"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

Наставник подошёл ближе, но тут огневица подпрыгнула в воздухе и яркой лентой утекла в фонарь.

— Чего там? — опасливо поинтересовался клиент.

— У вас тут огневица. Она любит тепло, а если ей мало, греет электроприборы всякие, батареи, воду. Бегает по проводам, прыгает с одного тёплого места на другое. Пожары устраивает.

— И чего?

— Надо ловить и запечатывать, — пожал плечами Бьёрн. — Дело в общем-то нехитрое. Перекрыть знаками все выходы: камин вон, духовку и всё такое. И ещё нужен фонарь, чтоб огневицу туда заманить, вот вроде этого. Берём?

Леонид кивнул.

— Знаки на нём нужно начертить и вырезать, — продолжил видящий. — Ну, это по нашей части. А вам надо с соседями договориться, чтобы там тоже ей выходы перекрыть. Она же по всему дому шастает. Руслан с вами пойдёт и всё, что нужно, нарисует.

Отгоняющие знаки Руслан уже выучил, потому молча кивнул. Леонид нахмурился, вздохнул и сказал:

— Ну, они, это, не очень такие. Ну пойдём.

Соседи Леониду не обрадовались. Дверь открыл сердитый мужчина в очках и заявил:

— Опять ты! В прошлый раз из-за твоих электриков только хуже стало!

— Не, ща это не электрики, а это… ну…

— Кто? — из-за спины хозяина дома высунулась супруга в пушистом голубом халате.

— Ну это… специалисты! Они тут типа тварь одну ловят. Ну, которая всё греет…

Женщина закатила глаза и простонала:

— Нет, это невозможно! Пойдём, Игорь, закрой дверь!

Мужчина в очках возмущённо фыркнул и захлопнул дверь, чуть не зацепив мальчишку лет двенадцати, выглянувшего посмотреть, на кого это ругаются родители.

— Ну вот типа так, — развёл руками Леонид. — Они во всякое паранормальное не верят. И, это, думают, что я тупой и злой.

Они вернулись к Бьёрну и отчитались: с соседями договориться не получится.

— Мда, — сказал Бьёрн, отрываясь от вычерчивания знаков на снятом со стены светильнике-фонаре. — Проблемка. Ускачет она к соседям и там отсидится.

Все присутствующие задумались. Потом Руслан спросил:

— А, может, спецотдел привлечь? Всё-таки эта огневица может пожар вызвать — люди пострадают…

— Вот в многоэтажке огневица — это точно по их части. А тут — не уверен. Да и с кадрами там счас напряжёнка. Ладно, попробуй им позвонить.

Наставник подождал, пока Руслан вытащит телефон, и продиктовал номер.

Ответили тут же. Приятный женский голос произнёс:

— Добрый день, Руслан Николаевич! Чем могу вам помочь?

Больше всего хотелось спросить: откуда вы знаете, что это я? Но важно было другое, поэтому Руслан сказал:

— Тут огневица завелась в Олимпе — разберитесь, пожалуйста!

— Олимп… Олимп… — задумалась девушка. — Коттеджный посёлок?

— Да.

— Если не многоэтажка, значит — не горит. Ой, прошу прощения за каламбур! Я поставлю вашу заявку в очередь, специалист подъедет, скажем, через неделю.

— Через неделю будет поздно! Она же тут пожар устроит!

— Простите, но это всё, что я могу сделать, — ответила девушка. — Обстановка сейчас сложная, все заняты. Записывать вашу заявку?

Руслан вопросительно глянул на наставника, тот покачал головой.

— Нет, спасибо, девушка.

Она попрощалась и отключилась.

— Бьёрн, а откуда там узнали, кто звонит?

— Хм, ну ты же номер оставлял, когда нас из-за голема опрашивали. А у них там база общая.

— Понял. Что будем с огневицей делать?

Огневица между тем устроилась на конвекторе под окном и дремала там, свернувшись как кошка и свесив пушистый хвост. Руслану не верилось, что такое милое на вид существо может вызывать пожары.

— И откуда она тут взялась?

— Спала в земле, а после того пожара проснулась, видимо. Так-то они в лесах любят жить. Лесные пожары устраивают. Не со зла, конечно, но каждый год уйму леса и зверья губят.

Огневица дёрнула треугольным ухом и удобнее уложила мордочку.

— А в фонаре она не погибнет?

Бьёрн фыркнул:

— И эту жалеешь? Нет, не погибнет. Будет спать, пока фонарь в огонь не бросят. Или в жерло вулкана: это вроде как их родина.

— Может, это, — подал голос Леонид, — типа скажем, что Бьёрн из пожарной охраны? Ну, типа проверить чего-то надо…

— А если они документы посмотреть захотят? — возразил Бьёрн.

— Может, пролезть к ним домой, когда никого не будет? — нерешительно предложил Руслан. — Я знаю, что так нельзя, но…

Бьёрн вдруг тихо поднялся и бесшумно прокрался к окну. Резко отдёрнул портьеру и сказал:

— Так. Это кто у нас тут?

— Здрасьте! — за окном стоял соседский мальчишка и с интересом разглядывал Бьёрна, Руслана и хозяина дома. — Я Максим.

— Уши греешь?

— Ага! А вы к нам залезть собрались?

К окну подошёл Леонид:

— Заходи, Макс. Чё это, как дурак там, а?

— Окошко откройте — я залезу. А то если в дверь пойду, мама-папа увидят, будут ругаться.

Мальчишка забрался в гостиную, и Руслан готов был поклясться, что он покосился на дремлющую огневицу.

— Дядя Лёня, а это паранормальные агенты? Как в кино?

— Ну типа это… да…

— Ух ты! А смотрите, что у меня есть!

Мальчишка сунул руку в карман наброшенной на плечи куртки и вытащил спичечный коробок.

— Что тут? — он приоткрыл коробок и сунул Бьёрну под нос.

— Ничего, — мрачно отозвался тот.

— Ой, хорошо! А тут? — он сунул видящему второй коробок.

— Чернокрыльник. Жук с пятью лапами.

Максим подпрыгнул на месте и радостно сказал:

— Вот молодец! Правильно!

Руслан еле сдержал неуместный смешок: кажется, Бьёрна только что похвалил ребёнок.

— А вот вы знаете, что самый большой обычный жук — это дровосек-титан? Он может достигать двадцати одного сантиметра в длину! Точнее — она, потому что у этих жуков самки больше самцов. А невидимые жуки и поздоровее бывают!

— Умный малый! — с гордостью отметил Леонид.

А Бьёрн спросил:

— Ты что, проверял меня пятилапым жуком?

— Ну да! А то откуда я узнаю, что вы не мошенники? Вдруг вы дядю Лёню уже обманули, а теперь хотите маму-папу обмануть? — он виновато улыбнулся и добавил:

— Кстати, вы знаете, что одним из самых известных мошенников считается Виктор Люстиг, который продал Эйфелеву башню, которая в Париже? Целых два раза продал! А в том, что проводка искрит, виновата эта лиса?

Он показал пальцем на огневицу.

— Она самая. Ты нам поможешь её поймать? — спросил Руслан.

— Вам надо к нам домой? Ладно. Мама-папа с Машкой скоро поедут по магазинам в город, а я дома останусь. Я вас позову. А вы знаете, какой торговый центр самый большой в мире? Это…

— Знаю, — сказал Бьёрн. — Дубай Молл.

— Точно.

Мальчишка посмотрел на Бьёрна со смесью восхищения и лёгкой обиды и умчался также, как пришёл, — через окно.

— Хороший парень, хоть и трындит всё время. А Машка — это сестра. Там, во дворе, типа её качели стоят. Ой, Басю кормить пора!

Леонид торопливо вышел и скоро вернулся с котом на руках. Кот взъерошился и зашипел на огневицу, но та зевнула, потянулась и, запрыгнув в камин, исчезла.

Максим объявился через час. За это время Леонид покормил Басю, поиграл с ним, созвонился со своим замом и сказал, что на работу сегодня не придёт. Бьёрн закончил возиться с фонарём, сказав, что потом часть знаков выгравирует, а пока и так нормально.

— Мама-папа уехали! Идёмте к нам! Только вы мне всё покажите и расскажите, а ещё дайте свои номера: вдруг я что-нибудь такое прям ваще увижу?

Бьёрн номер дал. Отправил ученика с Максимом, а сам остался расчерчивать на полу ловушку для огневицы.

Руслан тоже дал мальчишке номер и его номер себе записал, на всякий случай.

Надо же, планировка тут такая же, как у Леонида, а квартира совсем другая: много белого и голубого, всюду валяются плюшевые звери, на окнах — тюлевые занавески с бумажными бабочками.

Руслан мелом начертил отгоняющие знаки вокруг камина, на конвекторах, на выключателях, на дверце духового шкафа, микроволновки, на чайнике, тостере, на кофеварке.

— Холодильник не забудь! — сказал Максим. — Он же сзади греется.

— Точно! Я бы и не сообразил!

— Ничего страшного: люди часто тупят.

Руслан кашлянул:

— Ладно. Знаки потом стереть не забудь.

— Ага, а это что за знаки, кстати? Они как называются?

Ответы Максим внимательно слушал, а сами знаки сфотографировал на телефон. Руслану этот мальчишка казался удивительным: видящий, себе подобных вроде бы не знает, а при этом такой открытый. Он, Руслан, был совсем другим в свои двенадцать.

— А твои родители знают, что ты видишь разных существ?

— Не-а, не хочу в дурдом, как дядя