Магия, алчность, интеллект - Александр Петрович Богатырёв

которых власть не самоценна, а инструмент для того, чтобы что-то серьёзное сделать. Для Империи. Или своих… Улучшить их жизнь. Защитить земли Империи от поползновений разных идиотов из других Империй или даже своих соседей. Но, к сожалению, большинству знати во всех крупных Империях интересна власть для того, чтобы «стать выше этих…». Соседей например. Чтобы унизить их. То есть потешить своё эго, чувство собственного величия. Или же просто вкусно есть, мягко спать и ни за что не отвечать ничего не делая для Империи. Исключение — фанатики. Которых ты так славно… раздавил.

В последних словах ректора сквозило злорадство, сдобренное порядочной толикой яда.

— Я оборонялся! — на всякий случай вставил Сеня. На что ректор лишь усмехнулся.

— Верю. И с этими… — ректор презрительно скривился, — они выбесили всех. Прибив Главного Инквизитора ты оказал всем большую услугу. А почему до тебя никто не сподобился — ответ прост: Никто не хотел мараться. А ты — человек со стороны. Да и ещё сам Главный Инквизитор очень славно подставился. Ему не стоило при стольких свидетелях озвучивать цели в отношении тебя. Может быть и сошло бы. Но вышло — как вышло. Поэтому даже Церковь Триединой… даже для проформы и подтверждения своего статуса ничего против всех вас не скажет и делать не будет.

— А как же то обстоятельство, что если бы инквизиторам удалось замышляемое, оно сильно бы ударило по Императору Майли и вообще по авторитету Империи?

— Какой правильный вопрос! — оскалился ректор.

— Умею. Стараниями деда и Главного Дознавателя Клана. — «скромно» пожал плечами Сеня «пояснив» свои познания. Хотя там больше были повинны знания Сени (но не Сина) и ядовитые поучения деда Геста.

— Тем легче для меня.

Ректор чуть расслабился и откинулся на спинку своего кресла-трона. Но пальцы на руках не расцепил. Видно, что тема для него неприятная и тяжёлая.

— Слушай и запоминай. Хотя сам должен понимать, что много не могу рассказать… Но хоть что-то.

Сеня согласно кивнул.

— Первая группировка знати — вокруг Императора. Их интерес — сохранение нынешнего порядка вещей. И своего положения. Глава группировки — канцлер. Император целиком в курсе их действий и интересов, но вмешивается в их решения редко. Они также предпочитают в конфликты других группировок и отдельных родов не вмешиваться. Чаще всего действуют через родственные связи.

— Простите, ректор, — вклинился Сеня, — а вопросы женитьбы-замужества принцев и принцесс — в их ведении?

— Да, но к чему такое любопытство? — удивился ректор.

— Имею честь быть представленным принцу Датин и принцессам Лине и Диа. Хотелось бы хоть примерно представлять мотивы некоторых их поступков… Например того, что они смело вступились за нас перед Инквизицией.

— Сложно сказать… — озадачился ректор. Но по мелькнувшему выражению лица Сеня сделал вывод, что он в курсе некоторых поступков принцесс. Докладывали. И то, что с некоторых пор эти две сестрички начали обращать именно на Сеню назойливое внимание — ему также известно.

— Постарайся не давать никаких обещаний. — наконец выдавил он. — И каких-то планов в отношении них также не стоит строить. Ни по отношению к принцессам, ни по отношению к принцу. Каждый из них преследует какие-то свои цели. И они могут очень сильно помешать твоим. Вплоть до лишения свободы выбора во многих значимых и для тебя и для Ордена областях.

«Туманно… Но стоит взять на заметку». — подумал Сеня, хотя в отношении принцесс проглядывался очень конкретный матримониальный интерес. Расчёт на подростковую влюблённость. Как раз тот возраст по местному. Скорее всего эти две решили с его помощью убраться из Империи туда, где, по их мнению будет лучше для них. И перспективнее. Да и некоторые их обмолвки в беседах между собой, что донесла хитрая Юи, на это намекали чуть ли не открытым текстом.

Сеня посмотрел на ректора и понял, что тот понял, что он понял. М-да…

— Продолжим… — кивнул ректор каким-то своим мыслям. — вторая группировка это и есть группировка вокруг Великого Князя. Того самого, кто «многоходовочник». С чего-то он решил, что вся Империя Майли для него — большая шахматная доска. И играет он часто не оглядываясь на плачевный результат своих действий.

Самовлюблённость земного «многоходовочника» уже стала если не легендарной, то давно и прочно источником очень ядовитых шуток и комментариев. Как в СМИ, так и в народе. Здесь — явно также.

— Эта группировка, если говорить прямо, наши враги. Враги Ордена Магов. Враги, так как их интерес сильно расходится с интересами Ордена. Про Комету Погибели они и слышать не хотят. Считают это уловкой, мифом, бредом и «тупым обманом». Последнее — слова самого «многоходовочника»…

— Да! — Спохватился ректор прервав свой монолог. — По первой группировке. Она в нашей Академии представлена несколькими студентами. Одного ты уже хорошо знаешь — Гвен Гисса. Так как принадлежит к группировке Канцлера, то его, как само собой разумеющееся, приписали в сопровождение вашей группы. Далее, собственно сопровождение самого Гвена Гиссы — три человека. И прицессы, Лина, Диа с принцем Датин.

— Датин? Не выглядит он как-то принадлежащим к какой-то политической группировке.

— Себе на уме. Но чётко себя определяет как сторонник Канцлера.

— Понятно.

— Вторая группировка, менее влиятельная, менее представительная, но так как во главе Великий Князь, ненамного менее влиятельная и представительная, нежели первая.

Сеня аккуратно кивнул, ожидая продолжения.

— Представитель второй и предводитель группы студентов, детей тех, кто входит во вторую группировку — Принц Брасс. С ним же, принц Грай. Остальные два принца, надо сказать, на все группировки плевать хотели. И к Брассу с Грайем у них отношения прохладные. Хоть и держатся вместе. Сословная солидарность. Но, надо отметить, что сейчас в Академии, представителей второй группировки больше, чем первой.

Далее ректор кратко перечислил имена прочих представителей второй группировки. На что сам Сеня, про себя ругнулся типа: «Век бы мне их вообще не видать. Как первых, так и вторых». Но как справедливо полагал — придётся. Потому и запомнил.

После них ректор перечислил ещё три группировки знати Империи из более мелких. Менее значимых, и представлявших одна — торгашей, другая — более-менее промышленность, как она здесь, в этом мире, могла бы именоваться (магии в ней было изрядно). И третья, целиком состоявшая из знати двух герцогств, двух княжеств и нескольких графств вдоль дальнего пограничья.

Последние были очень сплочённой группой. Хотя их интересы, во многом согласовывались с интересами первой, так что эти группы между собой, как надо полагать, не грызлись, а пытались найти точки соприкосновения на основе общих интересов.

— Так и что с ними делать? Если подойдут и начнут агитировать вступать в