Козырев. Путь мага - Лев Котляров

— Личной карточки? — он усмехнулся уголком губ.

Да, конечно, это я дал маху, эти дурацкие карточки студентом на руки не дают. Они находятся в закрытой части академии, под замком.

— Любознательный. Это хорошо. Что еще вы знаете?

— Больше ничего, — нехотя признался я.

— Владимир Михайлович, — Шилов глянул на Петровского, — вы так ничего ему и не сказали?

— Игорь Иванович, сначала мы должны проверить, чтобы знать точно. Какой смысл гадать?

— Да, что же, вы правы. Но я ощущаю беспокойство молодого человека и поэтому предлагаю уже пройти в зал.

Я превратился в одно большое ухо. Впереди замаячила тайна, которая должна была пролить свет на мое происхождение.

Шилов дернул ящик стола, вытащил оттуда большой ключ с нелепым брелком и поднялся. Мы с Петровским вскочили одновременно.

— Прошу за мной. Зал находится в подвале.

Съедаемый любопытством, я поспешил за хозяином этого мини-замка.

Глава 3

Три пролета вниз, мрачный коридор, стальная дверь. А за ней простой овальный зал, украшенный лишь орнаментом из плитки. В академии тоже есть такой, только более скромный. Мне довелось там побывать всего лишь один раз, когда в очередной раз лекарь пытался воззвать к моей силе.

До сих пор мне муторно на душе. Я еще не все понимал, думал, что все это посттравматический бред! Но та волна магии, которая прошла сквозь меня, обдав ледяным воздухом, стало той самой последней деталью в понимании, что я действительно очутился в новом мире.

Я осмотрелся и у дальней стены приметил высокий алтарь, обвешанный блестящими артефактами. Они явно сделаны из металла, что меня сильно удивило. Обычно магические побрякушки делают из природных материалов, а тут холодный блеск железа.

На мгновение мне стало не по себе, словно я снова вернулся на год назад и сейчас хмурый лекарь с бесконечным сочувствием скажет мне, что у меня нет магии.

Пока я предавался воспоминаниям, Шилов, не оглянувшись, дошел до алтаря и положил руку на красный камень, лежащий на самом верху. От воздействия силы, артефакты вспыхнули и засияли ровным светом.

— Готово, — Игорь Иванович запустил руку в карман и вытащил из него небольшой цилиндрик. — Ваша очередь, молодой человек.

А я, как дурак, стоял и не мог пошевелиться. Что ему от меня надо? У меня ни силы, ни понимания, что происходит.

К счастью, Шилов понял, почему я застыл, и коротко обрисовал ситуацию.

Оказалось, что сейчас он будет проверять мою кровь. Для этого подойдет всего одна капля. Благодаря ей магия с точностью определит, к какому роду я принадлежу.

Сказав это, Шилов быстро глянул на хмурого Петровского. Тот непроизвольно потер пальцы, и я понял, что свой образец он уже сдал. Сейчас ритуал покажет, мой ли он отец, сердцем чувствую. Впрочем, оно сейчас колотилось дробным молоточком о ребра.

Мне было страшно и безумно любопытно. Поэтому я решительно протянул руку Шилову, который одним движением чиркнул цилиндриком по моим пальцам.

Секундная боль, и вот уже на гладкой серой поверхности артефакта появились алые разводы. Я завороженно следил за действиями хозяина поместья.

Шилов осторожно поставил цилиндрик на алтарь и отошел. Потом подумал и отошел еще. Мы с Петровским остались стоять на месте.

Как оказалось, зря.

Алтарь полыхнул с такой силой, что я на мгновение ослеп. Глаза обожгло болью, кровь вскипела, а по нервам прошлась неприятная щекотка.

Что это было⁈

С трудом проморгавшись, я сфокусировался на алтаре. Цилиндрика не было, зато был сияющий Шилов.

— Вот мы все и узнали. Александр Николаевич, рад сообщить вам, что вы родной сын Владимира Михайловича.

Он протянул мне руку, и я ее машинально пожал. Я обернулся на свежеприобретенного отца, но тот стоял бледнее мела.

Не рад сыночку? Может, его обнять, чтобы он в обморок грохнулся? Конечно, я не стал бросаться в его объятья с воплями, а лишь продолжал хмуро смотреть. У меня было очень много вопросов, и мне очень хотелось их задать.

Но вместо кивка, или скупой улыбки, Петровский резко развернулся на пятках и вышел из подвального зала, оставив меня наедине с Шиловым.

— Теперь я готов рассказать вам всю историю, — тихо сказал Шилов и положил мне руку на плечо.

Я молчал, не зная, что ответить. Просто ждал. Надеюсь, что я как минимум принц, иначе зачем все это?

Но правда оказалось совсем иной.

* * *

Все началось очень давно, когда слово «империя» еще даже не существовало. В крошечном поселении Лихие горки, которое давно стерто с лица земли, жил Аргуст Первый. Его запомнили из-за одно-единственного случая, которое изменило множество судеб, не обойдя стороной и семьи глав поселений, а потом и империи.

Как-то весной, копаясь в своем огороде, Аргуст наткнулся на серебристый булыжник. Сначала он решил, что это обычный камень, и хотел даже выбросить. Но едва Аргуст его взял в руки, на него обратили внимание сами боги.

В видении маг видел, как он надевает регалии власти на старосту. Потом на его сына, внука. Тогда Аргуст понял, что за реликвия попала в его руки. Он сразу же побежал к главному дому, нашел старосту и все тому рассказал.

Сначала тот ему не поверил. Ведь если камень брал другой человек, то никаких видений не было.

Время шло, про камень и Аргуста никто не вспоминал, пока не пришло время одному из сыновей старосты, Ларошу, принять власть и стать главой поселения.

Тогда-то кто-то и предложил пригласить мага с серебряным булыжником, дабы проверить его силу.

Аргуст пришел и велел сыну старосты положить на камень руку. В ту же секунду перед глазами старика остекленели, и он увидел яркие образы.

— Не ты должен был занять место главы поселения! — выкрикнул Аргуст и указал на его младшего брата. — А он.

Собравшиеся загудели, Ларош стоял белый как мел, а стражники чуть было не проткнули старого мага мечами. И тут вышла мать братьев и бросилась в ноги Аргусту.

Рыдая, она поведала, что старший ее сын не от мужа.

И тогда все поверили в силу булыжника. Тогда-то он получил имя: Старший камень, а после — Камень Королей.

С тех самых пор он передавался из поколения в поколение, пока не оказался в руках Петровского. И всегда во время коронаций приглашали потомков Аргуса, чтобы убедиться, что власть отдана тому, кто имеет на это право.

* * *

— Так что теперь вы будете следующим Хранителем камня, — закончил свою историю Шилов.

— А сам камень где? — хрипло спросил я.

— Это должен рассказать твой отец, — он бросил