких часов для сна. Но я не заметил и малейшего следа усталости.

Ишь ты! Все успевает: и ночами танцевать, и днём Дирижёров встречать, а потом ещё и балы устраивать. К тому же не просто танцевать, а как божественная садалиния! Это что-то!

Затем я опять вернулся к делам насущным и уставился на графа Шалонера.

«Может, и его взять на штурм этого музея? Хоть какие-то патроны будет на себе нести?» Больше всего меня беспокоило малое количество людей.

«Не боец! – возражал Булька с присущим ему скепсисом. – Такого только на любовный фронт отправлять. Да и то, несколько боев – и он позорно сдаётся в плен… Не-е, не боец!»

«Да уж! Какой попался, такого и пригрели. Когда ж его учить было всем премудростям скоростного боя? И так на удивление гармонично любитель флоры и фауны влился в нашу команду».

«Вот и я говорю: парень с головой! – непоследовательно продолжал риптон. – Великим учёным может стать! Таким только и делать