Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

* * * * *

Миссис Робинсон оказалась такой же стройной голубоглазой блондинкой, 45-летней (или около того) версией своей дочери. Язык не поворачивался сказать «постаревшей», скорее — «зрелой». Она и в самом деле была рада видеть гостей. Похоже, почтенная дама откровенно скучала в этом языческом уголке бывшей испано-французской Африки.

— Понимаете, — сказала радушная хозяйка, — здесь так редко можно встретить приличного альбионца…

Только невероятное усилие воли позволило Хеллборну сохранить спокойствие и понять, что миссис Робинсон имеет в виду оригинальное, первоначальное значение термина «Альбион» — «остров Великобритания». Стоит вспомнить, что и антарктическая колония сэра Фрэнсиса Дрейка когда-то называлась не просто «Альбион», а «Новый Альбион». С веками приставка «Нью» потерялась и потеряла смысл, ибо «оригинальную» Британию никто больше «Альбионом» не называл — ни «старым», ни каким-нибудь другим. На той, прежней планете.

Как видно, отставная библотекарша Патриция тем более была в курсе особенностей здешнего британского сленга, потому что она незаметно наступила Хеллборну на ногу.

— Давно вы перебрались из старой доброй Англосферы в благословенную Солдатскую республику? — продолжала госпожа Робинсон.

— Мама, — внезапно вмешалась Келли, — не задавай глупых вопросов! Разве ты не понимаешь, что они только что вернулись с холода?

При слове «холод» Джеймс первым делом вспомнил снежные равнины Нового Альбиона, и ему снова стало нехорошо. Потребовалось дополнительное усилие воли и мысли — нет, Келли и не думала намекать на южный полярный материк. Это опять какой-то переносный смысл.

— Да-да, конечно, — поспешила согласиться миссис Робинсон. — Прошу всех к столу!

Слава Митре, ничего общего с бегемотными консервами. Хотя Хеллборн так и не понял, из какого животного был приготовлен сей роскошный обед.

Все-таки это был не самый стандартный английский дом. Остро не хватало дворецкого, а пожилая служанка из аборигенов (берберка? мавританка?), менявшая блюда, была одета явно не по форме. Английская служанка в брюках?! — вот теперь Хеллборн окончательно и бесповоротно поверил в свое прибытие на чужую и далекую планету.

После обеда был чай с сигарами в библиотеке (впрочем, курила только хозяйка) и возвышенная беседа о современной политике. Джеймс в очередной раз призвал на помощь все свое вдохновение и непрерывно сыпал штампами и стереотипами:

— …война не затянется надолго. Драконский фронт окончательно рухнет через месяц-другой. Красные переоценили свои силы. Когда с ними будет покончено, у дельфинских союзников не будет другого выхода как признать наши завоевания и заключить мир.

— Месяц-другой… — повторила миссис Робинсон. — Но потери!..

«Потери неизбежны», — собирался ляпнуть Хеллборн, но вовремя прикусил язык. Похоже, в этом доме не принято равнодушно относиться к потерям.

В одном из углов библиотеки (и почему он заметил это только сейчас?!) на полке стояли два портрета в траурных рамках.

— Мой младший брат и моя старшая дочь, — проследила за его взглядом госпожа Робинсон.

«Готов поспорить, ты ей тоже кого-то напоминаешь».

— Мама! — снова возмутилась Келли.

— Что «мама»? — в свою очередь возмутилась почтенная леди. — Одна глупая война за другой, такими темпами от нашей семьи… — она не договорила.

— Как ты можешь такое говорить, в то время как сам генералиссимус…

— Наш генералиссимус — напыщенный солдафон! — отрезала миссис Робинсон.

«Что это — вольнодумство генеральской жены или я просто недооценил здешнюю свободу слова?» — не понял Хеллборн.

— Твой отец считает, что ему по-прежнему двадцать лет, и носится по джунглям, как зеленый лейтенант! Мог бы уже иметь собственный кабинет в Генштабе, или даже два кабинета….

— Мы тоже скоро возвращаемся туда, — осторожно сказал Джеймс.

«Как бы не так! У нас своя война… и мы даже не имеем представления, как далека она от завершения».

Хозяйка достала кружевной платочек и промокнула глаза.

— Как вы могли такое подумать! — в ее голосе прозвучала искренняя обида.

«Что я такого подумал?» — удивился Хеллборн.

— Послушайте старую женщину…

«???!!!»

— …старую женщину, не возвращайтесь на фронт. Разве вы еще не навоевались?! Патриция, милая, как давно вы смотрели на себя в зеркало?!

«У нее нет на это времени, пока она ходит через зеркала».

— Мама, как ты можешь!

— Извините меня, я сама не своя. И так каждый раз.

— В таком мире мы живем, — примирительно заметил Хеллборн.

«В таких мирах, если быть совсем точным».

— Мой отец погиб на войне, когда мне было шесть лет. Мать очень переживала… и ненадолго пережила его, — поведал Джеймс.

«В кои-то веки — чистая правда».

— Но почему вы решили избрать военную карьеру? — поинтересовалась миссис Робинсон. — Семейная традиция?

— Не только, — признался Хеллборн. — В свое время на меня произвел очень сильное впечатление разговор с одним сержант-майором. Когда я спросил его, почему он не уволился после очередной войны и остался на сверхсрочную службу, он ответил мне примерно следующее: «Когда все началось, нас внезапно призвали и бросили в мясорубку. Мы не знали куда идти, что делать, в кого стрелять, кто наши враги, кто наши командиры и как нас зовут. Когда все начнется в следующий раз — а начнется неизбежно — я хочу быть на своем постоянном месте, в своем легионе, на привычной должности». И он был прав, все началось снова.

«Вот только я не всегда был на своем привычном месте».

— Скорей бы оно уже завершилось, — прошептала хозяйка.

— Нам остается молиться и надеяться на лучшее, — неуверенно сказал Хеллборн.

Тут в библиотеку заглянул Навуходоносор, и Патриция ловко превратила его в тему разговора. Келли под большим — ТСССС! — секретом сообщила, что «вавилонский боевой кот» является побочным продуктом абсолютно секретного военного проекта, закрытого ограниченными штабными бюрократами. А ведь тысячи боевых котов, оснащенных по последнему слову техники, могли самым серьезным образом склонить чашу весов… и все такое прочее.

— Последнее слово техники? — рассеянно уточнил Хеллборн.

— У него короткий, но очень сильный хвост, — пояснила девочка, — это специально, чтобы дергать за спусковой шнур пулемета. Пулемет можно закрепить на спине.

— А когда патроны закончатся? — не поверил Джеймс.

— Тут уж ничего не поделаешь, сам он перезарядить не сможет, — согласилась Келли. — Придется прибегнуть к помощи товарищей!

— Кошачьих или человеческих? — не понял Хеллборн.

— А какая разница? — удивилась кадет Робинсон столь искренне, что Джеймс не решился задавать новые вопросы.

— Все девочки как девочки, — проворчала миссис Робинсон, — платья, куклы… у этой вся комната набита солдатиками, лошадками, самолетиками… И сестра ее такая же была…

— Мама!

— Молчу, молчу.

Простились очень тепло, обещали заглядывать и впредь.

* * * * *

Незапланированный отпуск в Ла-Марсе явно затянулся, понял Джеймс примерно через неделю. День проходил за днем, но ничего