Волшебная больница Святого Владимурра - Виктория Миш

— Обалдеть!.. То есть, спасибо!

Я подождала, когда Эллен выйдет за дверь, и стянула куртку со свитером.

И чем тут нас волшебная больница удивляет?

Я развернула первый сверток. Домашний костюм и футболка. Минуту пыталась понять, почему велюровый костюм коричневого цвета из сто процентного хлопка считается одноразовым. Пощупала его, повертела. Хорошая, добротная вещь!

Им его лень стирать, что ли?

Еще больше я удивилась хлопковому белью и фланелевой пижаме. И если белье было нейтрального бежевого цвета, то пижама оказалась светло-розовой да еще с принтом из снежинок.

— Миленько! — я переоделась в костюм, а оставшиеся вещи упаковала обратно, — А кеды действительно моего размера?

Что и говорить, они оказались впору.

— Вы там скоро? — постучали в дверь.

Кажется, я успела исчерпать ангельское терпение Эллен. Слишком долго переодевалась и рассматривала чудо-вещи. Мне они, в самом деле, показались прелюбопытными. Например, шлепки оказались в тон домашнему костюму. Как и кеды — коричневые с бежевыми вставками по бокам.

Аккуратно сложив вещи в ячейку, захлопнула ее.

— Кирилл Иванович уже прошел в ваше крыло. Обход, а ваша палата в самом начале, — обеспокоено сообщила Эллен и потянула в сторону очередного коридора, — Не стоит заставлять его ждать.

Палата оказалась современной и весьма оборудованной. На двоих. Вернее, не так. Под каждым номером был бокс, разделенный на две комнаты. В каждой комнате лежал родитель с ребенком. Душ был один на две комнаты, также в помещении перед комнатами располагался холодильник.

— Для передачек? — усмехнулась я, вспомнив роддом.

— Нет, — Эллен провела меня в свободную палату и закрыла распахнутое окно. К слову, за окном ничего не было. Совсем ничего! Даже не по себе как-то стало, — По вечерам мы предлагаем кефир или ряженку. Можно не пить сразу, а поставить в холодильник и выпить перед сном. Или если на полдник выдаются глазированные сырки. Их тоже лучше хранить в холодильнике, сами знаете.

— Ясно. То есть передачки передавать запрещено?

— А зачем они вам? — Эллен поправила покрывало на односпальной кровати, — Вас всем обеспечивают, кормят. Вы приехали не на курорт, а на лечение. Незачем отвлекаться на постороннее, или кушать неизвестно что. Так что … Вы пока обустраивайтесь, и ждите Кирилла Ивановича. А я пойду.

— Хорошо. Спасибо, Эллен!

В палате было уютно. Как раз после слов медсестры я и провела параллель. Номер в гостинице и палата в больнице выглядели одинаково. Бежевые шторы, прозрачная белая тюль. Одна односпальная кровать. Детская кровать — без перил, зато с низкими продолговатыми бортиками, чтобы ребенок не вывалился. Стол деревянный и один стул. Весьма простенький, но чистый и новый шкаф. Пока я раскладывала вещи по полкам, не могла отделаться от мысли, что нам с Темкой нереально повезло.

— Мадам Крутецкая? — низкий бархатный голос застал меня за уборкой обуви. Я как раз раскладывала шлепки и кеды на нижней полке. Дернувшись, я неприятно стукнулась локтем о дверь шкафа.

— Можно просто Джули.

— Джульетта Ивановна, — высказал осведомленность голос, чем заставил снова вспыхнуть и критично посмотреть на его обладателя, — Я — Кирилл Иванович Свиридов, ваш лечащий врач. Давайте присядем.

Он был невысоким и коренастым. Уверенно стоял на ногах, сжимая в руке папку. Подтянутая спортивная фигура в белом халате смотрелась гармонично, будто передо мной не врач, а модель, изображающая врача. Коричневые короткие волосы аккуратно подстрижены. Медицинская маска на пол лица, переводила внимание на глаза. Темные, внимательные.

Но, что самое интересное, я не чувствовала в его присутствии страха. Он разительно отличался от других врачей. Не знаю, чем, но отличался.

— Очень приятно! — машинально буркнула я и села на односпальную кровать, — Расскажите, что будет с сыном?

На одну секунду в его глазах вспыхнула искра. Кивнув каким-то своим мыслям, он спокойно присел на единственный стул.

— Мы уберем зажим. Проведем процедуры, ускоряющие заживление и восстановление жизненных процессов. Организм вашего сына истощен. Сильно истощен. Я едва представляю, как он смог дожить в таком состоянии. Простите, что говорю прямо, но Артемий в очень критичной ситуации. Думаю, его вторая сторона вытягивала тело всё это время. Силой звериного духа. Знаю, что вы не в курсе об его истинной природе…

— Совсем не в курсе! — выдохнула я, — То есть, если бы мы не попали сюда, то?..

Даже не смотря на то, что на враче была надета маска, ответ я уже прочитала по глазам. И замерла от ужаса.

— Да, всё сложилось бы печально. Иннокентий Иванович считает, что после выписки вы должны обратиться в органы магического правопорядка, чтобы провели расследование и нашли виновных. Кто-то умышленно обрек вашего сына на смерть. Это нельзя оставлять безнаказанным.

— Но кому мы помешали?! — рыдания вырвались помимо воли. Я пыталась держать себя в руках и не истерить, но получалось плохо. Врач подтвердил мои худшие опасения, которые появились после разговора с заведующим — кто-то намерено хотел свести Тему в могилу. И… это было чудовищно! Ужасно! — Зачем? Зачем нужно было вставлять эту чертову штуку?

— Не знаю. Однако данная операция проведена противозаконно. Всеми врачами Междумирья признается право существ на здоровую и счастливую жизнь. Никто из нас не стал бы заниматься подобным вредительством.

И он говорил правду. Я чувствовала это всеми фибрами своей измученной души.

Очевидно, нам с сыном не повезло. Нам попался какой-то маньяк, который загнал нас в угол. Лишил будущего.

Но не лишил надежды!

— Боже! Как же так?!.. — я уронила лицо в ладони. Слезы больше не сдерживала, они потекли горной рекой, водопадом…

Врач деликатно молчал и ждал, пока я нарыдаюсь. А я всё рыдала и рыдала, не в силах остановиться. Как же так?! За что?!! Разве я сделала что-то плохое? Перешла кому-то дорогу, чтобы так мстить? Но я ничего плохого за свою жизнь не делала и всегда всем помогала.

Или этого мало?!..

— Джули, успокойтесь! — Кирилл Иванович неожиданно навис надо мной темной тенью. А потом его широкая ладонь опустилась на плечо и ободряюще сжала, — Всё страшное — позади. Подумайте об этом. Через полтора часа операция. Хорошо, что вы доверились Рэю и приехали сюда. Это было важное решение. Вы стояли на распутье судьбы, но повернули в правильную сторону. Немногие соглашаются приехать к нам. А потом становится поздно… Вы же — молодец, что решились. Это было сложно, я знаю. Теперь всё изменится, ваш сын поправится. Обещаю!

— Кто такой Рэй? — всхлипнула я и подняла зареванные глаза.

Очертания врача размывались, даже темные глаза были скрыты за густой пеленой. Наверное, я здорово опухла.