Ухорез 2 - Василий Горъ

— Вокруг нашей баньки появились сугробы… — по секрету сообщила ей Природница. И подколола: — И теперь после парилки можно прыгать не в купель, а в снег.

— Хочу-хочу-хочу!!! — вполголоса протараторила женщина, уставилась на что-то за моим плечом и заледенела взглядом: — Олег Леонидович, к нам ломится Борис Андреевич Северцев, большой любитель самоутверждаться за чужой счет, в недавнем прошлом неплохой дуэлянт и один из самых злоязыких дворян Империи.

Готовьтесь к неприятностям…

«Северцев?» — мысленно повторил я, влил в покров предельный объем силы и коротко кивнул в знак того, что благодарен за предупреждение. А уже секунд через пять-семь услышал провокационное утверждение, адресованное не мне, и «включил» сродство с Воздухом:

— Станислав Витальевич, вам, наверное, померещилось: у сосунков вроде этого по определению не может быть двух боевых орденов!

— Борис Андреевич, я видел их своими глазами… — притворно вздохнул его собеседник, пока я анализировал то, что чувствовалось за спиной: — Орден Архангела Михаила с мечами третьей степени и орден «За боевые заслуги»!

— Ношение чужих орденов — это плевок в лицо всем героям, когда-либо рожденным нашей землей! — патетично заявил Северцев и перешел от слов к делу — потянулся левой рукой к моему правому плечу.

Я разогнал восприятие ускорением в самом начале этого движения, поэтому успел «скинуть» покров, и позволил «неплохому дуэлянту», судя по плотности воздушной защиты, раскачавшемся на убийстве хрюшек «аж» уровня до двенадцатого-тринадцатого, сжать пальцы на моей руке. Зато после того, как ощутил ни разу не уважительный рывок, «вошел» в стандартную атаку, перехватил конечность мужчины на полголовы выше меня и взял его на болевой. Благо, покров этому не препятствовал. Кстати, в прием вложился без дураков. То есть, не только поставил «свиного мага» на колени, но и порвал ему связки.

Он взвыл. Причем не столько от боли, сколько от ярости. И атаковал. Магией. Дважды поцарапав мой щит чем-то вроде раскаленной воздушной иглы и заполировав эту боевую связку аналогом моего разряда.

Я отрешенно отметил, что полноценно пользоваться Огнем он пока не научился, пообещал себе похвалить Красовскую, прикрывшую щитом Янину Павловну, счел, что и этот тип агрессии Северцева запечатлен камерами СКН, и ударил в ответ.

Не стал строить из себя пацифиста и в этот раз — испарил пятнышком, не заметившим покрова, плечо здоровой руки, скинул ускорение и встряхнул «дуэлянта», как котенка:

— Еще одна атака — и я вас убью…

Конвойные, явно получившие исчерпывающие инструкции от государя, шокировали реакцией на это ЧП весь зал — вместо того, чтобы вывести всех участников из помещения и провести все положенные телодвижения где-нибудь еще, унесли только «любителя самоутверждаться за счет других» и фрагмент руки. После чего старший группы быстрого реагирования отвел нас чуть правее — чтобы роботы-уборщики отмыли и отполировали пол — обратился ко мне по имени-отчеству и добил всех ближайших гостей сногсшибательным монологом:

— Олег Леонидович, приносим извинения за этот инцидент, обязуемся представлять ваши интересы перед стороной виновника конфликта, даем слово, что господин Северцев будет наказан по всей строгости Закона, просим не держать зла и желаем хорошего отдыха.

— Вашей вины в этом инциденте нет и не может быть… — вежливо ответил я и улыбнулся: — Виновный, безусловно, должен быть наказан. Зла не держу. И от всего сердца благодарю как за то, что решили представлять мои интересы, так и за пожелание.

Служака, «удовлетворенный моим ответом», ушел заниматься своими делами, гости приема, прислушивавшиеся к нашей беседе, начали обсуждать увиденное, а я повернулся к своим дамам, поймал взгляд Натальи, благодарно шевельнул ресницами, увидел в ее взгляде искорки радости, и переключил внимание на Волкову. К слову, вовремя — она как раз перестала пялиться в спину уходящему Конвойному, посмотрела на меня и негромко вздохнула:

— С одной стороны, я в восторге: вы раз и навсегда поставили на место тварь, убившую и покалечившую не один десяток достойных личностей. А с другой страшно расстроена: Северцевы входят в сотню самых влиятельных родов Империи, достаточно многочисленны и, что самое неприятное, разводят свиней. Которые, в нынешних реалиях, дают великолепнейшую возможность для быстрого усиления Дара.

— Янина Павловна, продолжайте радоваться… — так же тихо посоветовал я. — А расстраиваться, право, не стоит: да, хрюшек у Северцевых навалом. Но мы каждый божий день воюем с созданиями поопаснее свиных магов и…

— Прошу прощения за то, что перебиваю, но нам пора поворачиваться к тронному возвышению — официальная часть вот-вот начнется…

…Мы с Наташей прикрыли щитами Императорскую чету в момент ее появления на возвышении, «довели» до трона, сомкнули области магически уплотненного Воздуха и «потерялись» в чувстве этой стихии. Да, «держали» всего по четверти нынешних областей контроля, но потихонечку дурели даже так. Почему? Да потому, что только в моей зоне ответственности магией так или иначе баловалось двадцать девять человек — одни, тренируясь, крутили слабенькие вихри, другие нагревали воздух, третьи его охлаждали, четвертые создавали каналы под пробой разряда, но не били, и так далее. И каждый из этих магов мог атаковать государя в любой момент. Вот расслабляться и не получалось. Не получалось и вслушиваться в обращение Императора к гостям — да, я краем сознания отслеживал и эту часть «действа», но только для того, чтобы не зевнуть свою фамилию или имя-отчество.

А вот на прикосновение Красовской отреагировал, едва заметно сдвинул голову в ее сторону в знак того, что весь внимание, и вдумался в тихий шепот:

— У меня четыре человека периодически поглядывают на левую руку…

Кивнул. Также еле заметно. Обратил внимание на «своих». И минут за пять-шесть нашел еще троих личностей, регулярно занимавшихся тем же самым.

Прекрасно понимая, что ни один дворянин, приглашенный на прием к Императору и прибывший во дворец, торопиться куда-либо еще не может по определению, пришел к выводу, что эта семерка ждет — как выразился бы мой батюшка — времени «Ч». Поэтому дотронулся до руки… хм… напарницы и трижды сжал пальцами запястье.

Намек на подтверждающий кивок засек периферическим зрением, чуть-чуть разогнал восприятие и переключился в режим ожидания. Почувствовав, что «моя» троица «торопыжек» начала коситься на левую руку заметно чаще, тоже посмотрел на часы. А секунд через тридцать пять углубил ускорение до предела. Ибо все три запястья чуть-чуть приподнялись, повернулись внутрь и застыли в почти одинаковых положениях.

«Отсчитывают последние секунды