Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

— В эту ночь миллиарды звезд будут светить лишь для нас двоих, — заявил король, — Отец Бернар, прошу вас. Свидетельствуйте наш союз.

И вновь, как и тогда, предстоятель начал свою речь. Он не отклонялся от неё ни в чем, говоря положенные слова и для короля, и для того, кого считал отродьем Зверя.

— Да будет явлен знак всем людям и богам! В этот час, под небесами Божьими и на земле Людской, мы собрались, чтобы свидетельствовать союз двух сердец.

Вновь вложили ему в руку скипетр, символизировавший копье Эормуна.

— Милостью Эормуна эти мужчина и женщина разделят отныне единый путь — на этом свете и за его гранью. И если кто-то из присутствующих желает оспорить этот союз, он вправе сделать это до того, как копье Эормуна опустится на землю в третий раз.

На этот раз, однако, уже после первого удара церемония пошла не по плану.

— Я желаю оспорить этот союз.

Неторопливым, уверенным шагом эдлинг Бей’Вулфред подошел к алтарю. Свита его не сопровождала, сейчас он был один. В левой руке он нес какой-то массивный предмет, укрытый черной тканью.

— Что это значит? — спросил Этельберт, обеспокоенно нахмурившись.

Отец Бернар же придерживался протокола:

— Скажи мне, сын мой, в чем же причина, по которой этот союз не может состояться.

Вулфред улыбнулся. И его глаза засветились синим адовым пламенем.

— Вот в чем.

Отбросил он ткань, открывая взглядам деревянную раму, внутри которой были подвешены тринадцать костяных колокольчиков. Линетта поняла, что это: жрица Провожающей рассказывала ей о древних легендах Данаана.

И она поняла, что сейчас случится.

— К оружию! — крикнула принцесса, — Защищайте короля!

Пользуясь статусом героя кампании в северных горах, Вулфред смог провести на церемонию почти три десятка человек свиты. Пока всеобщее внимание было приковано к невесте, эти тридцать человек распределились по периметру зала.

И едва колокольчики начали звенеть, все разом бросились в атаку.

Лишь меньшая часть присутствующих отреагировали вовремя на предупреждение Линетты. Лишь меньшая часть из них были вооружены.

Кое-где благородные хеленды встретили нежить сталью, но большинство — лишь паникой.

Оглушительно завизжали дамы. Бросился прочь помощник священника, — лишь чтобы через несколько шагов ему в горло вцепился зубами предполагаемый Родни. В мгновение ока пламя ритуальных свечей сменило цвет на синий — цвет колдовского пламени Зверя.

А Вулфред уже вытаскивал меч из ножен. Быстрый колющий удар должен был поразить Ханну, и запутавшись в платье, принцесса никак не могла увернуться.

Успел ли за пару встреч полюбить ее король Этельберт? Считал ли своим долгом вступиться за любую женщину в смертельной опасности? Или же просто не успел подумать?

Линетта не знала ответа. Но видела лишь, как бросившись наперерез чудовищу, правитель Аскании принял клинок под ребро.

Демон в обличье Вулфреда повернул клинок в ране, расширяя её, — и пинком отшвырнул короля прочь, к самому алтарю. Удлинившимся и по-змеиному раздвоенным языком облизал он кровь с лезвия, нехорошо улыбаясь запутавшейся в юбках принцессе.

А тем временем Линетта нащупала в поясной сумочке красный кристалл-реликварий. Всего один из них был у нее с собой, — тот, с которым она не расставалась, куда бы ни пошла.

— Сообщи Ингвару! — шепнула она.

Крупный черный ворон взлетел с её рук, устремившись прямиком к драгоценному витражу. Набрав большую скорость, он выбил бы стекло и вылетел бы на улицу.

Но в последний момент перед столкновением витражное окно вдруг закрыла завеса клубящихся теней. Вспыхнули черные перья, и демон-ворон исчез во вспышке синего пламени.

Вулфред обернулся.

— Лишь слабейшие становятся рабами, — пояснил он, — Ни один из них мне не ровня.

Иссиня-черный туман обхватил горло Линетты, как будто удавкой, и она ощутила, как неведомая сила поднимает её над землей. Как будто кролик перед удавом, смотрела она в кошмарные синие глаза.

Впрочем, видела она и кое-что еще. Воспользовавшись тем, что демон отвлекся, отец Бернар повернул еле заметный рычаг, и алтарь отъехал в сторону, открывая потайной вход в подвал. И в данный момент трое лидеров придворных фракций единым усилием затаскивали туда своего короля.

Но вот сама Линетта находилась слишком далеко.

— Ах, сколько силы в твоей крови, — пробормотал демон, не отрывая взгляд от принцессы.

И в этот момент помощь пришла с неожиданной стороны. Еще недавно жаждавший мести Линетте, сейчас хеленд Леланд встал на её защиту. Перехватив свой меч двумя руками, он обрушился на демона.

Дважды столкнулись клинки, и девушка почувствовала, что сковывающая её сила понемногу ослабевает. Вот яростный натиск рыцаря пробил парирование, — но рассекший сюрко клинок лишь бесполезно скользнул по кольчуге.

— Хочешь увидеть мою истинную силу? — хохотнул Вулфред.

И в тот же момент его облик изменился. В своей звериной форме проклятая тень напоминала нетопыря, — но огромного, размером с не самого маленького человека. Он уверенно стоял на двух ногах, как будто оставался человеком, и руки-крылья обращались с мечом с не меньшей ловкостью.

Два взмаха клинка, — и меч Леланда отлетел в сторону. И все это время костяные колокольчики продолжали звенеть.

— Беспомощно, — сделал вывод демон-нетопырь.

И глубоко вдохнув, выдул тугую струю иссиня-черного тумана.

Хеленд Леланд закричал от нестерпимой боли, когда все его тело охватил синий колдовской огонь. Пламя пожирало его на глазах. Одежду. Плоть. И даже кости.

Не прошло и пяти секунд, как тело его развеялось серым пеплом.

— На чем мы остановились? — ухмыльнулся Нетопырь, вновь оборачиваясь к Линетте.

Но она не собиралась ждать, пока он вспомнит. Пока противник был отвлечен, она вспомнила, что может ей помочь. Обмирая от страха, завязала она красный старый платок вокруг своего запястья.

И в тот момент, когда сила эормингской реликвии скрыла её от демонских глаз, колдовская удавка развеялась.

Прячась под защитой реликвии, Линетта могла лишь в бессилии наблюдать за дальнейшими событиями.

Двери тайного прохода закрылись перед самым носом демона-нетопыря, спасая короля и его приближенных. Попытался он обрушить на них поток колдовского огня, — но знак копья Эормуна вдруг засветился золотистым сиянием. Синее пламя погасло, оставив лишь легкий дымок.

Нетопырь, однако, не сдался так просто. Шевельнул он рамой с костяными колокольчиками, слегка изменяя мелодию их звона. И пять его слуг, — пять мертвецов, вооруженных топорами, — начали ломать дверь грубой силой.

От этого знак Эормуна