Торвальд. Божественный квест - Сергей Баранников

– Правда? И что же там говорится? – я настолько удивился, что пропустил мощный удар от элементаля и отлетел в стену.

Гному пришлось кричать, чтобы я мог его услышать.

– Предки предупреждали, что придет время, и вы появитесь в наших землях. – Похоже, дальше Дерин начал цитировать высказывания предков, потому как звучало странно. – Вечные придут в тот час, когда помощь потребуется больше всего. Это будет время больших испытаний, но Мироземье выстоит и расцветет пуще прежнего.

Хотелось бы верить, что я увижу этот момент. У босса оставалось больше трети жизней, но он и не думал давать слабину. Наоборот, с каждым потерянным хитом он становился все мощнее. Пока я отвлекал его, гном подобрался сзади и провел серию хороших ударов, оставив Гранофиру всего четверть здоровья. Зато после этого началась финальная фаза битвы. Тело элементаля затрясло, и из трещин в каменных плитах с брызгами стала вырываться лава.

– Извержение! – завопил Дерин, удирая за колонну от жгучих капель.

Не знаю откуда лавы взялось в Гранофире, но в скором времени почти весь пол оказался затоплен. Он босса разлетались капли, которые кругами расплывались на поверхности пола. О, классические «лужи». Помню их еще по Войнам и Ремеслам. Там боссы любили подобные подлянки. Решение этой проблемы простое – не стоять в лужах и постоянно двигаться, чтобы босс не подсунул лужи прямо под ноги. Вот только Гранофир очень уж старался, и сейчас практически весь пол оказался затоплен. Но и на этом босс не успокоился. Мощный удар ногой, и на следующие пять секунд мы с Дерином ловим оглушение.

Стоило мне очнуться, как стопы пронзила жгучая боль. Битый пиксель, да я по щиколотку стою в расплавленной лаве, а очки здоровья улетают с каждой секундой! Выбежал из лужи, которая успела образоваться под ногами и осмотрелся. Элементаль выбрал своей целью гнома. Сейчас он был на последнем издыхании, и мог отдать концы в любой момент. Кинул на него спасение. Специально не прокачивал эту способность, но пришлось вкинуть одно очко талантов, чтобы добраться до воскрешения и Касания Дайры.

– Спа… – очередной удар отбросил Дерина, но урон зачелся по мне. Свет перед глазами померк, и я провалился во тьму, но в следующий момент перед глазами появилась надпись.

Сработала способность Клятва. Желаете вернуться к жизни сейчас с 50% очков здоровья, маны и энергии?

Моя ж ты радость! Конечно, хочу. Принять!

Так, больше спасать гнома нечем. Как только встал, накинул на себя Касание и обновил Благословение.

– Верещагин, уходи с баркаса!

Гном недоуменно повернулся и посмотрел на меня, на мгновение забыв об опасности. Блин, точно! Моб вряд ли поймет что я сейчас хотел сказать. Все-таки нужно быть точнее в общении с искусственным интеллектом.

– Ты цел? Я собственными глазами видел как ты…

– Да плевать! Свиток!

Гном нахмурился и попятился назад. Я видел по его глазам, что он борется до последнего. Вот же тупоголовый упрямец! Гранофир пер на него прямиком, и переманить к себе его внимание в ближайшие секунды не представлялось возможным. Каменная рука поднялась вверх, и в этот момент Дерин сорвал печать. Едва слышный хлопок, и гном исчезает, а на то место, где он стоял, приземляется рука элементаля, размазывая по каменному полу лишь пепел, что остался от свитка.

Получилось! Хвала всем богам Мироземья, кроме Рейджиса, он сделал это! Гранофир поднимает руку и недоуменно смотрит на каменный пол. Видимо, не может понять как так вышло, что он гнома даже мокрого места не осталось. Я же активирую Справедливость, благо, она успела откатиться, и иду в атаку. Вот сейчас мы повоюем!

Элементаль заметил меня слишком поздно. Я бежал, перепрыгивая раскаленные лужи, и смещался правее, чтобы элитник не успел развернуться ко мне лицом. Сокрушить врага! Удар в спину проходит без промаха, и тело каменного гиганта сотрясается. От удара рука занемела, но я не обращаю на это никакого внимания. Доспехи обдает раскаленными брызгами, Гранофир поворачивается ко мне и хватает огромной пятерней.

– Гракх!

– Какой еще Гракх? Тиберий, или Антоний? – не знаю почему, но сейчас меня потянуло на юмор. Размахнуться для удара не выходит, но тут элементалю приходит в голову блестящая по своей тупости мысль. Вместо того чтобы раздавить, постепенно сливая очки жизней, он швыряет меня в стену. Да, полет вышел не самый приятный. Прошел критический удар, и половина жизней слетела, но у меня в запасе завалялся старый проверенный козырь.

– Воздаяние, каменный уродец!

Мгновенная атака, от которой невозможно уклониться наносит полуторный урон Гранофиру, и тот с протяжным воем оседает на пол, а потом рассыпается на кучу осколков. Я же без сил растягиваюсь на каменном полу и не могу собраться с мыслями, чтобы встать и подобрать трофеи. Наверняка помимо ядра там должно выпасть еще что-то стоящее. Вот только сил уже нет. Не у персонажа. У него как раз регенерация сейчас активно работает. Сил больше не хватает у меня. После двадцати часов непрерывной игры сознание дает сбой. Блин, где это дурацкое отключение? Я же тут концы отдам!

Внимание! Задействован протокол аварийного отключения капсулы извне!

О, боги! Неужели это произошло? Хотя, что значит «извне»? То есть, эта бандура жестяная не собиралась отключаться из-за моего самочувствия? И кто мог активировать протокол? Надеюсь, это не люди Монолита.

Глава 3. Проблемы в реале

– Игорь, вы меня слышите? – над моим лицом склонился мужчина. Если бы не белый халат, я бы решил, что это один из шестерок Монолита.

– Слышу, – покосился на бейджик, висящий на кармане халата, и продолжил. – Марат Измаилович.

– Читать можешь – уже хорошо, – тут же прокомментировал мужчина. – Знаешь какое сейчас число и время?

– Думаю, уже двадцать седьмое июня, на счет времени затрудняюсь. Скорее всего, вечер, но это лучше спросить у вас.

Реально, к чему эти идиотские вопросы? Я даже не помню как меня достали из капсулы и доставили сюда. Кстати, где я? Судя по одежде собеседника, передо мной врач, а это явно больница. Выходит, меня везли на скорой, а все это время я был без сознания?

– Сейчас семь часов вечера двадцать седьмого июня, – произнес Марат Измайлович. Я же мысленно хлопнул себя по лбу. Концерт в филармонии уже начался, а я валяюсь здесь. Ладно, с Настей разберусь, главное, что здоровье в порядке. Заодно и пройдем проверку на умение слушать друг друга. Так, еще важный момент. Звонила ли мама? Ей сейчас нельзя волноваться, а она у меня человек очень мнительный. Слава богу, что